Чтение онлайн

Я поднял глаза вверх. Там раздавались голоса, и Крез поднял палец вверх, призывая меня к тишине.

По железной палубе прогрохотал с десяток ног, явно обутых в крепкие армейские ботинки.

— Вот он! Лежать! Руки за голову! — рявкнул сорванный полицейский голос.

Крез удивленно поднял брови.

— Это не он! — крикнул другой голос.

— Гляди, какой бичара, я думал, это Крез! — заорал другой.

Крёз выпятил губы уточкой, прищурил глаза и выпятил грудь колесом. Я отвернулся, чтобы не видеть его довольную рожу.

Через некоторое время ботинки прогрохотали снова, и стало тихо.

— Полезли наверх, — предложил я Крезу. — Сдадимся полиции, отберем оружие и замочим их всех.

Он презрительно посмотрел на меня.

— Давай. Лезь. Быстрее увидишься со своим Хари.

Противоречивые чувства боролись во мне. Умом я понимал, что мне лучше уйти на Кинхаунт и залечь там на дно, чтобы переждать бурю. Потом можно будет вернуться и отомстить.

Но совесть и честь, вбитые в голову с детства, не позволяли уходить, оставляя за спиной кровь невинных жертв, погибших из-за меня. Их молчаливые тени требовали, чтобы я смыл этот позор своей кровью и ушел в историю с незапятнанной репутацией.

Я схватился за край причала и приподнялся над ним. Моему взгляду открылась толпа на пристани — рабочие носили ящики, звучали команды, заплаканные чувихи провожали матросов в рейс.

И тут "Уракина" вздрогнула и заворчала — где-то в глубине ее стального нутра ожил и заколотился двигатель.

— Прыгай на трос! — зашипело внизу.

— Нет, я вылезаю… — я напряг силы, чтобы подняться.

Но не смог. Крез держал меня за ногу.

— Какого черта?!!! Отпусти меня!!!

— Прыгай на трос! — он сделал круглые от бешенства глаза и другой рукой подал мне трос.

— Сам прыгай! Я выхожу, чтобы разобраться с этими псами!

— Не сходи с ума! Нам надо на Кинхаунт!

— Нам не надо!

От ярости я совсем потерял голову и стал лягать Креза свободной ногой. Тогда он взял меня за пояс, оторвал от причала и швырнул в море, упав следом за мной. Волей-неволей мне пришлось схватиться за трос, оказавшийся под рукой, но он оказался не закреплен и пошел вместе со мной на дно.

"Прекрасно", подумал я, быстро опускаясь в темную глубину и пытаясь сдержать дыхание. "Утонуть — тоже вариант".

Тут трос остановился, потом задрожал и медленными рывками начал подниматься наверх. Наконец моя голова поднялась над водой, и я судорожно вдохнул.

— Гарт! Трос потерял! Смотай его, пока он не утонул, раззява! — загремел наверху голос капитана. — Я тебе голову оторву!

— Есть!

Трос натянулся, Крез вцепился другой рукой прямо в камни причала — пальцы у него были стальные, не раз в ресторане он на спор завязывал косички из стальных прутьев. С палубы раздалось крепкое морское ругательство.

— Зацепился! Кэн, ну-ка помоги мне!

Трос рвануло наверх, Крез все же выпустил камни и мы оба упали в море, снова с головой погрузившись в соленую зеленую воду.

— Да будь ты проклят! — услышал я, когда трос поднял нас из воды. — Что там такое?! Ворот крути! Крон и все морские дьяволы!!!

Рев двигателя резко усилился, вода у борта отчаянно забурлила, и "Уракина" дала ход от причала.

Так мы и поплыли на тросе, захлебываясь в морской воде и слушая отчаянную ругань матросов. Наконец они увидели нас.

— Эй, вы что?! — заорал один из них нам.

— Что за черти?! — заорал другой.

— Отцепитесь от троса, уроды!

— Мы пассажиры! — закричал Крез. — Спросите капитана!

— Какие пассажиры?! — закричал матрос. — Отцепись от троса, ублюдок!

— Ятееещаааа …. твои … …, … … …! — заорал Крез так страшно, что вокруг нас из воды стали подниматься вверх брюхами медузы, рыбы и креветки, убитые звуком его голоса. — Иииссееаааа, … … … …!

— Так бы сразу и сказали, господин, — извиняющимся высоким голосом ответил матрос. — Держитесь за трос крепче, мы сейчас быстро смотаем его, и вы сможете подняться на палубу, переодеться и просушиться.

— … … …! — добавил Крез, остывая.

— Башлей и чувих у меня нет, к сожалению, — пропищал матрос совсем высоким голосом, в то время как его товарищ, похоже, совсем утратил дар речи от испуга, — но кира у нас достаточно, господин!

Вскоре мы были уже на палубе. Бросив нам оскал испуга, капитан кивнул матросам и убежал обратно на мостик.

Одни матросы пытались раздеть нас, другие, сбивая друг друга с ног, тащили шезлонги, кресла и ящики с киром. Небрежным жестом руки Крез велел им удалиться, и палуба мгновенно опустела.

Крупная дрожь корабля перешла в легкую вибрацию, а потом превратилась в еле заметный гул, Уракина вновь тронулась с места, начиная резать ржавым носом студенистые синие волны.

Море.

Не обращая внимания на струившуюся изо всех дырок воду, Крез достал уизон, не пострадавший от воды в его фирменном водонепроницаемом портсигаре, невозмутимо закурил и стал снимать с себя комбинезон. Я последовал его примеру, и снова обнаружил в кармане штанов золотую побрякушку Джалайна. Намокнув, она стала как будто тяжелее и ярче. Подумав, я надел ее на шею, чтобы не потерять.

Вскоре мы сидели на палубе абсолютно голые, и смотрели на постепенно удаляющийся берег.

Здания, корабли и люди становились все мельче — уже можно было окинуть глазами набережную, заросшую домами, словно лесом. Разделяющая нас полоса лениво плещущейся холодной глади медленно росла.

Я смотрел на уходящий от нас город и чувствовал, как завершается один этап нашей истории и начинается другой.

Впереди ждали приключения. Какими мы вернемся? Может, богатыми и славными, а может без руки или ноги, или вовсе не вернемся. Хорошо, что нет у нас ни жен, ни детей, для которых наша смерть была бы непоправимой трагедией. Мэя Дэвис… может быть, я еще увижу ее, если на то есть воля Судьбы.

Наши матери и отцы давно на том свете. Поэтому мы уходим в путь с легким сердцем — наша смерть никого не огорчит.

Мы ждем приключений. Приключения ждут нас.

— М-может хотите полотенца? — послышался мелодичный девичий голос, и мы с Крезом обернулись, прикрывая руками свои несомненные достоинства.

Красивая девушка, слегка зардевшись, протягивала нам два полотенца. Мы встретились глазами, и словно райский болеутоляющий нектар пролился на мое отравленное горечью сердце.