Чтение онлайн

– Ма-ам, глянь…

Один мальчик, отстреливаясь из водного пистолета, злобно назвал ее крестной матерью.

«С этим надо покончить», – мысленно заключила гадалка и, наклонившись к оконцу киоска «Роспечати», приобрела большой полиэтиленовый пакет. Помещенный в него кейс гораздо меньше привлекал внимание любопытных прохожих.

Яна, цокая каблучками, засеменила по неширокой аллее парка, окаймленной высоченными старыми дубами, на которых нет-нет да и можно было заметить скачущую с ветки на ветку на белку. Скамейка, на которой гадалка условилась встретиться с приятелем, тоже находилась в живописном месте: позади нее протекал пруд, где обитали находящиеся под охраной парка лебеди. Любование ими всякому доставляло удовольствие и могло длиться часами. Этим и занялась гадалка в ожидании друга. «Словно суженого жду, – подтрунивала она над собой, пряча в уголках губ улыбку, – и место-то какое романтичное…»

Тем временем Руденко не заставил долго себя ждать и вскоре появился перед Яной улыбающийся и свежий. Нынче он был в хорошем настроении.

– Сидим? – с нарочитой строгостью спросил он, присаживаясь рядом.

– Сидим, – вздохнув, ответила Милославская.

– Скучаем?

– Скучаем.

– Сейчас развлекаться будем.

Руденко встал и направился в сторону билетной кассы, откуда вскоре вернулся с двумя билетами на чертово колесо.

– Мы же должны как-то отметить объявленную мне сегодня благодарность, – объяснился он, протягивая билеты подруге.

– Ну, Сема, ты артист, – покачивая головой ответила она и тоже привстала со скамейки. – И чего это твой шеф сегодня так расщедрился? Ты никак что-нибудь интересненькое раскопал?

– Да нет, это за старое, ну, в общем тебя то дело не касается. Идем развлекаться.

– Развлекаться так развлекаться, – пожав плечами, ответила гадалка. – А вот я, как видишь, не без добычи, – сказала она, взглядом указав на пакет с кейсом, когда они уселись уже на креслах аттракциона.

– А я смотрю, – оживленно заговорил Семен Семеныч, – у тебя чемодан какой-то, в командировку, думаю, что ли собралась…

Он ждал от Яны немедленных объяснений и стал нетерпеливо покручивать ус, хищнически глядя на Янин пакет.

– Что ты, Сема, какая командировка, – вздохнула в ответ Милославская. – Стала бы я тогда прибегать к твоей помощи?!

Нисколько не намереваясь томить Руденко в ожиданиях, гадалка обнажила кейс, вытащив его из пакета. Кейс сверкнул в блеске солнечных лучей серебром своего покрытия…

– Ого! – Три Семерки присвистнул. – Это что за штука?

– Чемодан, как ты изволил выразиться, – Яна усмехнулась.

– Не, Яна Борисовна, кроме шуток.

– Ну… – многозначительно протянула Милославская, постукивая кончиками пальцев по своей находке, – я называю его кейсом.

– Едрит твою налево! – воскликнул Три Семерки. – Какая хрен разница: кейс, сундук чемодан?! Я тебя спрашиваю, откуда это взялось и чем для нас чревато?!

Привлеченные дикими возгласами Руденко соседи приятелей по аттракциону возмущенно оглянулись на Семена Семеныча и тут же их возмущение сменилась испугом: разгоряченный страж порядка рисковал вывалиться «за борт», вскочив со своего места и – более того – не держа равновесие и размахивая руками.

– Сядь, Семен Семеныч, – рассмеявшись, усадила его на место Милославская. – Чего людей-то пугать?! Сейчас все объясню. А ну-ка, пристегнись немедленно.

Яна посмотрела вниз: карусель подняла их уже довольно высоко и, учитывая столь возбужденное состояние Руденко, вести разговор гадалке следовало в максимально спокойной обстановке. Она прикурила и поведала другу историю своего посещения жилища Воробьевых.

– В общем, Сема, нужен спец, – заключила она в итоге. – Такой, чтобы сам кейс не очень повредил. Может, он семейной реликвией станет. Или вещдоком…

– Нужен – будет, – вдохновенно ответил ей Три Семерки.

– Не прямо сейчас, конечно… Но сегодня я тебе «взлом» организую. Человечек один у меня есть на примете, – Руденко пригладил ус, – созвонюсь с ним, договорюсь обо всем. Давай вот как сделаем: ты сейчас поезжай домой, а я тебя достану по телефону. Хотя… Это он тебя достанет. У меня сегодня усиление. Не против? Я дам твой телефон?

– Конечно, дай.

Руденко закусил губы и с досадой произнес:

– Жаль, не смогу присутствовать. Черт возьми! Но жди – как только освобожусь, заеду.

– Слушаюсь, товарищ капитан, – отрапортовала Милославская, отдав приятелю честь.

Они с трудом дождались, когда же на удивление медленно вращающееся колесо спустит их наконец на землю. Обоим хотелось, чтобы тайна кейса поскорее была разгадана.

Руденко, дожидаясь «приземления», угрюмо думал о том, что не сможет стать свидетелем столь значительного события, а Яна пыталась прикинуть, во сколько же часов терпения обойдется ей ожидание «спеца».

Конечно, на Три Семерки она всегда могла рассчитывать – если уж он обещал, то редко когда подводил – но тем не менее его величество Случай не всегда играл в пользу человека, и минуты напряженного длительного ожидания казались ей хотя и очень нежелательными, но, к сожалению, вполне возможными.

– Все, Сема, приехали, – прокомментировала гадалка, когда аттракцион наконец остановился и им позволено было выйти.

Семен Семеныч быстро встал, откинул в сторону так и не пристегнутую цепочку, тяжело спрыгнул вниз и по-джентльменски – это ему никогда не изменяло – подал подруге руку.

– Мерси, – слегка присев, ответила на это Милославская.

Контролер, стоящий на выходе, с любопытством посмотрел на «странную парочку» и хихикнул в сторону.

Друзья, нисколько не обращая внимания на посторонних, торопливым шагом направились к выходу, где Руденко ждала его бессменная «шестерка».

– Ты уж, Яна Борисовна, извини, я тебя не подвезу, – сказал Три Семерки, глянув на часы, – мне в другую сторону, а времени в обрез. Жди звонка.

– Буду ждать, – вздохнув, ответила ему гадалка, – чего же еще остается.

– Я тебе сейчас такси поймаю, – решил сослужить последнюю службу Семен Семеныч и резко взмахнул рукой, после чего тут же со скрипом притормозила рядом новенькая «десятка», в которой и разместилась пассажирка Яна Милославская.

– В Агафоновку, – отрапортовала она, улыбнувшись Руденко на прощанье.

Он смешно приподнял свою фуражку в знак уважения и тоже поспешил удалиться.

– Ух ты, лапушка моя! – с любовью протянула Милославская, присев на корточки и обняв за шею поскуливающую Джемму. – Тосковала? – Яна посмотрела прямо в глаза своей любимице.

Та молчала и только отчаянно била хвостом.

– Знаю, тосковала, – ответила за нее гадалка, потрепав овчарку по холке.

Милославская глянула на часы и, тут же просчитав, что Три Семерки не так скоро договорится со «спецом», сказала Джемме: