Чтение онлайн

Но Черная Рыба не рада, совсем не рада. Отправилась она на глубокую, глухую, непроглядную глубину ко второй сестре — постарше — к Синей Рыбе. Все ей рассказала, ждет. Сестра подумала и говорит: «Знаю-знаю одно средство… Только ты не выспрашивай, не высматривай — плыви к себе, поднимайся. А завтра может твой рыбак могилу готовить».

На следующее утро, когда Гидгих ушел, увидела Ахсинун, что стоит у дома старуха в синей одежде. Старуха смотрит на Ахсинун, просит еды немного. Удивилась жена рыбака — откуда на Острове взялась эта незнакомая старуха, но спрашивать ни о чем не стала. Принесла еды.

— Спасибо, — сказала старуха. — Вот тебе в благодарность бусы из синего морского камня. Как наденешь их, придет к тебе твоя дочь, Кумаа, расскажет, как она живет без тебя.

Обрадовалась Ахсинун, надела бусы, ждет, когда придет к ней Кумаа. Но бусы стали покрываться чешуей и все туже затягиваться вокруг шеи Ахсинун.

В этот миг дрогнула левая рука рыбака, выронил он мешок с уловом, побежал домой. Схватил морского змея и разорвал его на две части — только синяя кровь и капает — не остановить. Сделали они из змея пояс рыбаку, радуются, что все обошлось.

Но нет покоя Черной Рыбе. Отправилась она на глубокую, глухую, непроглядную, неизмеримую глубину к самой старой сестре — Серой Рыбе. Все ей рассказала, ждет. И говорит Серая Рыба:

— Сестры мои молодые еще, ума не набрались, хитростью не разжились. А ты меня послушай. Пока жив рыбак, никто и ничто не сможет причинить Ахсинун зла. Рыбак сам должен ей в руки смерть дать. Вот тебе льдина с рыбьим молоком. Найди рыбака, отдай ему молоко и скажи, что это морской тоён шлет ему в благодарность за то, что он ловит всегда столько рыбы, сколько надо ему и Ахсинун — и ни хвостом больше. Скажи, что это рыбье молоко для его жены, что, выпив его, она принесет рыбаку ребенка.

На следующее утро, когда Гидгих закинул в океан сеть, появилась из воды голова Черной Рыбы. «Вот тебе, — говорит, — благодарность от морского тоёна. Спрячь, — говорит, — этот сосуд за пазухой, чтобы не разбился и отдай жене». Все сделала Рыба, что ей насоветовала сестра и, довольная, отправилась на свою глубокую глубину.

Рыбак взял льдину с рыбьим молоком, положил ее за пазуху. Но рыбы, не знакомые с теплом человеческого тела, не знали, что от радости сердце рыбака забьется быстро и горячо, и льдина растает, и молоко разольется, и яд проникнет в кожу Гидгиха.

Вскоре жители всего Острова сбежались к океану: там, на волнах раскачивался каяк, а в каяке лежал мертвый рыбак.

Горю Ахсинун не было ни конца, ни предела. Большие круглые слезы роняла в океан и Черная Рыба. Так рыдала она семь дней, пока не решила вернуть рыбака обратно из деревни мертвых на землю.

В ясную лунную ночь поднялась Черная Рыба из глубокой глубины, смотрит на Остров, зовет Ахсинун.

Услышала Ахсинун свое имя, пришла к океану. Видит — у самого берега сидит на воде Большая Черная Рыба и говорит:

«Хочешь вернуть Гидгиха? Ну, конечно, хочешь. А я знаю, как».

Ахсинун по колено зашла в океан — поближе к Рыбе. Ее сердце забилось быстро и тяжело.

— Я покажу тебе путь в подводную деревню мертвых. Там ты встретишь своего рыбака. Возьми его за руку и веди через всю деревню, на самый край. А по пути в узкой реке пусть он поймает рыбу — любую, какая попадется. Там, на краю деревни, стоит скала. В скале — пещера. В пещере — лестница. Поднимитесь по лестнице — до конца. На самой вершине скалы Гидгих должен выдохнуть весь воздух из себя в пойманную рыбу, и сбросить ее вниз, на самое дно скалы. И должен он наполнить себя воздухом живых. И тогда он вернется.

Ахсинун слушала и не могла поверить своему счастью, и не знала, как благодарить Большую Черную Рыбу.

— Погоди, — сказала Рыба, — это не все. Вот тебе два рыбьих пузыря с солнечным светом. Один для тебя, другой — для Гидгиха. Только этот свет поможет вам выйти из деревни мертвых, тот, кто лишится света, лишится и выхода в мир живых.

Черная Рыба указала Ахсинун дорогу: далеко-далеко от Острова, куда плыть на каяке весь день и всю ночь, стоит скала, и в скале — ступени, ведущие вниз, в океан. Количество ступеней для всех разное: сколько дней человек прожил, столько ступеней ему и предстоит пройти под воду. Правда, не сказала Рыба, что вход в скалу охраняет жадный Исугих: он забирает себе самое ценное из того, с чем к нему пришел человек. У богатых он отбирает дорогие наряды, у вождей-тоёнов — расписные шапки, украшенные сивучьими усами, у женщин — бусы, украшения, пекулки[пекулка — широкий короткий, слегка изогнутый нож], у охотников — гарпуны, парки, даже штаны из кожи морских зверей берет себе, хотя никогда не сможет их надеть. Что ни клади умершему с собой в могилу, все равно самое ценное заберет себе Исугих. Даже у бедняков найдет он себе что-нибудь по вкусу: у кого иглу из птичьей кости, у кого — пучок сухой травы.

Ахсинун искупалась в океане — так на Острове делали все перед сложным испытанием — и отправилась на каяке далеко-далеко от Острова за своим Гидгихом.

Наконец, она добралась до скалы — высокая скала скрывает свою вершину глубоко в небе, в серебристом тумане. А в самой скале, в холодной пещере сидит Исигух, весь покрытый шерстью, маленькие уши навострил.

— Куда ты собралась? — спросил он. — Сначала люди умирают, а потом уже ко мне приходят. А ты откуда — живая и теплая?

— Я за мужем иду, — ответила Ахсинун. — Увидеть его хочу.

— Того рыбака ищешь, который мне свой каяк отдал? А что ценного есть у тебя?

Стал Исигух высматривать, что бы такое забрать у Ахсинун.

— Вот, — говорит она, — забирай мою шапку из морского зверя.

Взял Исигух ее шапку, повертел в лапах, понюхал, пошкрябал когтем.

— Нет, — зашипел он. — Чувствую, есть у тебя что-то поинтереснее! Отдавай мне свой рыбий пузырь с солнцем!

— Как я отдам его? Без него я не смогу выбраться обратно!

— Ну тогда и возвращайся, откуда пришла! Нельзя войти живым в деревню мертвых и выйти живым!

Ахсинун подумала и решила, что лучше она вернет Гидгиха на землю, чем будет жить одна и однажды вернется к Исигуху старой старухой, беззубой и беспамятной.

— На вот, держи! — она отдала зверю свой рыбий пузырь с солнцем и отправилась глубоко-глубоко под воду со светом Гидгиха за пазухой.

Ровно на одиннадцать тысяч триста пятнадцать ступенек спустилась она. Ходит по деревне, зовет Гидгиха. И встретились они, и обнимались так долго, что на Острове солнце успело сменить луну и снова вынырнуть из океана.

Рассказали они друг другу все, что с ними произошло. Гидгих подумал и решил, что лучше он навсегда останется здесь с Ахсинун, чем будет жить один и однажды вернется к Исигуху старым стариком, беззубым и беспамятным.

— Пойдем, поищем наших детей! — сказала Ахсинун. И они пошли искать Сунам и Кумаа. Но сколько бы они ни искали, кого бы ни спрашивали, никто их нигде не видел. Расстроились рыбак и его жена, что ни на земле, ни в деревне мертвых не быть им вместе со своими детьми. И много раз на Острове уже взошло и село солнце, как подошла к ним Женщина-Лиса: