Чтение онлайн

Но вот Консульство Японии в городе Маньчжурия закрыли.

Это в октябре 1925-го. Надо кормить семью. Куда бедному офицеру податься? Ответ правильный – в армию, на военную службу. Не в какую-нибудь армию, а в китайскую, куда его не раз звали бывшие сослуживцы-белогвардейцы.

И в январе 1926-го поручик Онучин уже в городе Цинаньфу Шаньдунской провинции. Здесь базируется Русский Отряд Особого Назначения. Встреча с генералом Константином Нечаевым, русским бригадным командиром в китайской армии. От Нечаева получил должность и погоны.

На Николае Онучине хорошо сидит китайская военная форма. У крохотных узких поперечных китайских погон – тот же один просвет и те же три звезды, как у Онучина раньше в Императорской Армии. Но воинское звание у него теперь не Поручик, а Шунг-Вей, что одно и то же. По должности – сотник.

Два года воевал на стороне одних китайцев против других китайцев. Ведь Китай в двадцатые годы был охвачен своей собственной Гражданской войной, тоже жестокой и беспощадной. Что за война такая? Кто против кого и за что?

Если в двух предложениях и очень грубо (извините, господа историки!), то воевали между собой так называемые «милитаристы», занимающие северо-восток Китая, как раз нашу Маньчжурию, и «коммунисты» – они на юге. Про «милитаристов» и «коммунистов» – это всё в кавычках и абсолютно условно, потому что в войне – минимум или вообще никакой идеологии, просто борьба за власть в Китае. На юге лидером был Чан Кайши [в документах БРЭМ – Чжан Кайши], его имя у тех из нас, кто постарше, – оно на слуху. А во главе «милитаристов» – не очень нам известные правитель Маньчжурии Чжан Цзолинь и командующий его армией Чжан Цзунчан (он же – Маршал Чжан); последний до революции бывал в России и мог общаться на русском, поэтому наших наёмников курировал именно он.

Именно Маршал Чжан позвал на должность командира Русской бригады генерала Нечаева.

Видите, всё Нечаев да Нечаев. Это о генерал-лейтенанте Константине Петровиче Нечаеве. Участник Гражданской войны в России на стороне белых, его называли главным кавалеристом Каппеля Владимира Оскаровича, они с Каппелем одногодки, оба 1883 года рождения.

После эвакуации из занятого красными Владивостока Нечаев работал в Харбине… легковым извозчиком.

Не удивляйтесь, работы для русских эмигрантов было не густо.

Есть легенда, как именно будущий командир бригады русских наёмников Нечаев получил назначение. Вёз клиента по Бульварному проспекту Харбина, вдруг дорогу ему перебегает знакомый офицер-эмигрант, машет руками. Нечаев натягивает вожжи: «Тпр-ру-ру». А когда повозка останавливается, офицер передаёт Нечаеву телеграмму: «Срочно прибыть в Мукден».

В составе 1-й Мукденской армии, которую возглавлял командующий войсками «милитаристов» Чжан Цзунчан, создавалась 1-я Отдельная Бригада из русских эмигрантов-добровольцев, её численность временами превышала две тысячи штыков. Командиром этого иностранного легиона стал Константин Нечаев.

После первого же победного боя Маршал Чжан собственноручно нацепил на плечи Нечаеву китайские генеральские погоны. Воевали умело. Легко побеждали китайцев. Продвигались на юг. Захватили Пекин. И 10 декабря 1926 года Чжан наградил русских офицеров – назвал их «горсткой русских храбрецов» и вручил каждому храбрецу-офицеру по Ордену Тучного Колоса.

Поручик Николай Онучин – кавалер Ордена Тучного Колоса. Очень высокая награда в тогдашней китайской армии. Николай Григорьевич этим орденом по праву гордился.

О Нечаеве и о его бригаде очень зло написал в 1925 году тогдашний Нарком иностранных дел СССР Георгий Чичерин: «Эти кондотьеры безнаказанно разгуливают по Китаю и, пользуясь своей высокой военной квалификацией, одерживают победы». «Кондотьеры» в переводе с чичеринского и итальянского – это предводители наёмных отрядов.

Наёмники имели понятное желание заработать. Они зачислялись в Отдельную «Нечаевскую» Русскую бригаду на денежное, приварочное и провиантское довольствие. Денежное довольствие очень приличное, для рядовых чуть ли не по 10 долларов в день. А для поручиков – все пятьдесят. Атаковали, стреляли и спасались в окопах не столько за идею. Или вообще не за неё.

Итак, генерал Нечаев воевал на стороне «милитаристов». А у так называемых «коммунистов» главным военным советником Чан Кайши оказался некий Зой Галин – такой псевдоним выбрал себе Василий Блюхер; руководство СССР в этой совсем чужой китайской гражданской войне поддерживало «коммунистов». Помогало советниками, оружием и даже поставило армии Чан Кайши самолёты. Вот так!

Про Нечаева и Блюхера. Верного борца за идеалы коммунизма Маршала Советского Союза Блюхера арестовали на семь лет раньше, чем белогвардейца Нечаева; Блюхер умрёт от пыток в тюрьме НКВД на Лубянке через 18 дней после ареста – осенью 1938 года.

К расстрелу покойного Блюхера приговорят посмертно. За что? Вчитаемся: «участие в антисоветской организации правых и военном заговоре и шпионаж в пользу Японии». Заодно расстреляют двух первых жен Блюхера, его брата и жену брата. Тоже «японские шпион и шпионки».

Белогвардеец Нечаев проживёт дольше: его арестуют в Маньчжурии в сентябре 1945-го, расстреляют в Чите в начале 1946-го, реабилитируют в 1992 году. Но это я забегаю вперёд.

Вот так преследовали Николая Григорьевича Онучина война за войной.

«Сначала против германцев, потом против большевиков», – его фраза из анкеты. И напоследок он воевал с одними китайцами против других китайцев.

Фу, кончились битвы. Теперь скупой пересказ анкетных записей. С ноября 1928-го – служба в Акционерном Обществе «Чурин и K°» в качестве приказчика в отделе экспедиции магазина в Новом Городе. Пишет Николай Григорьевич о своей зарплате в 185 «маньчжурских долларов», это он так называет действующую валюту – гоби. Частная квартира, комната с кухней. Плата за аренду жилья – 14,5 гоби в месяц. Жена его София Алексеевна – кассирша в Рижской пекарне в Модягоу, 40 гоби в месяц. Дочь Людмила учится, круглая отличница. Это всё из самой первой анкеты, заполненной Николаем Онучиным 17 апреля 1935 года.

А потом – анкета от 14 мая 1943 года. Тут у Николая Григорьевича Онучина разные должности в «Чурине» – приказчик, экспедитор в магазине в Новом Городе, продавец скобяного отдела.

Оп-па! Скобяной отдел. От слова «скоба».

Интересно-интересно. Ведь мой дядя Шура Усачёв – будущий муж тёти Милы Онучиной, ведь он тоже служил продавцом и приказчиком в скобяной торговле, которая считалась очень выгодной коммерцией. Правда, работал Шура не в «Чурине», а в магазине Свистунова на Модягоу. Так что напрямую Александр с будущим тестем вряд ли сталкивался, по крайней мере, по одну сторону прилавка. Разве что по разные стороны – как покупатель и продавец. Или как оптовый торговец и продавец в розницу. Как конкуренты на бойком рынке скоб и шарниров. На худой конец – как встречные прохожие на узкой улочке.