Чтение онлайн

Лео был прав. Адаму уже нравится.

– Мисс Сэлинджер… – Заметив, как она нахмурила брови, всего на секунду и почти неуловимо быстро, Миддлтон внезапно для себя спросил: – Или я могу называть вас просто Билли?

Мисс Сэлинджер…

А ведь через месяц она могла быть миссис Розенберг, хотя это сочетание до сих пор звучало в ее ушах слишком вычурно и как-то… неудобно. Все равно что надеть туфли не по размеру и не по фасону, даже если выглядят они замечательно и могут быть мечтой сотен девушек.

Дэн всегда гордился фамилией своего рода – такого же древнего, как и запас бутылок вина в подвале его дома, – и хотел поделиться этой гордостью с Билли, даже не задумываясь, что это означало для нее.

«Мисс Сэлинджер». Да, пожалуй, с этим стоит походить еще некоторое время. Билли не была готова расстаться со своей фамилией и свободой, и в сложившейся ситуации собственное имя вызывало куда больший отклик, чем все остальное.

Она пожала плечами:

– Как пожелаете.

– Хорошо, Билли, – кивнул Адам, успев обложить себя стеной из вопросов (вроде, «какого хрена ты творишь, мужик?» и «ты в своем уме, Миддлтон?»). – Тогда перейдем сразу к делу, чтобы не задерживать вас здесь надолго. Мне сообщили, что вы занимаетесь…

«Если он сейчас скажет „охотой за головами“, я тресну его по колену».

– …поиском правонарушителей, которые избегают судебных заседаний.

Билли кивнула. «Неплохо».

– Расскажите, как вы оказались здесь и кого разыскивали.

Билли медленно выдохнула и отвела взгляд. Конечно. Никаких проблем. Сейчас она все расскажет. Как взяла заказ на Роберта Андерсона. Как подробно изучала всю его подноготную, обращаясь за помощью к таким источникам, за работу с которыми ее точно не погладят по голове. Как в итоге напала на след Андерсона в Остине, вошла в квартиру и поскользнулась на луже крови, а потом бежала прочь на третьей космической скорости, не разбирая дороги и довольно нелепо растянулась на тротуаре, запутавшись в собственных ногах, – если присмотреться, на той части асфальта заметны пятна крови. Как, задыхаясь от переизбытка паники и адреналина, она спряталась за свою машину, схватила телефон и раза с пятого смогла вызвать полицейских, с которыми еще пришлось поскандалить: ведь они не горели желанием ехать на вызов «полоумной девицы, тарахтящей непонятный набор слов».

Так… о чем он там спрашивал? Как она оказалась в этом месте?

«Как угодно, но только не по ошибке».

– Я занималась поисками человека, сбежавшего из-под залога, – проговорила Билли, стараясь не наговорить лишнего. – Его след привел меня в это место. Хозяин квартиры дал мне ключи, поэтому я вошла туда на законных основаниях. Тем более… – она замялась, – я слышала, что в квартире кто-то есть. Но внутри было слишком темно, и я не сразу заметила, что там… – Билли притихла и неопределенно пожала плечами. Итог этой короткой прогулки по квартире Миддлтон мог видеть своими глазами. – Я уже рассказала полиции, что сразу выбежала на улицу и спряталась за своей машиной.

Адам мог только догадываться, каково это – оказаться на ее месте, но знал наверняка, что никто не захотел бы пройти через то же самое. Однако Билли держалась молодцом – насколько это было возможно.

– И вы не видели, покидал ли кто-нибудь дом до приезда полиции? – осторожно уточнил он.

Билли отрицательно покачала головой.

– Мне как-то не очень хотелось играть в наблюдателя в тот момент.

– Это было правильное решение. Вы молодец.

«Я буду „молодец“, если не скажу слишком много, – подумала она. – Терпеть не могу эти прогулки по тонкому льду».

Как и отчитываться перед важными галстуками-в-законе, у которых только один девиз: «Все, что вы скажете, может быть использовано против вас». Билли тяжело вздохнула и внезапно замерла, широко распахнув глаза.

