Кёнигсбергское чудо
Шрифт:
Но тут меня постиг тяжелый удар! Батюшка посмотрел на икону и сказал:
– Нет, это не то…
И он начал рассказывать, как все было на самом деле, ведь он был в Кёнигсберге в конце войны и видел, какой там был кошмар после четырехдневного штурма. Сказать, что я была расстроена, – это ничего не сказать. Я слушала Батюшку и понимала, что все, о чем он говорит, можно было бы изобразить, если бы это была картина, а не икона. Но ведь у иконы своя специфика, свои каноны. Что делать, я не знала.
Конец ознакомительного фрагмента.
Поделиться с друзьями: