Чтение онлайн

{71}

Иностранная печать о германо-советском хозяйственном соглашении

БЕРЛИН, 14 февраля. (ТАСС). Первые страницы вечерних газет почти целиком заполнены материалами о советско-германском хозяйственном соглашении. Газеты печатают специальные статьи, а также приводят многочисленные отклики мировой печати. «Берлинер берзенцейтунг» поместила в своем вечернем выпуске передовую статью, в которой говорится:

«Подписанное 11 февраля 1940 года германо-советское хозяйственное соглашение имеет огромное значение для дальнейшего формирования политических и экономических отношений между обеими странами. Заключенные между СССР и Германией торгово-политические соглашения создают условия для дальнейшего развертывания экономических отношений. Исходным пунктом этих новых экономических отношений между Германией и СССР явилось торгово-кредитное соглашение от 19 августа 1939 года, после подписания которого через 4 дня последовало заключение пакта о ненападении. Как известно, это соглашение предусматривало дальнейшее развитие германо-советского торгового оборота на основании предоставления Советскому Союзу долгосрочного кредита на сумму в 200 миллионов марок для размещения заказов в Германии. Новое хозяйственное соглашение обеспечивает Германию важнейшим сырьем, на которое германская промышленность имеет большой спрос. Несомненно, что поставки советских товаров в Германию могут быть расширены, так как Советский Союз располагает огромными резервами сырья. Советские поставки сырья будут компенсироваться германскими промышленными изделиями, в которых Советский Союз заинтересован. Нужно учесть, что третья пятилетка в СССР предусматривает сильный рост промышленности и постройку большого числа новых крупных заводов. Поэтому потребности Советского Союза в техническом оборудовании, особенно в сложных машинах, значительны».

Газета далее подчеркивает, что в дальнейшем откроются еще большие возможности для расширения товарооборота между Советским Союзом и Германией. Новое хозяйственное соглашение, заканчивает газета, отражает интересы обоих крупных торговых партнеров – Германии и Советского Союза. Оно соответствует уже оправдавшей себя германо-советской дружбе.

«Дейче альгемейне цейтунг» пишет:

«Германия занимала во внешней торговле Советского Союза в течение ряда лет первое место и была его важнейшим торговым партнером. В 1931 году была достигнута наивысшая точка в германо-советской торговле. Стоимость товарооборота тогда достигла приблизительно 1,2 миллиарда германских марок. По новой экономической программе товарооборот между обеими странами уже в первом году превысит уровень 1931 года. В ближайшие годы объём торговли будет еще больше расширен.».

Газета подчеркивает, что советские поставки для Германии уничтожают брешь, пробитую английской морской блокадой.

{10}

16 февраля британские эсминцы «Айвенго» и «Интрепид» обнаружили «Альтмарк» в охранении норвежских миноносцев «Кьелль» и «Скарв» в четырех милях от маяка Эйгерё. Командир «Айвенго» лейтенант-коммандер Хэдоу обратился к старшему норвежскому офицеру с требованием досмотреть судно, на что было отвечено решительным отказом, так как оно находилось в норвежских территориальных водах. Однако, «от греха подальше» транспорт отконвоировали в Йессинг-фьорд.

16 февраля Черчилль приказал ВМС Ее Величества перехватить германское судно снабжения «Альтмарк», на борту которого находились захваченные в плен моряки с британских торговых судов, потопленных линкором «Адмирал граф Шпее», не взирая на возможное сопротивление норвежских моряков.

{71}

Тамара, привет!

Рад, что ты нашлась. Я как-то раз дернулся было разыскать кого-то из старых друзей, но не вышло и это дело забросил.

Участвовать посредником во всесоюзном финале «На штурм» готов.

Ты просила написать про учебу в училище. Действительно, в этом году заканчиваю Качинскую Краснознамённую военную авиационную школу имени Мясникова.

Если по порядку, то дело было так.

После зачтения приказа с 1 сентября 1938 года о зачислении нас курсантами мы были распределены по группам и отрядам и приступили к изучению теоретического курса. Назывался этот период «теркой». Нам предстояло, перво-наперво, изучить все науки, имеющие отношение к авиации: аэродинамику летательных аппаратов, теорию полета самолета, материальную часть самолетов и двигателей, пройти штурманскую и метеорологическую подготовку, овладеть методикой и навыками обучения курсантов. И, безусловно, хорошо закалиться идейно. Это предусматривала программа политической подготовки.

