Каждый за себя
Шрифт:
– Так каратели развлекаются. А мы, если можем отпустить, предлагаем поединок с одним из своих. Нож на нож или чистая рукопашка. По выбору.
– Тут рейдер будто вынырнул из воспоминаний, хлопнул Рекса по плечу и закончил: - Да забей ты уже. Это всё добровольно. И для пленного, и, тем более, для своих. Лучше гляди в оба.
И он кивнул в сторону извивающейся на соседней тумбе темноволосой девушки с такими формами, при виде которых любой нормальный мужик говорит только восхищенными междометиями. Девчонка уже давно пыталась привлечь внимание Рекса, но тот, поглощенный вопросами вселенского масштаба, не замечал ее просто в упор.
– Тебе уже, вон, сдаются без боя, - рейдер подтолкнул молодого вперед.
– Иди, бери в плен.
Посмотрев, как Рекс нерешительно мнётся возле тумбы, Винсент перевел взгляд на подошедшую Су Мин. Та довольно улыбнулась и кивнула, после чего подхватила спутника под локоть, увлекая в более тихую зону - к столикам.
– Сочная девчонка, - одобрил Винс.
– У моей сестрицы только такие, - улыбнулась Су Мин.
– А эту она нарочно под него подложить решила, - кореянка наклонилась к уху Винса и прошептала: -Сказала: хороший мальчик. Нежный. А Викки недавно на урода нарвалась, две недели лечилась. Вот, чтобы ей легче было к работе вернуться...
– Даже не буду спрашивать, что сделали с уродом, - хмыкнул Винс.
– И я не стала, - согласилась Су Мин.
– У Мэрилин, если ее разозлить, фантазия богатейшая. А за девочек своих она вообще любого порвет.
Собеседница чуть помолчала:
– Винс, а зачем ты просил привести Санни?
– Кару занять, - пожал плечами рейдер.
– Заскучает ведь, устроит стрип-соревнование с переходом в дебош. А на него она запала.
– Вы странные корпы. Даже для рейдеров, - девушка не удивлялась, скорее констатировала.
– Было дело - попали под молотки. Остались я, Кара и на руках тяжелораненый. Денег нет, связи нет, оборудования нет. Только по пистолету с неполным магазином. У нее даже ножа не было - сломала. Вот и выкручивались, как могли. Я на бои пошел, а она в такое же вот место... ну и наложилось на характеры.
– Бои насмерть?
– Разумеется, - кивнул Винс.
– Там ставки выше и плата тоже.
* * *
Мистер Эдтон сидел на узкой койке в камере и стискивал голову руками. Всего несколько дней назад у него было все - должность, положение, перспективы, неплохой доход, и вдруг из-за какой-то дебиловатой девки жизнь перевернулась с ног на голову!
Что такого в этой Айе Геллан? Вот что? Тихая, услужливая. Незаметная. Да на неё даже сверстники, готовые в этом возрасте кидаться на всё, у чего есть сиськи, не смотрели! Хотя какие там сиськи... Ал вспомнил тощую, длинную, как монорельс, рыжую девчонку, всегда и на всех смотревшую будто бы слегка исподлобья.
Большинство старшеклассниц уже вовсю трахались, а эта сидела над книжками или зубрила уроки. Да был бы толк! Ведь дура дурой! Кому только понадобилась.
А теперь из-за этой... Мистер Эдтон едва сдержал стон.
На соседней койке лежал, отвернувшись к стене, безучастный ко всему Джо. Их поместили в общую камеру, проинструктировав, что любые попытки выяснения отношений, как то - мордобой, вопли, взаимные угрозы, будут пресекаться жёстко и болезненно для обеих сторон.
Впрочем, Джо и Ал не собирались драться. Их обоих настигла жесточайшая апатия, обоим стало понятно: жизнь, ещё вчера бывшая такой полной (достаточно вспомнить маленькие радости Джо, через койку которого прошли все смазливенькие старшеклассницы), вдруг закончилась. Совсем. Без возврата.
И даже чёрт бы с ними - с положением, с перспективами, с должностью! Тут бы просто сохранить голову на плечах. Голову и жизнь. Пусть совсем скатиться вниз, лишиться всего, драить сортиры в забегаловках, но жить - жить! Однако обвинения, выдвинутые мисс Ховерс, не оставляли сомнений в будущей судьбе и директора, и начальника СБ.
– Как ты думаешь, Джо, - спросил Аллан хрипло, - что с нами будет?
– А тебе не всё равно?
– не поворачиваясь, буркнул в ответ Рик.
– Нет...
– его сокамерник снова стиснул голову руками.
– Нет.
– Ну, ок, - Джо сел и впервые за последние сутки посмотрел на друга.
– Я тебе расскажу. Слушай.
Мистер Эдтон побледнел от того, насколько неживым и бледным было лицо собеседника.
– С таким здоровьем, как у тебя, вряд ли светит попасть в лабораторию. Поэтому, скорее всего, просто усыпят по приговору. Меня, - он нервно хмыкнул, - меня ещё можно на опыты. Или на органы. Тоже по приговору. Разберут и отправят всё нужное в криокамеры. А может, предложат сыграть. И если предложат, я соглашусь. Хоть какой-то шанс.
– Во что сыграть?
– спросил Ал.
– Во что бы ни предложили, - с этими словами Джордж опять лег и отвернулся к стене.
* * *
В кабинете агента Ленгли верхние лампы были выключены, вместо них горели боковые софиты, дающие мягкий тёплый свет. Столик в зоне отдыха был сервирован на четверых, пахло кофе...
Эледа, окинув взглядом неожиданно изменившийся интерьер, удивилась:
– Ты кого-то ждешь?
Джед расслабленно сидел в кресле и улыбался с явным предвкушением:
– Жду. И мне для предстоящей встречи нужна спокойная атмосфера.
– Вот как?
– девушка положила на стол рабочий планшет.
– Здесь отчеты по каждому из направлений. Я все систематизировала, отжала лишнее, убрала повторяющееся, можешь ознакомиться.
Ленгли кивнул и неожиданно спросил:
– Вы хорошая актриса, мисс Ховерс?
Эледа изумленно вскинула бровь и сказала:
– Моей гувернанткой целых пять лет была Софи Корин. Не знаю, делает ли это меня хорошей актрисой, но золотой девочкой - точно.
Настал черед Джеда недоумевать:
– Софи Корин? Кто это?
Собеседница рассмеялась:
– Одна актриса из Бродвей-холла. Не очень известная, но весьма яркая. Если когда-нибудь окажешься у меня дома, покажу снимки. Мой отец... был большим поклонником её таланта. Во всех смыслах.
Ленгли хмыкнул:
– И что, она преподавала тебе актерское мастерство?
Девушка уклончиво ответила:
– Скорее учила общению с мужчинами. На личном, так сказать, примере. Когда мы выходили гулять в Центральный Парк, не было ни одного представителя сильного пола, который не свернул бы себе шею, провожая взглядом мою дуэнью.