Кинжал-предатель: Из секретной книги Джона Вильсона
Шрифт:
— Посиди здесь, дружище, и отдохни. А чтобы тебя никто не видел, мы прикроем тебя брезентом.
Осмотревшись кругом и убедившись, что ему не угрожает никакая опасность, Клеменс Ругэ дернул вожжами, и шарабан скрылся в чаще леса, увозя с собой пленника.
Переодевшись туристом, великий сыщик очутился перед мельницей. Размахивая шляпой, он начал вызывать хозяина. Но старый мельник не являлся. Пришлось повторить окрик.
Дверь отворилась и на пороге появилась неприветливая фигура великана.
— Что случилось? Кто здесь так громко кричит?..
— Это я, — послышался ответ. — Странствующий турист, у которого пересохло в глотке и который хотел бы промочить се…
— У меня ничего нет!.. Проходите своей дорогой…
— Вздор! Гостеприимство — первое качество американца!..
При этих словах, Джон Вильсон открыл дверь и, бесцеремонно войдя в сени, уселся за стол и с непринужденной развязностью начал:
— Не делай, дружище, такой кислой физиономии… Принеси-ка лучше мне попить. В долгу не останусь…
Мельник не думал двигаться с места.
— Я уже сказал, у меня ничего нет, — ответил он недовольно.
— Но вода-то у вас, вероятно, найдется?..
— Это можно! — ответил гигант с угрюмой улыбкой и подал стакан воды. — Будет стоить один доллар!
— Вот как?!..
— Она мне даром не дается, вы находитесь у меня, и я не обязан за вами ухаживать даром…
— Хорошо. Я согласен. Пусть будет по-вашему. Я достаточно устал и думаю, что за доллар могу у вас даже и отдохнуть?
Турист, не замечая ехидного выражения лица мельника, начал с ним шутливо болтать, повествуя о своих приключениях, происшедших во время его якобы долгих странствований.
Мельник внимательно слушал, однако сам избегал вступать в разговор.
Прошло около часу.
— Ваша мельница весьма красиво расположена в этой чудной местности… Вы, вероятно, живете один?..
— Да! — огрызнулся старик.
— У вас есть работники?
— Не нуждаюсь!..
— Неужели вы исполняете всю работу сами?
— Да. Дела мои идут тихо, работы мало… Уж не знаю, как удастся скоротать мне век!..
— А почему у вас мельница в полном ходу?
— Ах, вам и до этого есть дело? Я удивляюсь вашему чрезмерному любопытству. Однако, признаюсь, и надоели же вы мне изрядно. Уходите-ка лучше отсюда по добру, по-хорошему!..
Джон Вильсон засмеялся.
— Вот как?!.. Спасибо за откровенность!.. Скажите, вы всегда так вежливо относитесь к проезжим туристам?
— Да, всегда. Кому не нравится, пусть меня не слушает — скатертью дорога!
— Не думайте, пожалуйста, что я хочу отвлекать вас от работы — избави меня Бог, я могу и без вас соснуть часок-другой. Не беспокойтесь, я ничего у вас не украду!
И, как бы стараясь привести свое желание в исполнение, Джон Вильсон повел глазами, отыскивая, на что бы поудобнее улечься.
— Ну, уж это слишком! Убирайтесь отсюда! — вскрикнул со злобой в голосе мельник, топнув ногой.
Сыщик мало обращал внимания на ярость великана.
— Мне бы очень хотелось ознакомиться с внутренним расположением вашей мельницы: я еще ни разу не видел ее в действии…
Джон Вильсон встал и, выйдя из коридора, отправился в близ находящееся помещение. В это время жернова работали и производили страшный шум.
— Как интересно! — восторгался сыщик, прислушиваясь к плавному плеску воды.
Осматривая помещение, Джон заметил в углу дверь. Она была обита железом.
— А это что за помещение? — спросил он мельника и хотел открыть дверь.
Но в это время, крадучись как кошка, подлетел к нему мельник и, прежде чем сыщик успел что-либо сказать, он получил по голове сильный удар.
— В последний раз я говорю тебе — уходи! — раздраженно сказал мельник, держа над его головой сжатые от злобы кулаки. — Задушу, если ты…
Джон Вильсон геройски выпрямился и смело продолжал смотреть на него.
Разъяренный, как лев, мельник с налитыми кровью глазами поднял кулаки и собирался наброситься на неотвязчивого посетителя; но Джон Вильсон со свойственной ему ловкостью схватил мельника за обе руки и прижал к полу.
Корчась от боли, мельник оставался лежать неподвижно, и на искаженном лице его появилась чисто зверская гримаса.
— Это тебе даром не пройдет!.. — сказал старик, гневно грозя кулаком.
В это время снаружи раздался свист и послышался громкий мужской голос.
— Гей, Том, где ты пропадаешь?
Мельник подобно дикому хищнику шарахнулся к дверям.
— Сюда, Клеменс!.. Скорее, скорее!!! На меня нападают!..
Послышались торопливые шаги и появился чернобородый человек, которого видел уже раз сыщик. Два сверкающих стальных дула револьвера направились на Джона Вильсона.
Сыщик не растерялся. Он быстро выхватил из кармана тоже два револьвера и в свою очередь навел на вошедшего.
— Стреляй в него, Клеменс! Это полицейская ищейка! Он пришел сюда, чтобы разнюхать…
— Клеменс Ругэ, только посмей!.. Моя пуля опередит твою! — повелительно загремел могучий голос сыщика.
Ругэ наклонился к мельнику и что-то тихо шепнул ему на ухо.
— Хорошо! Я так и сделаю, — ехидно захихикал мельник, направляясь к выходу.
Джон Вильсон, предвидя готовившуюся для него ловушку, подался корпусом к углу, ни на минуту не выпуская из рук револьвера, и стал зорко следить за каждым движением своего врага.
Наступила трагическая минута.