Чтение онлайн

Рядом с будкой городового, несколько солдат апшеронцев с любопытством наблюдали за перебранкой молодёжи. Они, без лишней суеты, занимались, своими солдатскими делами. Кто- то седлал коней, аккуратно разглаживая каждую складку на подседельнике. Несколько солдат проверяли оружие, внимательно осматривая, близлежащие окрестности. Бравый поручик, как на лубочной картинке, уперев одну руку в бок и выставив вперёд левую ногу, смотрел в подзорную трубу. Его труба была направлена, на дорогу, ведущую из Внезапной, откуда вот – вот, должен был появиться обоз. Возле орудий стояли, пушкари с зажжёнными фитилями.

– Придется тебе Перстень, с Аташкой махаться. – Сказал Каримула, похлопав меня рукой по плечу, – он сейчас тебя, конкретно недоделком назвал.

– Слушай, честно говоря…. – Попробовал уклониться я от драки. Но поймав, удивлённый взгляд Каримулы, спросил: – А отказаться нельзя?

– Если бы я тебе не перевёл, то, наверное, можно было – бы. А так, все видели, что ты понял. Давай вперёд и не ссы. Один на один драться будете, ни кто больше не полезет. Тем более ты приёмчики всякие знаешь. Ух, получат сегодня Таркинские. – Он в предвкушении моей победы потёр руки.– А то прошлые два раза, они побеждали, вот и раздухарились. Ты главное внимательнее будь, и в ноги его не пропускай.

– А правила, какие-нибудь, есть? – Спросил я в раз, осипшим голосом.

– Какие правила чудак, – засмеялся Каримула: – бей пока, он пощады, не запросит. – Потом подумал и сказал: – или пока ты не запросишь. Но лучше не надо,– вдруг став серьёзным добавил он, – а то, они совсем зазнаются.

Наш поединок, должен был состояться, сразу за холмом, возле будки городового и, вся молодёжь кроме девушек потянулась туда. Девчатам тоже, было очень любопытно, но горские адаты, запрещали им подходить близко, к поединщикам. Волей, не волей, им пришлось остаться на месте.

– Держи, перстень.– Я снял с пальца кольцо и отдал его Каримуле. После этого развернулся и пошёл навстречу сопернику.

– Давай хохол, иди сюда. – Под общий смех начал Аташка. – Сейчас, доделывать тебя буду. Руки – ноги выдерну и обратно вставлю, только местами поменяю.

Я, честно говоря, не понял ни слова. Однако по интонации и смеху, стало понятно, что меня хотят разозлить. А вот злиться точно, было нельзя, тогда наверняка проиграю. Хотя если один на один, это ещё бабушка надвое сказала. – Вдруг вспомнилась поговорка: – Толи будет, толи нет – толи дождик, толи снег. – Пока я вспоминал бабушкины стишки, пропустил удар в глаз.

– А не чего, во время драки бабушек вспоминать, в драке бабушка точно не поможет. – Подумал я, поднимаясь с земли. Ата с добиванием не спешил, он явно хотел, насладится своим триумфом и, с гордостью поглядывал по сторонам, под одобрительные крики своих товарищей.

– Надо идти на сближение. – Подумал я: – Иначе удачи не видать. На кулаках он явно быстрее меня. Сделав шаг вперёд на противника, я тут же получил лбом в нос. Взяв меня на баш 24 , Аташка сделал шаг назад и стал с любопытством, смотреть на меня, поднимающегося с земли. Утирая разбитый нос, я поднялся с земли и, снова пошёл на сближение. Обступившая нас толпа, требовала добить меня. Ата, для большего эффекта, решил ударить меня ногой, и попал на приём под названием – (ахиллесова пята). Я сделал шаг в сторону удара, поймал его ногу и, прижав её к своему телу, упал на спину. Аташка взвыл и, попытался выдернуть ногу, из моего захвата. Но не тут – то было. Это был мой единственный шанс на победу и, я не собирался его упускать. Мы с Аташкой катались по земле, а вокруг нас орала разгорячённая толпа. Выстрел из пушки отвлёк внимание зрителей и, бросив нас, болельщики побежали за холм. Я отпустил ногу подвывающего, но всё же, пытающегося достать меня Аташки. Откатившись в сторону он, что – то гортанно спросил, у Каримулы, который не убежал вместе со всеми.

– Он спрашивает, где твой крестик? – Перевёл мне Каримула.

– Я комсомолец. – Не подумав, ляпнул я.

– Я не знаю, как переводить. – Он непонимающе посмотрел на меня.

