Китайская кукла
Шрифт:
Антонина Васильевна подошла к двери и позвонила. Ей никто не открыл, но шум в квартире прекратился.
– Надя, ты дома? – спросила она через дверь.
И опять ей никто не ответил. Конечно, всему этому могло быть какое-то рациональное объяснение – возможно, в квартире хозяйничал кот, оставленный без присмотра…
Антонина Васильевна позвонила еще раз, не дождалась ответа и тут через лестничное окно увидела проходящего по двору участкового. Со всей возможной при ее возрасте и немалых габаритах скоростью она вышла на улицу, перехватила участкового и поделилась с ним своими наблюдениями и подозрениями.
Другой полицейский на месте Виктора Полоскина послал бы навязчивую тетку подальше, но Виктор Сергеевич сразу понял, что с Антониной Васильевной лучше не спорить.
Он вошел вместе с ней в подъезд, поднялся на четвертый этаж и позвонил в дверь квартиры. Ему тоже никто не ответил, но тут бдительная Антонина Васильевна заметила, что дверь приоткрыта. Участковый дернул за ручку – и дверь распахнулась.
Подозрительно взглянув на Антонину Васильевну, Виктор спросил, была ли дверь открыта, когда Антонина подходила к ней первый раз.
– Закрыто было, точно закрыто! – заверила его бдительная пенсионерка.
– Вы точно знаете? – уточнил Виктор.
– Мне ли не знать, закрыто или не закрыто! – отрезала Антонина Васильевна, тем самым закрыв вопрос.
После этого участковый занял пост перед дверью квартиры, чтобы дождаться хозяйку и в ее присутствии внимательно осмотреть место предполагаемого преступления. Антонина Васильевна по старой дружбе вынесла ему табуретку, а потом и принесла водички, когда участковый захотел пить.
И вот теперь, когда Надежда вернулась домой, участковый вместе с хозяйкой вошел в квартиру.
Как нетрудно догадаться, посторонних в квартире не было. Кот, напуганный, со стоящей дыбом шерстью, сидел на шкафу. Увидев Надежду, он жалобно мяукнул, спрыгнул и потерся об ее ноги.
Участковый с сомнением взглянул на него, подумав, нельзя ли снять с него показания как с единственного свидетеля, но вовремя одумался: начальство может его неправильно понять.
Тогда он обратился к Надежде Николаевне:
– Скажите, пропало у вас что-нибудь?
Надежда к этому времени успела обежать всю квартиру. По первому впечатлению, ничего не пропало, хотя многие вещи были сдвинуты с места и перевернуты, все шкафы открыты и даже постельное белье сброшено на пол. Кстати, Надежда по ходу дела проверила все те места, в которых она первоначально хотела спрятать китайскую куклу, и убедилась, что злоумышленник, хозяйничавший в квартире, все их проверил – пошарил на антресолях, вытащил содержимое морозильной камеры, обследовал кладовку…
Заглянула Надежда и на лоджию. Проверять при участковом свой тайник она не стала, но на первый взгляд он был не тронут, да и вообще, на лоджии в отличие от остальных помещений все было в таком же порядке, в каком Надежда оставила, уходя в магазин.
Поэтому на вопрос участкового она ответила, что ничего не пропало.
Антонина Васильевна, которая, воспользовавшись удобным случаем, прошмыгнула в Надеждину квартиру и успела всюду сунуть нос, неодобрительно взглянула на Надежду и процедила:
– Это что же, у тебя всегда такой беспорядок?
– Я сказала, что у меня ничего не пропало, – сухо ответила Надежда. – Но кто-то у меня в квартире побывал и перевернул тут все вверх дном! И вообще, Антонина Васильевна, у вас случайно на плите ничего не оставлено? А то что-то горелым тянет!
Антонина ахнула и потрусила к себе, отдуваясь и переваливаясь как утка.
Участковый уселся за кухонный стол и принялся составлять протокол о происшествии. При этом он внимательно посмотрел на Надежду Николаевну и спросил:
– Вы уверены, что не оставили дверь открытой, когда уходили в магазин?
– Конечно, уверена! – фыркнула Надежда. – У меня пока что с головой все в порядке!
– Да, и Антонина Васильевна тоже подтвердила, что дверь была заперта… – вздохнул участковый. – Понимаете, почему я спросил… Дело в том, что я осмотрел ваши замки и саму дверь – и не обнаружил никаких следов взлома. Конечно, я не эксперт, но все же некоторый опыт в таких вопросах имею. Такое впечатление, что дверь открыли ключами. Скажите, Надежда Николаевна, у кого есть ключи от вашей квартиры?
– Только у меня и у мужа, – отрезала Надежда.
– Но ведь, наверное, есть запасной комплект?
– Есть! – Надежда выдвинула ящик кухонного стола и нашла в его глубине запасную связку ключей. – Вот они, запасные ключи, на месте! В полном порядке!
– Странно… – вздохнул участковый. – Тогда могу сказать только одно – у вас в квартире побывал настоящий профессионал. А такие профессионалы работают исключительно по наводке. Скажите, у вас в квартире есть какие-нибудь ценности?
– Да что вы! Какие такие ценности? – Надежда уставилась на участкового честным незамутненным взглядом. Она даже развела руками и улыбнулась застенчиво. – Ну, шуба у меня норковая, второй сезон всего будет… Сапоги опять же весной со скидкой купила…
– Шуба… – вздохнул участковый, поглядев на нее как на полную идиотку.
– Норковая! – радостно подтвердила Надежда. – Вон она в мешке, не тронули ее! А кольцо обручальное у меня всегда на руке, вот!
– Нет ценностей, значит… – снова вздохнул участковый. – Значит, у вас ничего не пропало… Тогда распишитесь вот здесь! И мой вам совет – поменяйте замки!
Надежда расписалась на каждом листе протокола, и участковый удалился.
Закрыв за ним дверь, Надежда устремилась на лоджию. Первым делом она заглянула под цветочные горшки и убедилась, что коробка с куклой не тронута. Надежда уже хотела покинуть лоджию, но тут почувствовала на себе чей-то взгляд. Повертев головой, Надежда увидела справа на балконе этажом выше свою соседку.
С этой соседкой она не общалась, даже не знала, как ее зовут. Их связывали странные и сложные отношения, напоминающие то, что в прежние, советские времена называлось соцсоревнованием, или вроде тех отношений, какие были у незабвенной Эллочки-людоедки с дочерью американского миллионера Вандербильда. Дело в том, что соседка, как и Надежда, увлекалась комнатными цветами и разводила их у себя на балконе. Время от времени они с Надеждой ревниво переглядывались – у кого цветы лучше, кто развел новый сорт герани или настурции…