Чтение онлайн

— Точно-точно, я Вас вспомнила. Но сегодня я никого не вызывала.

Улыбка сантехника растянулась от уха до уха.

— Знаю я. Просто рядом был, зайтить решил, справиться: всё путём, ничего не лопнуло, не треснуло, соседей не затопило?

Вика улыбнулась, устало, но искренне.

— Нет, ничего такого. Мне поставили другую ванну, теперь никаких жалоб.

— Раз я ужё всё равно тута, может, проверить на всякий случай?

Виктория не возражала.

— И вправду: не ванна, а загляденье! — после проверки вынес вердикт сантехник. Он похлопал по краю ванны. — Эх, вот ведь вещь! Старьё старьём, а служит лучше новой, и ещё лет тридцать простоит.

Загрызалова наблюдала за тем, как мастер убирает свои инструменты обратно в чемодан. У этого человека были тёмные, морщинистые руки, крепкие и натруженные. От одного взгляда на них отчего-то становилось спокойно и уютно. Наверно потому, что такие руки могли быть только у того, кто старательно и честно работал всю свою жизнь.

— А чего ванна полная? Мыться собралась?

— Кто, я?.. Нет. Просто… — Вика понятия не имела, что сказать. Девушка не знала ответа на вопрос сантехника. Действительно, зачем она наполнила ванну? Ожидала, что Марк надумает нагрянуть в гости? Идиотизм. — Просто мне нравится, когда здесь вода. Люблю воду.

— А-а, ясненько. Коль любишь, будь поближе. — Голос мужчины понизился практически до шёпота.

— Это Вы о чём? — подивилась Вика.

Сантехник повеселел:

— Как об чём? Об воде, конечно, об чём же ишо?

Вика тоже посмеялась.

— Чаю хотите? — предложила налоговый инспектор.

— Некогда мне чаи распивать, — немного грустно проговорил седой гость. — Делов невпроворот.

Уже на лестничной клетке, когда Вика почти закрыла за ним дверь, мужчина повернулся и повторил:

— Коль любишь, будь поближе.

Фраза, произнесённая столь поучительно и глубоко, так подействовала на Загрызалову, что девушка опять всерьёз задалась вопросом: а не позвонить ли Марку? Подумаешь, разбудит парня среди ночи. Он ведь молодой, бессонницей пока не страдает, уснёт потом быстро. Зато они хоть поговорят, узнают один у другого как прошёл день, что новенького… Или это всё же плохая идея?

Дзинь! Дзи-и-нь! Дзи-и-и-инь!

Вика встрепенулась и уставилась на домашний телефон как на прилетевший невесть откуда космический корабль. Дзинь! Любопытно, кто о ней вспомнил? Дзинь-дзинь! Дзинь! Ну, есть лишь один способ это выяснить.

— Ало.

На том конце откликнулись не сразу. Некто сделал быстрый вдох, будто набираясь храбрости. Потом донёсся знакомый голос, чуть нервный, однако мягкий:

— Привет. Это Ваня.

Марк посмотрел на электронные часы. 2:07. И чего ему не спится? Окрестные собаки ведут себя смирно, кругом тихо, не жарко, не холодно. С другой стороны, как можно уснуть, если никто не шебуршит в соседней комнате, не гремит посудой на кухне, не ругается с телевизором в гостиной?! Безобразие!

Раньше Марк и Вика нередко болтали по ночам. Бывало, столкнутся в темноте у холодильника, расхохочутся, завяжется разговор… Иногда они выходили на улицу, усаживались на ступеньки и любовались звёздным небом, попивая чай или кофе.

Знать бы, что сейчас делает Вика. Вероятно, она ещё на работе. Или уже нет?

Зазвонил телефон. Дантон мгновенно перекатился к тумбочке и схватил трубку.

— Слушаю!

— О, как ты быстро! — прощебетала Кристи. — Неужели до сих пор не спишь? Я боялась разбудить тебя, но не сумела сдержаться. Вдруг страшно захотелось услышать твой голос.

— Спасибо, что подвёз. — Вика отстегнула ремень безопасности и улыбнулась человеку за рулём — Ване.

Машина остановилась прямо перед парадным входом в Налоговую Инспекцию.

— На здоровье. — Иван сверкнул зубами в ответ. — А тебе спасибо за интервью.

— Всегда пожалуйста. Обращайся в любое время, если что… — Викина рука замерла на дверце. Неужели этим встреча и закончится? Похоже на то. Загрызалова украдкой вздохнула и надавила на рычажок.

— Вика!..

— А?.. — Девушка вновь застыла.

На секунду Ваня наморщил лоб. Один из плюсов журналистики в том, что при данной работе язык становится хорошо подвешен, и даже если у тебя в голове полная каша, ты эту кашу излагаешь чётко и последовательно, и по ходу дела сам разбираешься в своих мыслях.

— Загрызалова, слушай. Мне очень интересно, как тебя занесло в спецслужбы. Мне очень интересно, что тот австралиец делал тогда у тебя в ванной. Но интереснее всего мне узнать, было ли между вами что-нибудь… такое.

— Это для печати?

— Будто сама не понимаешь. Конечно, нет. Так было?

— Нет. Мы с Марком очень хорошие друзья, но ни на грамм больше того.

Иван просиял, его добродушнейшая физиономия расцвела как одуванчик под майским солнышком. Как и всякий хороший журналист, он разбирал, когда люди лгут, а когда нет.

Ваня действительно замечательный. Умный, самостоятельный, упорный, отзывчивый. Да и собой недурён. Такого обычно днём с огнём не сыщешь. Вика отчётливо понимала, насколько ей повезло.

Журналист потянулся к ней и поцеловал. Вот, целуется тоже хорошо. В общем, не придерёшься к парню. Виктория его инициативу поддержала обеими руками, точнее обеими губами.

— Я сейчас уезжаю в командировку, на две недели, — сообщил Иван напоследок. — Но когда вернусь, устроим ужин? Свечи, бокалы, всё такое, а?

— С радостью. Только ты не забудь, что…

— …Что ты не пьёшь алкоголя. Я помню. Будет сок.

— Здорово. Тогда до встречи. Звони мне, ладно?

— Обязательно. Да и ты меня не забывай.

— Договорились.

Вика чмокнула Ваню и выбралась из машины, захлопнув за собой дверцу. Брюнет помахал рукой и уехал. Некоторое время девушка смотрела вслед автомобилю, потом повернулась и по ступенькам поднялась к входу.

В дверях она поравнялась с другой спешащей на работу коллегой, и не с кем-нибудь, а с Ниной Борисовной.

— Виктория, хорошо, что мы встретились, — прощебетала начальница уж слишком дружелюбно. — Не пройдёте со мной в кабинет?