Кит в моей голове
Шрифт:
У него был «БМВ» новой серии: стильный кроссовер цвета мокрого асфальта, но с этим я и сама разобралась. И не раз потом видела, как он рассекает на этом красивом дорогом автомобиле по местным улицам, едва соблюдая скоростной режим.
Еще у него была современная квартира, оборудованная по последнему слову техники, по слухам, где-то в самом центре города. Но, если и так, Кит не любил бывать там, ведь после занятий его нередко можно было повстречать в одном из корпусов общежития, неизменно окруженного стайкой прихлебателей. Но чаще всего, конечно, рядом с ним можно было увидеть того самого Хомяка: это с ним он прогуливал пары, в его компании обычно развлекался ночи напролет, убивая свободное время.
Был у Кита и собственный загородный дом где-то в пригороде, в элитном поселке. Вот так. Семья Никитиных, насколько я поняла, владела еще несколькими объектами недвижимости в пределах области, а еще за рубежом. Это стало для меня сюрпризом. Его мать с отчимом год назад переехали в Объединенные Арабские Эмираты. Сын, судя по всему, их почти не навещал, сами они крайне редко наведываясь сюда, и только если того настойчиво требовали дела благотворительности, предоставив отпрыску право самостоятельно распоряжаться своей судьбой и жить в свое удовольствие, чем он, собственно, здесь и занимался.
Родной отец Кита, к слову, несколько лет назад погиб, разбившись насмерть где-то неподалеку от города, и в этом я могла ему только посочувствовать. На месте той аварии неравнодушные жители со временем установили высокий памятный столб.
Впечатлить меня всем этим было непросто. За пару лет, что провела в столице, а мне и там пожить довелось, я много таких баловней жизни успела повидать. И каждый раз судьбы их были в чем-то схожи. Все они выглядели грубыми, напористыми и самоуверенными смельчаками, которые относятся к окружающим, как к расходному материалу, а на поверку… Если узнать их поближе, вдруг выяснялось: а завидовать-то, собственно, нечему. Скорее, даже наоборот.
В чем кроется изъян Артема Никитина, мне еще только предстояло выяснить. В остальном от прочих мажоров он ничем не отличался. Ничем, кроме одного огромного, неоспоримого преимущества: Кит был невероятно, просто убийственно красив. Он был красив губительно, какой-то редкой совершенной красотой, быть может, той, что прежде вдохновляла художников на написание бессмертных шедевров. Нет, картину я с него писать, конечно, не планировала, но теперь чуть больше понимала тех глупышек вокруг, что украдкой вздыхали о нем.
В мальчишке этом, как по специальному заказу, все было кстати и вовремя. Темные каштановые волосы, короткие и шелковистые, уложенные в прическу, которая как нельзя лучше подходила его лицу, квадратному, пусть грубоватой, но правильной формы. Вообще в природе нечасто встречаются зеленые глаза, неудивительно, что достались они именно ему: чуть вытянутые к вискам, запоминающиеся глаза глубокого малахитового оттенка. Высокие скулы, прямой нос, под ним мягкие губы и жесткий волевой подбородок, о которой мечтают многие мужчины. Все это далось ему даром. А вот отличная спортивная фигура была результатом долгого упорного труда: поговаривали, Кит всерьез увлекается боксом.
Наконец, когда я уже совсем отчаялась обнаружить в нем признаки хоть какого-нибудь крошечного изъяна, неосторожно проговорилась Лиза: оказывается, у Кита была аллергия на хлорку. Он не участвовал в ежегодных молодежных соревнованиях по плаванию, хотя плавал отменно, не посещал разнообразные кружки, его вообще ни разу не видели рядом с институтским бассейном. Летом же, когда ездил на рыбалку, купался в местной речке или устраивал грандиозные вечеринки у бассейна в своем загородном доме, он даже майку не снимал, потому что природа впридачу наградила его аллергией на солнце. Выходит, и такая аллергия у людей бывает…
От сердца немного отлегло: значит, Кит все-таки человек, он обычный человек, у которого имеются свои недостатки, совсем как у нас с Лизой. А из сверхъестественных способностей в его распоряжении только деньги. Много денег.
Свои собственные недостатки я знала наперечет, и с удовольствием отыскивала новые: серо-голубые глаза небесного цвета для меня были недостаточно небесными. Нос – немного тонковат, губы – не такие полные и вишневые, как мне бы хотелось. Я была худощавой, невысокого роста, и это было недурно, но мне всегда казалось, что я возмутительно худощавая, а рост мой чересчур мелковат. Допускаю, что в те годы я была излишне придирчива к своему внешнему виду, но кто из нас не был не уверенным в себе подростком? Единственным моим утешением стали волосы: пепельно-русые, густые, они чуть вились от природы и прекрасно дополняли лицо. Локоны лежали пышно, но мягко, послушно касаясь плеч. Я всегда оставляла одинаковую длину: слишком утомительно было возиться с ними. В целом картинка выглядела завершенной, и все-таки мне в ней отчаянно чего-то не хватало…
Глава 2
Первая неделя в городе пролетела незаметно, и наступила пятница. Оставалось только одно, последнее занятие, впереди, наконец, ждали выходные, и возле кафедры мы с Лизой остановились, чтобы сверить информацию о лекциях на будущей неделе. Для верности сделав пару снимков (никогда не отличалась безупречной памятью), я повернулась, чтобы опустить телефон в карман, и вот тогда, смахнув надоедливую прядь со лба, заметила, что Артем Никитин направляется в нашу сторону.
Легкая небрежность прически, ленивая походка, в которой, как ни странно, всегда присутствовала некая грация, и уже привычное скучающее выражение лица: все это каким-то непостижимым образом в тот момент подействовало на меня гипнотически. Я глядела на него в упор, не отрываясь, пока он не оказался прямо перед нами, и лишь тогда, опомнившись, опустила глаза.
Коротко кивнув Лизе в ответ на приветствие, Кит протянул тетрадь, что держал в руке.
– Благодарю за услугу.
Лиза, разумеется, кокетливо улыбнулась.
– Обращайся, если нужно. Надеюсь, ты нашел, что искал?
Он мотнул головой, ответил несколько резковато, и мне не понравился его тон.
– Нет, не нашел. Этот материал устарел, советую тебе проверять источники, с которыми работаешь, – но он сразу исправился, добавил мягче, заметив, что Лиза огорчилась, – зато теперь я знаю, на кого действительно можно положиться в трудную минуту.
Я ожидала, что он сразу уйдет, но когда подняла взгляд, увидела, что он не двигается, мало того, смотрит прямо на меня. В голове пронеслась странная мысль, что это самые холодные глаза, что встречались мне в жизни. Но и самые красивые. А потом он открыл рот и произнес:
– Тебя не учили, что таращиться на людей неприлично?
Лиза предательски хихикнула, а изнутри, ударив в лицо, поднялась волна жара, заливая щеки огнем. Я не ждала такой подачи, да и крыть было нечем, а он не собирался останавливаться:
– Что же ты молчишь? Язык проглотила? Или русский тебе не родной?
Это вернуло меня в чувство.
– Меня учили, что на грубость отвечать необязательно.
Он выразительно вскинул брови, в зрачках зажглась искорка интереса, но я уже повернулась к подруге.