Чтение онлайн

Он насмешливо взглянул на Этли:

– Поговаривали, так же, что сгинувшего за городом купца Атонила Саме, видели с тобой, здесь на Языке. Вот я и подумал, может быть такой человек мне и нужен, чтобы защитить моих подданных.

Этли молчал. Ввязываться в нечто непонятное ему вовсе не хотелось, но и «князь» этот, человек, судя по всему непростой, даром, что нищий. Просто так не пошлешь.

Старик смрадно выдохнул:

– Что бы тебе проще думалось, избавишь нас от этой напасти – получишь двадцать пять крон. Нищий двор, он ведь только снаружи нищий. Ну, а сгинешь, так на то воля Триединого. Так, что жду тебя сегодня, до темноты.

Он сделал знак своим, и крепкие мужики, подхватив старика под руки повели к выходу. Остановившись, глава нищих обернулся:

– Не придешь, пеняй на себя.

***

– Как это понимать? Кто этот дед? Что ты наговорил ему обо мне?!

Держа Оттика за грудки Этли навис над ним. Изо всех сил он сдерживал себя, чтобы не влепить трактирщику по лицу. Слишком много проблем от этой жигудины? Сначала жрецы, теперь нищие. Может отрезать ему язык?

Внезапно, сжавшийся Оттик вырвался, отступил на несколько шагов и бесстрашно посмотрел на Этли. Его лицо стало пунцовым, трактирщик сжал кулаки, словно готовился броситься в драку.

– Это! – выдохнул он. – Мое прошлое и оно всегда возвращается ко мне! Не всем повезло научиться махать клинком и резать людей, словно кур.

Ярость Оттика подействовала на Этли отрезвляюще. Трактирщик не был подлым человеком, жадным, да, но намеренно зла никому не желал. И все проблемы от него исходили либо от болтливости, либо из-за страха. Вот, как сейчас.

– Оттик, - уже спокойно произнес Этли, - давай, для взаимопонимания, объясни мне, кто этот старик, чего мне ждать от него и при чем тут твое прошлое.

Оттик тоже немного успокоился, он все еще тяжело дышал, дрожа всем телом от несвойственного ему припадка ярости. Он сел, навалившись на стойку и произнес бесцветным голосом:

– Я родился на Нищем дворе, и рос там же, лет до десяти, наверное. Ты знаешь, что значит ребенок для Гильдии нищих? Ребенок – главный добытчик, ему охотнее всего подают, и он приносит самую большую милостыню. Думаешь, князь нищих обеспокоился жизнями детей? Ха, его волнует только прибыль!

Трактирщик немного помолчал, собираясь с мыслями.

– Никто не знает имени этого старика, называют князь, ну или «мой господин», он не обижается. Говорят, он и в самом деле из княжьего рода. Но это все домыслы. Я не знаю, как было раньше, сколько помню, князь всегда стоял во главе Гильдии. Нищий двор – страшное место, кучка бездельников стоит во главе толпы бедолаг, которым не повезло родиться у более приличных родителей. Эти бездельники, ради своей праздности, готовы влачить нищее существование, отбирать кусок у слабого. Впрочем, их всех ты сегодня видел.

Оттик снова замолчал, потер виски.

– Теперь представь, что одного из нищих мальчишек забрал к себе приличный человек, вот, как меня, например. Узнав об этом, князь не находил себе место. Он и его подручные пытались выкрасть меня, пытались запугать моего приемного отца. Но он был крепким человеком!

Тут Оттик улыбнулся чему-то своему.

– Ты спрашивал, чего ждать от этого старика? Прошло несколько лет и, казалось, князь нищих отстал от нас. Но однажды, возле порога нашего дома, я обнаружил отрезанную голову отца. К тому времени я уже вырос, и не представлял интереса, как сборщик милостыни. Но князь просто решил отомстить. И отомстил. От меня Гильдия нищих так и не отстала, и время от времени я помогаю им по мелочам. И с ужасом жду, когда их князь попросит меня о большой услуге. А ему никто не отказывает, говорят, даже отцы города иногда спрашивают его мнения.

– Как думаешь, - спросил Этли, - он заплатит, как обещал?

– Смотря какие у князя планы на тебя, если он решит, что в будущем ты будешь полезен, то отдаст деньги. Если же, нет, в лучшем случае тебя выбросят с Нищего двора, раздев до нитки.

– А про музыку из холма ты слышал, что-нибудь, в детстве, когда жил на Нищем дворе.

– Нет, мы с друзьями пугали друг друга страшилками, что там живет древний эльф, обезумевший от одиночества, еще с тех времен, когда сарданарцы захватили крепость. И он, вроде как, убивает любого, кто проникнет в подземелья.

– Ты бывал там, или слышал, чтобы кто-нибудь исследовал катакомбы?

– Слушай, - устало выдохнул Оттик, - я был ребенком, мне и дела не было до подземелий Макуша, и, вообще, мне пора открываться.

Оставив Оттика в покое, Этли вернулся к столу и собрал письменные принадлежности. Хорошо бы, забрать Лавену и уйти к бесам из этой таверны. И пускай Оттика потом хоть на части режут, ему плевать. Но идти было некуда. Да и двадцать пять крон, эти деньги помогут ему не только позаботиться о Лавене, но и не беспокоясь, завершить перевод «Запределья». Отдаст князь нищих деньги или нет, вопрос будущего. Но, ведь он, Этли, умеет быть настойчивым.

Дверь хлопнула.

– А чего это никого нет, я пришшел на работу!

Таштаг недоуменно озирался, глядя то на Оттика, то на Этли.

– Нам надо поговорить, - сказал ему Этли, - пойдем вниз.

Выслушав Этли, Таштаг сказал:

– Хорошшо бы дождатьсся нашшего шшарлатана и ссходить вдвоем.

– Дни сейчас короткие, а Руди до темноты не вернется.

Таштаг кивнул:

– Как думаешшь, кто похищщает нищщих детенышшей?

– Бес его знает, может быть извращенец какой-нибудь. Или зверюга из Кафрии, сбежала от хозяев и теперь охотиться.

Против воли он вспомнил червя в доме Иртимаев. Тфу, мерзость!

– Чего эти нищщие сами не могут ссправитьсся, ссобралиссь бы и порешши ли бы, хоть зверя, хоть человека.

– В природе человека – тяга к удовольствиям и беззаботной жизни, а проблемы – пусть решает кто-нибудь другой.

– Вссе филоссофсствуешшь, - хмыкнул орк.

Этли кивнул.

– Буду собираться.

– Я позабочуссь о Лавене. Ессли ты не вернешшсся к утру, или тот старый хмырь не заплатит, я ссам навещщу этих попрашшаек.

Собирался Этли не долго. Надел кафтан, треугольную шляпу и накинул плащ. Таштаг потопал работать, а Этли на мгновение задумался. Затем вынул из мешка все свои вещи, разрозненные записи со всякими глупостями и столь же бестолковые путевые заметки, оставив только «Запределье» и перевод к нему. Все это туго обернул мешковиной и последовал за орком.

На улице, обойдя таверну, он выкинул из поленницы несколько дровин и уложил сверток в нишу. Вернув поленья на место, он придирчиво оценил получившуюся конструкцию. Вроде не заметно. Этли, надеялся, что Сейлака – мальчишку с кухни, не угораздить бросить сверток в огонь, вместе с поленьями. От этой мысли Этли даже передернуло. Но за дровами Сейлак всегда ходил с утра, да и Этли постарался выбрать для тайника такое место, откуда брать дрова не удобно.