Кинхаунт
Шрифт:
Закончив переговоры, Крез вышел из комнаты и встал, кисло глядя на меня.
Я мельком взглянул на меня и ткнул дрожащим пальцем.
— Т-ты почитай только. Пьяный Дэлвис отнял у благородного айзера его с-семейную релик-квию. П-перед тем как уб-бил ф-фермера.
— А про то, что ты его изнасиловал, умолчали? — ядовито уточнил Крез. — Пошли, надо собираться на Кинхаунт, пока нас тут не выследили и не завалили.
Я обреченно склонился над газетой, уже не воспринимая печатные знаки.
Все пропало. Я в полной трубе.
Невольной украдкой — по кустам, какой позор! — оглядываясь по сторонам, мы вышли из подъезда, пригнувшись, пробежали по палисаднику за дом и через парк стали пробираться в сторону остановки транса.
По пути внимание Креза привлекла парковая эстрада — на ней выступали какие-то музыканты. Скучно бренча гитарами, они гнусавили что-то о любви и неверности. Я удивился, обнаружив в такую минуту у Креза любовь к музыке, да еще подобного рода. Но его интерес привлекло совершенно другое — стойка с реквизитом, стоявшая в тени чуть в отдалении от сцены и немногочисленных слушателей, расположившихся на траве с едой и напитками.
— Парики, — сказал Крез. Лицо его было мрачно и задумчиво.
Я взглянул в ту сторону. Да, там были парики, весьма оригинального вида. Длиной, наверное, до пояса, и пышностью со стог деревенского сена. Цвета также не отличались обыденностью — ярко-оранжевый, зеленый, желтый…
К черному мы подбежали почти одновременно, но злой Крез подло оттолкнул меня и схватил его первым. Мне пришлось одевать седой. Однако на солнце парик Креза оказался густо фиолетовым — я хотел уведомить его об этом обстоятельстве, но решил промолчать.
Мы ринулись к остановке, развевая искусственными власами и распугивая случайных прохожих и мамочек, выгуливающих своих детей.
Там нас поджидал сюрприз в виде помятого мобиля Арса и не менее помятого хозяина за рулем. Оглядевшись по сторонам и не увидев полиции, мы одновременно нырнули ему в кабину. Его глаза расширились от неожиданности и испуга.
— Это, вам чего… чувихи?
Мы с Крезом переглянулись. Если Арс не узнал нас до такой степени, что перепутал пол, это было здорово, но надо было это проверить.
— Мужчина, — пропел я высоким голосом, — как пройти к библиотеке?
— А… — растерялся Арс еще больше, — Че?…
Кивнув мне с удовлетворением, Крез проворчал:
— Вали в порт, живо.
— Клевые прически, — вымолвил Арс, наконец узнав нас, сглотнул и утопил газ.
Мы помчались в порт. Физиономия Креза, злобно сверкавшая глазами из-под чудесных фиолетовых кудрей, густо спадавших ему на грудь, на время заставила меня забыть о Мэе, вызвав пароксизм истерического смеха, который не скончался до самого портового шлагбаума.
Едва мы вошли на территорию порта, как нам попался капитан, который сделал вид, что наши парики вводят его в заблуждение, и сообщил, что его корабль сегодня вечером уходит курсом почти рядом с Кинхаунтом и не считает грехом немного заблудиться — за небольшую сумму.
Решив этот вопрос, мы прыгнули обратно в мобиль Арса и помчались дальше — в магазин для охотников на Первой набережной.
Перспектива скорого отплытия несколько отвлекла меня от мрачных мыслей. К тому же Арс жестом сельского фокусника достал из-под сидения здоровенную бутыль кира, и мы с Крезом тут же вцепились в нее, крича и отталкивая друг друга, как два изрядно проголодавшихся младенца.
Наконец, уже несколько навеселе, мы прибыли к магазину. Над его входом возвышалась зверская реклама, на которой среди потоков крови и выстрелов можно было разобрать только слова "Все снаряжение для охоты".
— Сейчас я позвоню Гото, — пробормотал Арс и поднял руку с фоном.
Но, увидев это приспособление для связи, я немедленно отнял его у Арса и набрал номер Мэи, чудом — а вернее, силой желания встречи — сохранившийся в моей памяти.
Сейчас, сейчас, думал я, слушая сигнал ожидания, сейчас она примет вызов, мы поговорим, и завтра вместе отправимся на Кинхаунт — и тогда иди к черту, проклятая Амбросия, ни с того ни с сего решившая одновременно сделать меня королем и убить за это!
Но Мэя не отвечала.
— Хватит, — проворчал Крез, вытащил фон из моих онемевших рук и отдал его Арсу. — "Дэлвис-разбитое-сердце". Поплачешь о своей принцессе на Кинхаунте, в объятиях ящеров.
Я обиделся и хотел отплатить ему той же монетой, но он уже входил в магазин. Вслед за ним мы ворвались в стеклянные двери, чудом оставив их целыми, и двинулись вдоль длинных рядов, уставленных всевозможными приспособлениями для ловли и охоты.
Нервный энтузиазм, подогретый киром, делал нас несколько неадекватными — почуяв неладное, персонал магазина попрятался за прилавками.
В разделе охотничьих костюмов Крёз остановился напротив чего-то, похожего на шкуру ископаемого насекомообразного инопланетянина, и мрачно взглянул на Арса:
— Клео!
— Это? Ну разве что для вечеринки, — осторожно возразил Арс, быстрым взглядом оценив снаряжение, — понацепляли датчиков, а в зарослях они все поотваливаются. Это для равнин. Пойдем дальше… эй, друг, смотри на меня, делай как я, делай-делай как я, оу-е-е…
Он сопроводил последние слова неуклюжим танцевальным движением, в попытке подражать известному певцу, автору этого хита. С его ногой в свежем фиксаторе переломов это выглядело душераздирающе, и я отвернулся, не выдержав зрелища.
— Тогда вот это! — Крез решительно ткнул рукой в нечто, напомнившее мне картинку из школьного учебника истории, "Взрыв броненосца "Амбросия"".
— Гм… — с уважением кивнул Арс, — конечно, солидно, тяжелые щитки … когда ты будешь бегать от стриха, ты проклянешь их.
— С чего ты взял, что я собираюсь от кого-то убегать? — яростно возразил Крез. — Это он будет от меня убегать!
— М-м… — Арс почесал в затылке, — ну тогда тебе нужен костюмчик полегче, чтобы ты… смог его догнать.
— Не беспокойся, — встрял я, наконец улучив момент отомстить, — Крез бегает очень быстро. Правда, Крез?
Я посмотрел на Креза. Мой вопрос застал его врасплох. Он замер с открытым ртом, думая над ответом и тревожно выискивая в моих глазах издевку. Я торжествующе усмехнулся и пошел дальше.
— Не так быстро, как аристократы, — нашелся наконец Крез, но было уже слишком поздно.
Посреди следующего зала красовался скафандр защитной зелено-пятнистой окраски, со множеством карманов и ремней на руках, ногах, спине и плечах, предназначенных для закрепления снаряжения. К нему прилагался шлем с стеклянным забралом, фонарем на лбу и двумя черными пластинами на макушке, торчащими в разные стороны на изогнутых ножках, как усы июньского жука. Судя по описанию, скаф надежно предохранял от самого широкого спектра ударов, ушибов, укусов и прочих неприятностей охотничей жизни. А черные пластины были фотоэлементами, позволяющими питать приборы скафа без батарей.