Занятия проходят в хорошо оборудованных классах и лабораториях. Преподаватели и инструкторы, а также обслуживающий персонал обладают большим опытом обучения летного состава.

За три месяца мы изучили материальную часть самолетов Ут-2, Ут-1, Р-5 и моторов М-11, М-17. Позже приступили к изучению самолета И-15 «бис»; а также мотора М-22. Занимались много и усидчиво, порой допоздна.

И особенно запомнился день принятия воинской присяги. Он был особенным, не похожим на остальные дни, и мы к нему готовились с большой ответственностью. В 10 часов в актовом зале школы выстроился наш отряд. Вытянувшись, как говорят, в струнку, строй замер. Курсанты, чеканя шаг, один за другим подходили к столу и в торжественной обстановке произносили слова присяги. В этот день все мы ходили взволнованные. Мы были горды от сознания, что стали настоящими воинами Красной Армии, что ответственность за судьбу Родины ложится теперь и на нас – молодых летчиков.

Вспоминается один курьезный случай, происшедший со мной в те дни на посту.

Как-то, находясь в карауле на аэродроме, я охранял один из ангаров. Завывал ветер. Было зябко. В свете ламп хлопья снега казались крупными комками ваты, падающей невесть откуда. Мысль все время возвращала меня почему-то к недавнему разводу караулов. Навязчиво повторялось строгое предупреждение: бдительность и еще раз бдительность.

«А условия как раз на руку разным там диверсантам!» – думал я с тревогой, пристально всматриваясь и вслушиваясь в густую темень. Но видел я лишь белые хлопья снега, слышал только завывание ветра.

По моим подсчетам прошло уже около часа, как я заступил на пост. Значит, осталось еще столько. Постоял немного под «грибком» – и снова зашагал вдоль стены. Ветер по-прежнему рвал полы шинели, бросал в лицо холодные и мокрые комья снега. Узкая полоса света обрамляла по периметру ангар. А дальше – черная стена, кромешная темнота. Дошел до угла. Теперь кругом, и в обратный путь.

«А что за углом? Ну-ка, выгляни, посмотри! – заговорило во мне желание. – Вдруг что-то подозрительное?..»

Выглянул. И в тот же миг получил удар по голове. Как стоял – так и присел. Шея стала мокрой, что-то потекло за спину. «Наверное, кровь!» подумал я и мгновенно нажал спусковой крючок. Прогремел выстрел предупреждение о нападении на часового. Теперь – бороться! Я приподнялся и стал искать глазами диверсанта. Но его нет! Где же он? И тут взгляд мой упал на большую глыбу мокрого снега, которая лежала рядом. «Так вон оно что…» Я облегченно вздохнул. Мне стало ясно, что произошло: мокрый снег, отяжелев, сполз с крыши ангара в тот самый момент, когда я выглянул из-за угла… Печально и смешно! Однако – поздно: был выстрел и ко мне уже спешили на помощь. Из темноты выпрыгнул на свет запыхавшийся начальник караула, за ним появились вооруженные караульные.

– В чем дело? – взволнованно спросил начальник караула.

Я объяснил.

– Молодец! Действовал, в общем, решительно и верно, мало ли что могло случиться! – похвалил он меня.

После этого случая я стал еще бдительнее нести караульную службу, еще лучше относиться к своим служебным обязанностям.

На второй год у нас новые предметы – тактика ВВС, общая тактика, и другие. Работы было много, но никто из нас не унывал. Мы учились – и имели неплохие результаты. А в предвыходные и выходные дни находили время даже сходить и в увольнение.

К концу апреля 1939 года мы закончили «терку» и успешно сдали все экзамены. Как только снег сошел с полей, наш отряд выехал в лагерь, где мы начали восстанавливать на самолете Ут-2 утраченные за зиму навыки. Параллельно с полетами на самолете Ут-2, на И-5 отрабатывали руление. Машина эта уже снята с вооружения, однако у нас ее приспособили для отработки у летчика выдерживания направления с опущенным и поднятым хвостом самолета. Такие упражнения предшествовали самостоятельным полетам на И-15 «бис». Цель рулежки заключалась в том, чтобы научить курсанта строго выдерживать направление при взлете и на пробеге после посадки.