Чтение онлайн

– Красивый ответ в книжном стиле, – прищурился Крис. – Слезу бы пустил еще для правдоподобности. А я думаю, что тебе просто слишком интересно. И это не обычное любопытство, а сжирающее чувство, которое уже настолько поглотило тебя всего, что стало сильнее других человеческих эмоций. Даже страхов.

– Веришь ты мне или нет, а это мой ответ. И теперь моя очередь спрашивать.

– А ты уже и так спросил. Главное, что тебя интересовало – это кто мы. Что ж, будем знакомы. Справа от меня Эмма, наша мисс зануда. Сбоку от нее Картер – от него чуть больше толку, потому что он обладает способностью становиться невидимым. От Эммы толку ноль, потому что ее единственный талант – останавливать время. Остановить его она может всего на тридцать секунд, и это было бы очень круто для различных розыгрышей. Но Эмма у нас типа правильная, поэтому отказывается извлекать из своего единственного таланта хоть какую-то пользу. Ты, наверное, можешь спросить, какой толк от невидимости Картера, если нас и так никто не видит? Очень большой, ведь, становясь невидимым, он способен взаимодействовать с вашим миром. Только он может, скажем, нарисовать на стене ругательства. Или переставить графин с молоком. Или переставить будильники на телефоне. Или стащить из ванной одежду. Короче, только он может сделать что-то с последствиями для людей.

Эрик, который до этого нервно переминался с ноги на ногу, замер.

– Значит, будильники и одежда – ваших рук дело???

– Если вещь возьму я или Эмма, мы воздействуем лишь на тень, на энергетическую проекцию. Вот так.

И Крис подхватил с пола валяющийся баллончик. Сам ярко-красный тюбик остался лежать на плитке, а в руке у дымчатого брюнета оказалась его дымчатая копия.

– Только Картер может двигать реальные вещи. Так что сам посуди, чьих рук дело все твои неприятности, – резюмировал он.

– Э-э-э, стоп! – выпятив испачканные краской ладошки, выступил вперед круглолицый блондин. – Прежде чем кидаться в меня чем-нибудь тяжелым, Эрик, учти, что Крис не упомянул одной важной детали. Его собственного таланта. Да, он не может трогать вещи или останавливать время. Зато он может проникать в сны и внушать любым существам сделать то, что он захочет. Даже нам. И поскольку ты, как я знаю, парень неглупый, думаю, легко поймешь, кто именно заставил меня устраивать все эти дурацкие розыгрыши над тобой!

Крис кинул на него злобный взгляд.

– Стукач. С тобой потом разберусь. Главное не это, а то…

– Да нет, как раз это!!! – перебил его Эрик Коллинз. В голове неожиданно начал складываться спутанный пазл. – Главное это, потому что ты годами врывался в мои сновидения! Ты лишил меня спокойного детства и заставил разгадывать загадки, которых что, не существует? Все это время я пытался разгадать свое собственное психическое расстройство? Ради чего? Чтобы в итоге ко мне пришли галлюцинации и сообщили об этом? А раньше на пару лет вы прийти не могли?!

– Ой, он считает нас галлюцинациями. Как оригинально, – Крис зевнул и повернулся к Картеру: – Докажи ему.

Круглолицый дымчатый блондин подлетел к Эрику и с силой ущипнул его за локоть.

– Ай!!! Больно!!!

– Ты же понимаешь, что галлюцинации так сделать не могут, правда? Так же, как не могут переводить будильники, красть одежду и далее по списку. Давай уже пройдем стадию отрицания поскорее, скучно.

– Но и реальны вы тоже быть не можете!!!

– И вот мы приблизились к самой интересной части нашей беседы. Мы рассказали тебе о своих талантах, но ты еще ничего не сказал о своем. Твой черед.

Эрик уставился на Криса.

– Это ты так тему меняешь? Нет у меня никаких особых талантов, разве что хорошо разбираюсь в информатике.

– Только не надо нам лапшу на уши вешать! Он у тебя есть, иначе почему Книга выбрала именно тебя семь лет назад?! Почему ты избранный?!

– Я… что?!

– Крис! – Эмма щелкнула пальцами, и стрелки на наручных часах Коллинза замерли. Эрик застыл как статуя, даже ресницы не моргали.

– Опять эти твои штучки. Говорю же, зануда…

– Ты вывалил на него уже слишком много информации, дай ему переварить! Это очень важный разговор, не нужно вести его на эмоциях! Ты же знаешь, одно неверное слово, и нам конец.

– Эмма права, Крис, – согласился с подругой Картер. – Давай отложим до завтра. Если, конечно, завтра он продолжит нас видеть.

Крис задумчиво переводил взгляд с одного на другую. Стрелка на циферблате снова пошла вперед. Эрик дернулся и закашлял.

– Что значит избранный?! – как ни в чем не бывало воскликнул он.

– Сейчас объясню. Но сначала… – Крис подошел к нему вплотную и положил руку Эрику на голову. – Сначала ты пойдешь к себе в комнату, не думая ни о чем, и сразу же заснешь. Сейчас тебя ничего не волнует, и ты ничего не желаешь, кроме спокойного полноценного сна.

– Сейчас я ничего не желаю, кроме полноценного спокойного сна, – эхом повторил Эрик и, развернувшись, направился к выходу.

Крис посмотрел ему вслед, а затем повернулся к Картеру.

– Закончи надпись. Некрасиво.

Блондин взял в руки баллончик и перешел к букве «д».

– Ты поступил правильно, – ободряюще улыбнулась Эмма. – Даже если завтра он нас не увидит.

– Он увидит. Неужели ты еще не поняла?

– Не поняла что?

Крис посмотрел на нее как на идиотку.

– Не поняла, что в барьере появилась трещина. А это значит, что пути назад нет.

Утром следующего дня Эрик проснулся в своей кровати: в одежде и с ужасающей головной болью. Часы показывали семь утра. Больше всего на свете ему сейчас хотелось зарыться в одеяло и не менять положения до конца дня. Но нужно было собираться на построение. Приподнявшись на локтях, он вновь со стоном упал на подушку. В желудке заворочался ком, а к горлу подкатила тошнота.

– Почему мне так плохо? – спросил сам себя он. – Я же вроде вчера не гулял. Я же… черт побери, да что вообще я делал вчера вечером?!

Сознание будто покрыли какой-то пленкой. Он помнил, что сегодня пятница, что на дворе сентябрь и что нужно идти на построение. Но совершенно не мог вспомнить, что делал накануне. В мозгу мелькали какие-то неясные очертания, туманные образы. Но навести на них контраст никак не получалось.

Собравшись, наконец, с силами и сев на кровати, Эрик заметил, что ящик тумбочки слегка выдвинут. Как и в предыдущие несколько дней, он открыл его и взял в руки книгу. Быстро пролистал. Как и в предыдущие несколько дней, она была пуста. На миг ему показалось, что книга мелькала среди туманных образов вчерашнего дня. Но как ни старался, вспомнить конкретнее так и не смог.

После контрастного душа состояние значительно улучшилось. Голова больше не болела, и тошнота прошла. Почувствовав бодрость, Эрик повеселел. Он облачился в спортивный костюм и ровно в восемь утра вышел из комнаты. Путь до спортивной площадки занимал не больше пятнадцати минут, и, обладая запасом времени, Эрик решил зайти за Джеком. Он был уверен, что друг еще копается, Харви всегда приходил одним из последних.

Несколько минут на настойчивый стук в дверь никто не отвечал. Когда же Джек Харви наконец показался на пороге, вид у него был темнее тучи.