Кибер-вампирша Селин
Шрифт:
– Это ради нас, Мирче, - брат обжег его яростью взгляда.
– Что ты делаешь?!
– взмолился Мирче.
– Исправляю ошибку, - Драгош открыл огонь.
Он стрелял по саркофагам и другим устройствам, что стояли в помещении. Ребята повалились на пол. Вокруг засвистели рикошетирующие пули. Из простреленных приборов вырвались первые искры и языки пламени.
АK47/74 после секундного раздумья бросил бластер и кинулся на Драгоша с голыми руками. Тот перевел огонь на дроида, и несколько отскочивших от робота пуль попали ему в живот. Парень выронил оружие и упал, АK47/74 навалился сверху.
– Прости, - из последних сил простонал Драгош, теряя сознание. Из его ладони выпала граната и... покатилась прямо к Селин. Робот моментально прыгнул на гранату, пытаясь защитить людей собственным телом.
Раздался взрыв! АK47/74 не успел полностью накрыть заряд, и большинство осколков попало в Мирче. Остальные остались почти невредимы.
Первой из горы развороченного оборудования поднялась оглушенная Селин.
– Мирче...
– казалось, беззвучно закричала она.
– Он здесь, - дроид шевелил губами, показывая на скрытую в клубах дыма кучу обломков.
Они извлекли тело, и Селин сразу поняла - он мертв. Подоспел Томб, получивший не смертельное ранение в плечо. Он увидел тело и, опять же, беззвучно заорал:
– Скорее... Скорее...
Девушка не могла сообразить, чего добивается ящер, она все смотрела на тело любимого и не понимала, как все произошло. Затем собственная воля покинула ее, и она доверилась Томбу, тот потащил тело к расчехленному устройству.
Словно в замедленной съемке девушка наблюдала за манипуляциями ящера. Томб положил тело на ложе, которое местами уже подгорало. Устройство искрило, и сквозь дым не все удавалось различить.
Кажется, ящер вставил душекуб в ячейку и принялся колдовать над панелью управления. Причем его манипуляции перемежались с короткими молитвами или с голосовыми командами.
Но вот острые иглы вонзились в голову и сердце Мирче. Кровь хлынула на ложе и стала запекаться от невыносимого жара.
"Суть страдания... суть страдания", - вспомнился шепот кипящей крови, а затем...
Его золотые волосы вспыхнули. Селин закрыла глаза и упала на колени...
Когда она очнулась, все уже закончилось. АK47/74 вынимал тело Драгоша, покрытое ожогами, из ячейки устройства. Из тела сочились струйки крови.
Томб достал душекуб - и трансплантационная камера тут же вспыхнула.
– Быстро на корабль!
– донесся голос ящера.
– Медицинская капсула!
Дроид побежал к выходу, держа на руках тело Драгоша, а Томб - укрывая от огня, искр и дыма драгоценный душекуб.
Селин очнулась в холодном поту, издав жуткий вопль. Ей приснилось страшное - тело Мирче, сгорающее в огне покинутой лаборатории.
– Люди сломались, - послышался голос АK47/74, который стоял рядом с койкой, - на починку уйдет время. Теперь мы одни.
Селин не поняла сказанного, ее пустой взгляд был направлен в глухую стену.
– Я не смогла... я... еще человек?
Дроид тактично промолчал, и Селин повернулась к нему:
– Почему ты не убил его?
– Произошел странный непонятный сбой... Вы разочарованы, хозяйка?
– Нет, - опустила глаза Селин.
Она поднялась с койки и подошла к видеозеркалу, что висело на стене - к единственному украшению каюты.
"Кто такой человек? Что есть душа? " - вполголоса спросила себя киборг.
– Вы точно хотите знать, хозяйка?
– удивился АK47/74, отражение которого показалось в зеркале.
– Подожди... что ты сказал с самом начале? Кто-то жив?!
– подсознание наконец-то достучалось до Селин.
Они побежали в медицинский отсек. Увидев их, ящер благоразумно отошел в сторону.
Медицинский был одним из самых обустроенных и чистых отсеков корабля. Ничего лишнего. Абсолютно белое стерильное помещение. Регенеративные капсулы, в одной из которых находилось тело Драгоша.
Перед глазами Селин пронеслись картины увиденного сна - сгорающий в огне Мирче. Киборг сжала кулаки.
Томб тем временем объяснил, что произошло, и Селин, не отрывая взгляда от лица парня, уточняла ситуацию:
– Пока один из них будет спать, другому придется бодрствовать?
– Да.
– И все, что он будет делать, второй воспримет как сон?
Томб утвердительно кивнул головой.
– Сейчас они оба спят?