– Переведи, что когда на волнах катался, потерял. – Сказал я.

Каримула начал переводить. Он, что то долго говорил, прыгающему на одной ноге Аташке. От себя, похоже, тоже что – то добавил. Потому, что злость на лице моего противника, сменилась на любопытство. Корчась от боли, он слушал моего кунака и с интересом поглядывал на меня.

– Скажи ему пусть стопу на девяносто градусов, зафиксирует тугой повязкой. – Сказал я, глядя намучившегося от боли в ноге, Аташку.– Пару тройку дней поболит, потом легче станет. Скажи, если не зафиксирует, долго болеть будет.

– Девяносто градусов это как? – Снова не понял, как перевести Каримула.

– Вот так. – Я нарисовал ногой на песке прямой угол.

– Теперь понял. – Каримула опять начал, что-то говорить, внимательно слушавшему его Аташке, а я пошёл посмотреть, что твориться за холмом. Метрах в восьмистах, от будки городового и полосатого шлагбаума, появилось, облако густой пыли, которое медленно приближалось, к шлагбауму. Неожиданно прозвучали три выстрела, подряд, сделанные из полковых мортир. Они подняли, три куста разрывов, в зарослях кизила, растущих, в паре сотнях метрах, от дороги. Каримула, с хромающим на ногу Аташкой, тоже вскарабкались на вершину холма. Мой недавний противник, похромал мимо, к расположившейся недалеко компании Таркинских парней. Метрах в двадцати от нас, на склоне было сделано, что – то вроде окопов, а над ними, удобные, длинные лавочки, как для просмотра фильма, в летнем кинотеатре. И вот на этих лавочках расположились Петровские и Таркинские зеваки. А посмотреть было на что. При отсутствии телевидения, такое зрелище, пропускать не полагалось.

Из облака пыли, сначала, появился наездник на вороном коне. За ним, по одной, начали выползать, полтора десятка, повозок. Рядом с повозками, ехало человек тридцать, конных. Замыкали обоз, пара одногорбых верблюдов, с перекинутыми через горбы полосатыми тюками. Обоз приблизился к шлагбауму и, постояв немного возле него, начал постепенно втягиваться в Анжикалу. Каримула помог мне утереть сопатку и, протянув кольцо, сказал, похлопав по плечу:

– Красавчик! Ты всё – таки его уделал. Теперь с него спесь, немного слетит. – В это время из компании Таркинских что – прокричал в нашусторонуАта.

– Через три дня, тебя приглашают на золотые пески. На волнах зовут кататься.Там волны хорошие, длинные. Я давно там не был.

– А что так? – Поинтересовался я.

– Там место Таркинских. Мы, чтобы поменьше кусаться, к ним не лезем. Мы к ним не лезем, они лишний раз к нам. Правда, когда рынок бывает, тогда перемирие. Но, случается, и там перемахнёмся, сам знаешь, дело молодое. – Сказал, хлопая меня по плечу Каримула.– Ну, что обоз, можно сказать, встретили, пошли на пристань. Я вчера на рейде, два корабля видел, один под Андреевским флагом, другой вроде турецкий. Вообще то, не важно чьи. Главное, что разгружать будут, можно ахча 25 поднять. Мы побежали с холма, в сторону моря. По пути к нам присоединились Мага, Ксюха и Серьга. Мага, подпрыгивая и махая на бегу руками, что-то восторженно кричал, а Каримула на бегу переводил:

– Говорит, хана теперь Таркинским. Говорит, ты нас теперь приёмчикам научишь и всё.

– Что всё? – Не понял я.

– Теперь говорит, золотые пески, наши будут.– Продолжил переводить Каримула.

– А что вместе купаться нельзя? Странно как – то. Море же большое.

– Можно, конечно, но не интересно. Это как игра.

– Царь горы называется? – Уточнил я.

– Не знаю, как называется, но без игр сам знаешь скучно. Мага спрашивает, как приём называется, от которого братуха взвыл?

– Ахилл. А что, Аташка ваш родственник?

– Да, тут почти все родственники, наши отцы двоюродные братья. Только наш мулла в Анжикале, а семья Аташки, за дворцом шамхала присматривает, пока тот от русских бегает.

– И давно бегает?

– Порядочно. Вы идите в порт, а мы с братом вас попозже догоним, вон отец, что – то кричит.

Каримула с Магой свернули, к махавшему им от дома, рукой отцу, а мы не спеша продолжили свой путь в сторону Петровского порта.

– Мне интересно.– Начал я, переведя дух после быстрого бега,– почему мы всё время бегом передвигаемся?