Чтение онлайн

Сигарета негромко потрескивала, роняя горящие табачные крошки на ковёр и незнакомец безучастно наблюдал, как они, одна за другой, гаснут, оставляя чёрные точки проплешин.

– Меня зовут Усикава, – сказал он, докурив. Посмотрел на Мирона, зачем-то кивнул и улыбнулся. Зубы у него были желтые, будто испачканные цветочной пыльцой. – Но друзья кличут меня просто Уси.

– Очень сложно представить, что у вас есть друзья, – вырвалось у Мирона. Он не хотел грубить, ответ слетел сам собой, как реакция на вмешательство в его личное пространство.

– Это потому, что вы не сильны в японском, – усмехнулся человек.

– Уси – это иероглиф "корова", – прошептала программа под сводом черепа. – Его дразнят быком, а следует отметить, что у японцев сравнение с животными – сильное оскорбление.

– Так что вам нужно?

Мирон еще не привык разговаривать "на два фронта". Голос в голове отвлекал, но попросить Мелету замолчать он не решился.

– Лично мне – ничего. Но я пришел по поручению других людей.

– И как вы прошли мимо охраны внизу? Я думал, Империал славится своей конфиденциальностью…

– О, в этом нет ничего сверхъестественного, – он успокаивающе взмахнул руками. – Никто не замечает такую ничтожную персону как я… Маленький человек, блоха. Но в этом есть и свои преимущества.

– Вы следили за мной? Я видел вас в баре…

– Все следят за вами. Я, так сказать, первый жаворонок, – он опять усмехнулся. – Но это сейчас несущественно. Мне поручено… Как бы это сказать… Убедиться, что у вас, господин Орровски, всё в порядке. Что вы понимаете, где находитесь и примете определенные меры для своей защиты.

– Но я…

– А так же для защиты некоего ценного предмета, случайно попавшего в ваше распоряжение.

Мирон заставил себя не смотреть на конструкт. Пальцы дрогнули от желания набросить на него край покрывала, но он сдержался.

– О каких людях идёт речь? – глупо было думать, что покинув Москву, он оставил все проблемы позади. В конце концов, головной офис Технозон находится как раз в Токио… – Вас послал Карамазов?

Усикава рассмеялся.

– О нет, что вы! Такому человеку как я, никогда не суждено дышать одним воздухом с таким человеком, как Карамазов-сан. Большой человек. Куромаку. А я… – он взмахнул руками, будто сожалея о самом факте своего существования.

– Тогда о чём идёт речь? – спросил Мирон.

Этот человек начинал его бесить. Своей бесцеремонностью, фамильярностью, и в то же время – нарочитым самоуничижением.

– Об этом я не знаю, – пожал плечами Усикава. – Мне просто велено передать: будьте осторожны. Цените то, что у вас есть и охраняйте это как следует.

– Я вас не понимаю, – Мирон вскочил с кровати и подошел к окну. Выглянул на улицу… Всё тот же дождь и чёрные зонты. – Не знаю, о чём вы говорите. А теперь проваливайте. Я спать хочу.

– Знаменитая гайдзинская прямота, – улыбка Усикавы тоже была квадратной. Обрамлённая жидкой чёрной порослью, она походила на оскал мёртвой лошади. – Но вы должны извинить меня, господин Орровски. В нашей стране не принято так себя вести. Мы этого не любим. Не приучены… В древности самурай – перед тем, как совершить харакири – обязательно должен был вымыть голову, надеть красивую одежду, сочинить подходящее случаю стихотворение… И только потом сделать самое главное. Вот так и мы… – он попытался разгладить безобразные складки плаща на коленях. – Всё стремимся приукрасить. Главное – это стиль, господин Орровски.

– Да насрать мне на ваш стиль!

– Ну и ладно, – философски пожал плечами Усикава. – Мне все грубят. Такой уж я человек: как кто увидит – сразу хочет нагрубить. Не стесняйтесь, прошу вас.

– Слушайте, я очень устал, – перебил его Мирон. Он уже думал, что проще будет самому покинуть номер – прихватить конструкт, и захлопнуть дверь с той стороны, оставив Усикаву наедине с его самоуничижением. – Я давно не спал, много выпил… К тому же, меня сегодня пытались ограбить какие-то девки…

– Что за девки? – с любопытством спросил Усикава.

– Девки как девки, – Мирон пожал плечами. – Малолетки в клетчатых юбочках. Школьницы, в общем. Но с мечами.

– Значит, вы уже встретились с Сукибана, – поджал губы квадратный человек.

– С кем?

– Сукибана – это девичьи банды, – прошептала Мелета.

– Так бы сразу и сказали, – не отвечая на вопрос, Усикава поднялся. – И не стоило отнимать моё время…

– О чем это вы?

– Если вы встретились с Сукибана – то, о чём я беспокоюсь – уже не имеет смысла, – сказал он уже от двери. – Значит, меня опередили…

– Подождите! – Мирон подавил желание посмотреть на конструкт. – Вы думаете, они на кого-то работают?

– Разумеется, – кивнул Усикава. – У нас все на кого-то работают. Такая страна. Возможно, что девочки работают на того же, на кого и я…

– И что он хочет?

– Это уже не важно, – махнул рукой Усикава. – Раз я опоздал…

Открыв дверь, он вышел вон и осторожно прикрыл её за собой.

Мирон вернулся на кровать. Положил ладонь на конструкт, представив, как под холодной металлической поверхностью мельтешат кубиты информации.

– Одно можно сказать: этот чувак не знает про конструкт. Интересно, на кого он работает??

– Институт частных детективов очень популярен в Японии, – сказала Мелета. – Несмотря на обилие видеокамер и дронов, в щекотливых ситуациях японцы предпочитают обращаться к живым профессионалам.

– Так ты думаешь, он частный детектив?

– Я нашла в полицейском архиве данные о выдаче лицензии на имя Усикава Мэнсики. Фото прилагается… – перед глазами Мирона появилось трёхмерное изображение давешнего посетителя, разве что лет на десять моложе.

– Возможно, он притворялся, – задумчиво сказал Мирон. – Делал вид, что не знает, о чем речь. А сам, убедившись, что конструкт ну меня, побежал сообщать кому-то ещё.

– Значит, в ближайшее время следует ожидать совсем других гостей, – сказала Мелета.

Чувствуя боль во всём теле, Мирон встал и подхватил с пола рубашку. Натянул, застегнул пуговицы, сверху накинул пиджак…

Выдернув из розетки толстую пуповину коннектора, обернул его вокруг модуля, а модуль вновь примотал к телу скотчем, найденным в ванной. Надо будет купить какой-нибудь рюкзачок… А пока – так надёжнее всего.