Чтение онлайн

— Мы закончили?

— Мы ещё не закончили, — нахмурился тот, и, покосившись в сторону подполковника, вежливо добавил:

— Вы, наверно, хотите подойти к отцу?

Агата кивнула.

— Хорошо. Не буду Вам в этом препятствовать. Договорим после.

Николай замер над телом сестры. Агата подошла к нему и встала рядом.

— Разрешите? — хрипло спросил он у Палыча. В горле стоял ком.

— Пожалуйста, — не стал возражать Палыч.

Сидяков опустился на одно колено и стал бегло осматривать тело. Около лица лужа.

— Как думаете, захлебнулась или её тошнило?

— Вода чистая. Скорее всего, захлебнулась.

Сидяков осмотрелся по сторонам:

— Странно… ни кувшина, ни бутылки с водой… стакан пустой…

— Бутылка с водой стоит в холодильнике. Правда, воды там чуть-чуть, — сказал Караваев. — Воду на пробу уже взяли. И из лужи, и из бутылки.

Конечно, Палыч не обязан был отчитываться перед Сидяковым. Просто чисто по-человечески он понимал, как подполковнику сейчас тяжело.

— Скажите, тело можно забирать? Осмотр места происшествия закончен. Понятых уже отпустили. Игорь вот с администратором беседует. Просто по Вашей просьбе Вас ждали…

— Да, конечно, — рассеяно сказал Николай Анатольевич. — Следы борьбы, как я вижу, отсутствуют. — Он выпрямился.

— На первый взгляд, да. По крайней мере, в номере полный порядок. А что касается тела, подробнее скажу после вскрытия, — Палыч достал пачку сигарет. — Будешь? — перешёл он на «ты».

— Давай. — Николай глубоко затянулся. — Спасибо.

Он посмотрел на Агату:

— Как ты тут оказалась?

— Потом расскажу. Мама знает?

— Нет ещё. Не успел сказать… Я послушаю разговор со свидетельницей, — кивнул он в сторону стола, где сидели Лапин и женщина.

Подошёл к ним. У женщины на груди он заметил бейджик. Лапин задавал вопросы и что-то записывал, а Ольга Павловна, так было написано на её бейджике, взволнованно отвечала на эти самые вопросы.

— Вы позволите? — кивнул Сидяков на стул.

— Конечно. Прошу. — Лапин подвинул ему пепельницу и мысленно скривился. «Сейчас начнётся… И допрос не так веду, и протокол не так составляю», — с тоской подумал он.

Но подполковник оказался человеком корректным. В разговор не влезал. Только слушал.

Караваев подошёл к Илье:

— Я в морг. Если хочешь, подъезжай через часик-другой.

— Ничего не напоминает? Лужа у лица?.. — придержал его Илья.

— Баба Клава! — воскликнул было Палыч, но тут же прикусил язык. — Точно! Ты же мне рассказывал.

Караваев ушёл.

— Какая баба Клава? Из Стрельны? — спросила Агата Илью.

— Да… а Вы откуда её знаете? — удивился он.

— Я же говорила Вам, что я ведьма, а мы, настоящие ведьмы, друг друга всегда знаем.

— Что значит «настоящие»? Есть ещё игрушечные, что ли?

— Есть психологи, выдающие себя за магов, есть медицинские работники. Это лучший вариант. А есть просто шарлатаны или, что ещё хуже, люди с некоторыми психическими отклонениями.

— Если честно, до недавнего времени я именно так и считал. Хотя думал, что по большей части все эти маги и ведьмы просто хорошие артисты.

— Что такого произошло, что Вы перестали так считать?

— Помните, я хотел с Вами поговорить? До того, как опергруппа появилась.

— Помню, — кивнула Агата.

— У меня есть к Вам вопросы, так сказать, профессионального характера. Тем более что Вы, оказывается, знали Клавдию Головко.

— Кто такая Головко? — удивилась Агата.

— Баба Клава.

— Простите. Мы не знаем фамилии друг друга. Так о чём вы хотели спросить?

— Только не здесь. Дело в том, что разговор у нас с Вами будет долгий. Я сейчас скажу Игорю, что мы пойдём в отделение, а мы, если Вы не возражаете, посидим где-нибудь в кафе. Во-первых, уже время обеда, — посмотрел Илья на часы, — а, во-вторых, хочу побеседовать с Вами в неформальной обстановке. Что скажете?

— Соглашусь. Я всё-таки Ваша должница…

Когда Илья предупредил Лапина, что хочет побеседовать с Агатой в отделении, тот возражать не стал, а вот Николай Анатольевич всполошился:

— Что значит в отделении? Вы её в чём-то подозреваете? — стал наседать он на Карташова.

— Папа, успокойся, — Агата подошла к отцу. — Илья Иванович принял у меня заявление о пропаже человека и нам надо просто уточнить некоторые формальности. Всё.

— Ну, раз надо, значит, надо, — обмяк Николай под пристальным взглядом дочери.

Карташов внимательно посмотрел на Агату. Точно ведьма! Вон как легко осадила отца.

Часть 7 глава 9

В ожидании заказа они пили кофе.

— Итак, что там по поводу моей профессии? — видя, что Карташов мнётся, спросила Агата.

— Если честно, не знаю, с чего начать… слишком много непонятного произошло за последний месяц. Всё ещё до Нового года стало происходить.

— А вы начните, Илья Иванович. Я смогу отделить зёрна от плевел.

— Давайте начнём с бабы Клавы. Вы сказали, что знаете её.

— Лично с ней я не знакома. Не довелось, так сказать… но то, что она обладает большой магической силой, мне известно. Мы же все в одном котле варимся. Простите за пикантное сравнение. Я имела в виду, что в одном энергоинформационном поле находимся…

— И что она может?

— Многое. Приворотные зелья у неё настолько сильные, что действуют чуть ли не с первого глотка. Людей портит за деньги. Скот. Может рак подсадить. Может бесплодие. Может молодого и сильного мужчину на щелчок импотентом сделать. В общем, невозможного для неё мало.

— А для Вас?

— Для меня тоже мало невозможного.

— И убить можете при помощи магии? — Илья подался к ней через стол.

— Могу. Только не буду. Это не по моей части.

— А что по Вашей части?

— Лечение. Защита. Снятие негатива.

— То есть Вы, как говорят, владеете белой магией.

— Ооо! Какие у Вас познания, капитан. — Улыбнулась Агата. — Дело в том, что не существует магии белой или чёрной. Любая ведьма может испортить или вылечить. Спасти от смерти или убить. Это зависит от человека. Сама по себе сила морали не имеет, мораль имеет мастер. Я, например, хоть и знаю обряды на смерть, не буду за деньги убивать, а кто-то будет.