Чтение онлайн

– Хаккинен тоже наделен похожим свойством. Если со стороны понаблюдать за его интервью, если спросить про какую-нибудь конкретную ситуацию, возникшую в ходе гонки, то Мика визуализирует ответ движением руки в воздухе. В этом уникальность качества: Мика увидел ситуацию и запомнил ее именно такой.

Таково природное качество. Определить, насколько оно ухудшается с возрастом, практически невозможно.

– Если такая особенность заложена в генах, то ее качественные показатели можно улучшить, находясь в соответствующих ситуациях. Это позволит поддерживать уровень умений в течение всего времени, пока в нем есть необходимость, – пояснил мне Хинтса.

Гонщикам постоянно устраивают неврологические тесты с целью определения их уровня на случай возможных аварий или столкновений.

С Хаккиненом произошло нечто подобное в заезде на время в Аделаиде в 1995 году. Травма головы была настолько серьезной, что пилот был в шаге от смерти.

Создатель удивительным образом сконструировал человеческий мозг, наделив его запасом огромной емкости, в обычной ситуации совершенно не используемой. Как известно, поврежденные клетки не восстанавливаются, но вместо них выстраиваются новые связи. Хаккинен не просто полностью реабилитировался после травмы, но нарастил свое мастерство и стал чемпионом мира.

Помню, как в Канаде я спросил у Кими, что он думает по поводу того, что его считают наделенным глазами на спине. В своей обычной манере Кими просто махнул рукой, мол, да какая разница, что там Хинтса обнаружил, пытаясь найти объяснение его уникальному умению принимать молниеносные решения: «Врачи об этом все знают, мне недосуг. Я лично не заметил ровным счетом ничего особенного. Ну, ходил я на обследования, ну, подключали ко мне всякие провода. Вряд ли я как-то иначе вижу, чем любой другой, наделенный обычным зрением».

Кими Райкконен родился в городе Эспоо на улице Курунтие. Как сказал позже его отец, когда мы встретились у них во дворе, домишко размером 33 квадрата не может похвастаться гигантскими размерами. В зеленом доме с облупившейся по углам штукатуркой кроме двух сыновей проживали отец Матти Райкконен, всю жизнь в поте лица трудившийся водителем грейдера в муниципальной дорожной службе, мать Паула Райкконен, занимавшаяся приемом посетителей в Национальном ведомстве народных пенсий, и их немецкая овчарка.

Места стало больше, когда Матти купил у своего отца участок земли и вся семья перебралась в дом, построенный еще дедом Матти. Дети вошли во вкус быстрой езды, начав гонять на кроссовых мотоциклах марки Itaglietti.

Кими тогда было всего три с половиной года, он совсем не умел ездить на детском автомобиле с педалями, но с Itaglietti он управлялся – только держись. Парни соревновались во всем: сначала они боролись, а потом начинали гонять по двору, только пыль столбом стояла – и так с утра до вечера, – вспоминает Матти Райкконен.

В то время движухи хватало. Кими и его брат Рами целыми днями нарезали круги на своих крошечных «Итальетти». Вечное противостояние научило их сосредотачиваться на навыках управления своими конями, а соревновались они больше в умении обращаться с ними.

– У ребят было одно место разворота – как раз там, где въезд во двор. Там вечно образовывался горб из грунта, так что приходилось периодически разравнивать лопатой, чтобы хотя бы въехать в родной двор.

Не только пыль стояла столбом.

Однажды Райкконены перекрывали крышу. Сыновья опять затеяли гонки.

– То был жаркий летний день. Мы сидели на крыше, и вдруг все стихло. Начали кричать, все ли у вас там внизу в порядке, чем вы там вообще занимаетесь, – говорит Паула Райкконен. – Все хорошо, ответили они, и через минуту опять началось. Когда мы наконец спустились с крыши, оба были с ног до головы вымазаны глиной. Оказывается, на углу дома имелась яма с глиной. Парни налили туда воды, а потом вымазали друг друга: «Мы просто хотели, чтобы было как на соревнованиях в Пяйянне».

Рами Райкконен всегда умел уступать честолюбивому младшему брату.

На одной из наших первых встреч с родителями Кими, когда я занимался сбором общей информации, мать семейства вспомнила, как она однажды отвела уже шестилетнего Кими на обычный медосмотр. Пока они с врачом беседовали, мальчик начал нервно ерзать на стуле в углу с игрушками.

– Доктор тут же предположила, что у моего сына проблемы с концентрацией внимания. Однако проблема была в игрушке. В то время Кими сильно интересовался пазлами. Получилось, что предназначенный для детей его возраста пазл оказался для него слишком простым, сын захотел попробовать собрать тот, что для детей старшего возраста. Однако ему дали его не сразу. В общем, когда Кими удалось добиться своего, он быстренько собрал пазл и, довольный, разулыбался. В ответ врач только усмехнулась, сказав, что у этого парня нет точно никаких проблем с концентрацией внимания.

Со временем страстное увлечение ездой только усиливалось, но у семьи не было возможности купить новый мопед. Со слов Матти Райкконена, тогда сын одного из его приятелей по работе занимался картингом.

– Мы сходили посмотреть на одну из этих машинок, да потом и купили ее. Единственное, нужно было приспособить в нее такие педали, чтобы разные по росту Кими и Рами могли бы ездить по очереди. Ну, а когда нам стало ясно, что они никак не могут поделить ее между собой, пришлось купить еще один старенький карт.

Новое увлечение вывело Кими с родного двора на старую трассу Бемболе, куда по прямой было каких-то пять километров.

– Мальчишкам не разрешалось устраивать гонки, но в Бемболе проводилось четыре турнира по вторникам весной и четыре осенью. Там-то все и началось.

С улицы Курунтие до школы «Кархусуо», где учились Кими и Рами, тоже было рукой подать по лесной тропинке, но туда Кими являлся прямо к началу занятий, а вот в кружок картинга прибегал всегда заранее.

Команда Райкконена располагала весьма скромным бюджетом для участия в соревнованиях, и, как правило, они покупали уже подержанные покрышки у остальных, более обеспеченных в этом смысле участников.

– Для нашей команды выход в пятерку лучших всегда был победой. Успех позволял нам завязать партнерские связи. Первым таким партнером стал магазин «Раяла», выделивший нам продуктовый пакет, состоявший из простой колбасы, – вспоминает Паула Райкконен.

На самом же деле решающую роль для Кими сыграла поддержка шурина Юсси Рапала, оказывавшего ему персональную поддержку, а не только через свой завод по производству блесен.

– Признаться, недешевое это было удовольствие. В один год я наездил только с Кими по его соревнованиям 47 000 км. Не раз и не два случалось, что деньги вдруг заканчивались, домой приходилось возвращаться, воспользовавшись кредиткой Shell, – заверил меня отец Райкконен. Мать же считает, что о картинге семья сохранила исключительные воспоминания! Тогда все были друзьями, всех объединяло одно хобби. Уже тогда она думала, что если мои сыночки и не станут пилотами, то семья многое получила от общего дела.