Чтение онлайн

8 августа упор также был сделан на действия штурмовиков. Только И-15 совершили 110 самолетовылетов. Они успешно подавляли вражеские батареи, заставляя расчеты разбегаться или прятаться в укрытиях. В светлое время суток движение по дорогам в ближнем японском тылу полностью прекратилось – самолеты гонялись даже за небольшими группами людей, отдельными повозками или всадниками. Вражеские солдаты перемещались только вне дорог. При появлении штурмовиков они старались спрятаться в высокой траве.

И-15 также вели разведку в районе боев. Им поставили задачу выявить расположение японских орудий, и они ее успешно выполняли. Полученные сведения использовала тяжелая артиллерия.

Штурмовики ССС нанесли эффективные удары по пехоте западнее Безымянный и артиллерии в районе Нанбон. Они сбросили из внутренних кассет 256 бомб АО-10 и выпустили 10390 пуль. Отсутствие у противника большого количества зенитных средств позволило штурмовикам работать с малых высот, используя мощь своего пулеметного вооружения (каждый ССС нес в крыльях четыре пулемета ШКАС).

СБ мелкими группами вылетали против позиций артиллерии в районах Намченсандона, Чуюсандона и Хомоку.

{66}

6 августа 1938 года принявший под свое командование армейскую группу войск Григорий Михайлович Штерн начал генеральное наступление на Заозерную и Безымянную. В районе Хасана были сосредоточены объединенные под единым командованием 32-я, 39-я и 40-я стрелковые дивизии, 2-я механизированная бригада, 121-й кавалерийский полк 31-й кавалерийской дивизии, 39-й корпусной артиллерийский полк, 22-й артполк из 22-й стрелковой дивизии, 187-й и 199-го артполки РГК, саперные батальоны 39-го и 43-го стрелковых корпусов, 32-й инженерный и четыре строительных батальона, а также крупные силы авиации. {51}

Командир 2-й мехбригады полковник Панфилов пошёл в атаку первым – с разведротой. Причём с ротой шли её командир, командир батальона и комбриг. Но кто из них командовал 15 танками на самом деле, так никто и не понял, даже после боя.

Танк Панфилова застрял, как и большинство машин разведроты. Советские танки, имея твердое указание не переходить государственную границу, вынуждены были пробираться по узкому бутылочному горлышку между срезом воды и границей, и неожиданно для себя застряли в болоте уже на виду у противника. Что делать? Полковник пересел на одну из трех счастливо миновавших предательскую топь боевых машин и возглавил атаку этих трёх танков на японцев.

У южного склона высоты Заозёрной японская пушка вынесла у панфиловского БТ-7 гусеницу. Подбитая колесно-гусеничная боевая единица продвинулась ещё на полкилометра и встала. Но Панфилов не опустил руки, а снова сменил «коня». На последнего, который был на ходу.

Дорвавшись наконец до врага, полковник начал гасить японские огневые точки. И к тому же проделал два прохода в колючей проволоке – для пехоты.

Ещё десять минут боя. Тяжёлого боя на высоте. И у нынешнего БТ-7 Панфилова… опять свалилась гусеница.

Но Панфилов не сдавался. Он приказал механику спустить танк в лощину, укрыв его от огня. Сам же полковник т. Панфилов вышел из танка и стал кричать: «Товарищи пехотинцы, вперёд, сопка занята танкистами!» – и вместе с третьей ротой первого батальона 118 стрелкового полка двинулся вперёд. Причём экипаж боевой машины – Перевальский, Персидский и Трошенков взяли запасные пулемёты из танка и пошли в атаку вместе с пехотой! Полковник т. Панфилов под крики «УРА» водрузил флаг на южной части гребня высоты Заозёрная».

{50}

В течение 6 – 9 августа, несмотря на ввод японцами в бой последних двух полков 19-й дивизии – 73-го и 74-го и части Циньюанского охранного батальона, 32-я, 40-я и 115-й стрелковый полк 39-й дивизии вместе с разведывательным и 2-м и 3-м танковыми батальонами 2-й мехбригады вытеснили противника с части захваченной им территории, а 10 – 11 августа отбили неоднократные попытки японцев вернуть утраченные позиции.

{51}

Музыка: Б. Покрасс Слова: Б.Ласкин

На границе тучи ходят хмуро,

Край суровый тишиной объят.

У высоких берегов Амура

Часовые родины стоят.

Там врагу заслон поставлен прочный,

Там стоит, отважен и силен,

У границ земли дальневосточной

Броневой ударный батальон.

Там живут – и песня в том порука -

Нерушимой, крепкою семьей

Три танкиста, три веселых друга -

Экипаж машины боевой.

На траву легла роса густая,

Полегли туманы широки.

В эту ночь решили самураи

Перейти границу у реки.

Но разведка доложила точно, -

И пошел командою взметен,

По родной земле дальневосточной

Броневой ударный батальон.

Мчались танки, ветер подымая,

Наступала грозная броня.

И летели наземь самураи

Под напором стали и огня.

И добили – песня в том порука

Всех врагов в атаке огневой

Три танкиста, три веселых друга

Экипаж машины боевой.

1938

Федько говорил со мной по телефону во время боев у озера Хасан. Наступили решительные дни 6-7 августа 1938 года. Он беспокоился о средствах перевозки. Я выехал в Посьет и проверил, как идет разгрузка. Там было все очень сложно: крупные транспорты к берегу не подходили, бывали дни, когда приходилось мобилизовывать все рыболовные суда соседнего колхоза. Но в общем-то с разгрузкой справились.

Бои шли более двух недель. Трудно было поручиться, что они не перерастут в большую войну. Мы имели дело с тем же самым вероломным врагом, который в 1904 году без объявления войны напал на русские корабли, стоявшие на внешнем рейде Порт-Артура. Но в 1904 году японцы использовали для нападения лишь миноносцы. А в тридцатые годы они имели очень большой флот и к тому же сильную авиацию.

Обо всем этом я думал, возвращаясь во Владивосток на эсминце, доставившем нас в Посьет. Я видел скопление наших кораблей в бухте Владивостока и понимал, какую беду может причинить внезапный налет вражеских самолетов. Конечно, с самого начала конфликта мы принимали некоторые меры предосторожности, но ограничиваться только ими не могли: ведь в случае налета в последний момент просто не успели бы отдать нужные распоряжения. Мы должны были заранее позаботиться о каждом корабле, воинской части, о городе, его людях. Требовалась общая четкая система, которая сразу вступила бы в действие по определенному сигналу, переданному одним словом, скажем «Пламя».