– Точно! – вырвалось у Билли, словно над ее головой загорелась лампочка потрясающей идеи.

Адам невольно вздрогнул, уставившись на ее указательный палец перед своим лицом. Видит бог: еще секунда, и он бы применил какой-нибудь незапланированный защитный прием, но, к счастью, успел вовремя опередить собственные рефлексы – то ли благодаря стакану с кофе, то ли потому, что Билли не внушала ему чувства угрозы. Но это был бы тот еще поворот. Вся выдержка Адама, его собранность и непоколебимый вид рухнули бы, как карточный домик на ветру, если бы он схватил Билли за руку и заломил ее за спину, приказав не двигаться. Ей никогда не говорили, что нельзя вот так внезапно выкидывать жесты перед сотрудниками правоохранительных органов?

«Спокойно. Посмотри на нее. Она в шоке после увиденного и не думала нападать».

Продолжая держать палец перед Адамом, Билли задумчиво посмотрела по сторонам и остановила взгляд на своем «мустанге».

– Одну минуточку, – пробормотала она и, стянув с себя плед и вручив его смятым комом Миддлтону, молча направилась к «форду», припаркованному между двумя домами.

Брови Адама подскочили на лоб.

«Не понял». – Он посмотрел ей вслед недоуменным взглядом, прижимая к себе плед и стакан с кофе. Ей-богу, для полного «набора» ему не хватало только сопливой песни о разбитом сердце и подоконника. Билли ведь не надумала сбежать? Вот так… откровенно-нагло.

– Билли? – окликнул он девушку после недолгой паузы.

Уже пора броситься за ней или стоит еще немного подождать?

Миддлтон покачал головой. Продолжая приглядывать краем глаза за мисс Сэлинджер, которая увлеченно искала что-то на переднем сиденье «форда», Адам отставил стакан с кофе на капот ближайшей служебной машины, расправил скомканный плед и сложил его в несколько ровных слоев аккуратным, геометрически верным квадратом.

– Билли тут, – оповестила она, вернувшись спустя пару минут, и, не заметив стараний Адама, забрала плед из его рук, вручив вместо него папку с документами.

Миддлтон не успел прокомментировать эту ловкую рокировку и задержал взгляд на пледе, который Билли скинула в открытую дверь фургона «скорой помощи».

Все слова так и застряли в районе горла. «Пресвятая. Дева. Мария! – внутренний перфекционист Адама издал беззвучный крик боли при виде смятой ткани, которая стараниями мисс Сэлинджер превратилась в подобие творчества Сальвадора Дали. – Спокойно, Адам. Спокойно. Пусть полежит так, это не страшно».

А что касается Билли – она явно не осознавала всю серьезность происходящего, из-за шока или по любой другой возможной причине.

И все же под треснувшей маской невозмутимости Адама распирало любопытство – как человека, который впервые столкнулся с тем, чего никогда не существовало в его системе координат. Необычным. Непривычным. Контрастным. И в случае с Билли совершенно непредсказуемым.

Да, работа Адама напрямую связана с людьми, и бoльшая часть реагирует на его появление не очень-то радостно, а иногда и угрожающе. Да, он научился и со временем даже привык не реагировать на внешние раздражители, манипуляции и попытки задавить себя напором эмоций. Но действия Билли не были направлены против него.

– В этой папке вся информация на… – Она запнулась и обреченно выдохнула. – В общем, его зовут Роб Андерсон. То есть Роберт. Роберт Андерсон. Финансовый аналитик в «Мокинджей Кэпитал Групп» [12] . Около месяца назад засветился в истории с нелегальным переводом денежных средств компании, был выпущен под залог и на заседание суда так и не явился. Мне удалось выйти на человека, который сдал Андерсону эту квартиру. И, по его словам, Роб… – Билли вздохнула, мельком взглянув на злополучное здание с адской квартирой на втором этаже, – должен был остаться здесь еще минимум на неделю. Я собиралась перехватить его этим утром и убедиться, что он никуда не денется до приезда полиции. Но… – Она пожала плечами и притихла.