Чтение онлайн

Когда основные блюда убрали со стола, девушки-невольницы принесли ошеломляющие разнообразные блюда из шоколада и засахаренных фруктов, теперь Молинда постаралась взять себя в руки. Пришло время обсудить деловое предложение.

— Хотела бы поговорить о перце, — сказала она.

Веселая улыбка продолжала играть на губах гостеприимного хозяина, но глаза его сузились.

— Компания «Рейкхелл и Бойнтон» хотела бы заключить договор о регулярных поставках перечного зерна, — проговорила Молинда. — Ты упомянул в разговоре с Чарльзом, что мог бы удовлетворить любые его потребности в перце, поэтому я готова обсудить график поставок.

— Хе-хе, когда я делал ему это предложение, совершенно не думал, что речь идет о регулярных и частых поставках. Не сомневаюсь, тебе отлично известно, что чиновники, которых присылают сюда из Голландии, строго следят за соблюдением правил торговли и что мне приходится обходить закон всякий раз, когда достаю перец для Чарльза.

— Если быть точным, — сказала Молинда, — ты непременно вспомнишь, что именно на мне лежала обязанность давать взятки чиновникам, чтобы те в нужный момент отворачивались и глядели в другую сторону. Лично ты никогда не был замешан.

— Я не мог рисковать, — ответил Толстый Голландец, — и сейчас по-прежнему не могу. Хе-хе.

Молинда отлично знала, что кто-то другой из его персонала дает эти же самые взятки чиновникам.

— Когда ты продал первую партию груза Чарльзу, твои доходы удвоились. Не сомневаюсь, голландский закон предусматривает жесткие ограничения на цены, по которым ты можешь отпускать перец купцам в Роттердаме.

— Естественно, хе-хе, — устало проговорил он.

— Я готова, — заявила Молинда, — предложить тебе пятьдесят процентов дохода, получаемого в Лондоне, за вычетом стоимости фрахта.

Глаза Толстого Голландца превратились в узкие щелки.

— Сколько перца ты хочешь?

— Весь, что ты сможешь достать, — решительно проговорила она. — Не собираюсь брать чересчур много. Вполне достаточно гарантированной поставки ежемесячно двух тонн.

Взрыв смеха Толстого Голландца потряс стены.

— Хе-хе, две тонны! Ты понимаешь, что просишь?

— Разумеется. Суть дела, на мой взгляд, в том, что вовсе не обязательно отправлять перец из Джакарты, где голландские чиновники берут на учет каждое зернышко. Его можно грузить на наши джонки в любом из портов на Борнео, или Суматре, или Тиморе — на любом из многочисленных островов. Я сама обеспечу доставку груза на борт одного из наших клиперов в Гонконге. Достать сам перец не составит большого труда.

— Да, верно, голландские власти оставили только узкий проход, хе-хе. Если я пойду на риск, моя доля прибыли должна составить более пятидесяти процентов.

В этом-то и заключалась суть дела. Молинда была к этому вполне готова.

— Если хочешь, — проговорила она сладким голосом, — я возьму на себя бремя взяткодателя. Благодаря полученным у тебя урокам, я знаю, к кому из чиновников можно подойти, а кого — обходить стороной. Но в этом случае, однако, мне кажется, «Рейкхелл и Бойнтон» должна оставить себе более пятидесяти процентов прибыли.

На лице Толстого Голландца отразилось растущее восхищение.

— Позволь обдумать твое предложение, — сказал он, — завтра утром, до вашего отъезда, я дам свой окончательный ответ.

Он повернулся к Шан-Вэю и непринужденно добавил:

— У вашей жены крепкая хватка.

День Молинда провела со своими прежними подругами, испытывая к ним необычайную жалость. Так как им не хватало ума и желания строить свое собственное свободное будущее, то лучшее, на что они могли рассчитывать, когда окажутся ненужными Толстому Голландцу, — это стать любовницами, наложницами или, самое большее, чьими-нибудь женами. Ее собственная удача казалась совершенно невероятной, и теперь она раздумывала, не слишком ли жестко говорила с Толстым Голландцем.

Как хорошо было известно Молинде, в сделанном ею предложении была доля притворства. Хотя она и предложила, что компания «Рейкхелл и Бойнтон» возьмет на себя подкуп чиновников, тем не менее отдавала себе отчет, что только гражданин Голландии имел право покупать перец у производителей, выращивавших его на этих островах. Подобная политика, жестко проводимая Голландией, преследовала целью держать объемы мировых поставок на искусственно заниженном уровне. Практика показала, что около трети всего продаваемого перца попала в руки иностранных купцов или посредников, но голландцы контролировали производителей, и, таким образом, им удавалось поддерживать искусственно высокие цены по всему миру. На полях каждый год выращивали больше перца, чем его поступало на рынок.

Вечер был приятным, опять последовало пышное застолье с общительным хозяином. Он продолжал относиться к Молинде очень тактично, и ничто в его поведении не указывало на то, что она многие годы провела здесь среди его домочадцев.

На следующий день за завтраком его подход отличался краткостью и деловитостью.

— Я решил, — заявил он, — поставлять, как вы и хотели, по две тонны перца ежемесячно. Я сам позабочусь обо всем необходимом относительно чиновников. Суматра — лучший источник перца, поэтому ваши джонки должны прибывать в Палембанг в начале каждого месяца и брать груз с моих складов, расположенных в этом порту, хе-хе. Как обычно, ожидаю от тебя регулярных отчетов.

Молинда радостно затрепетала: уловка удалась, и она договорилась именно на тех условиях, на которые рассчитывала.

Последние слова Толстого Голландца довершили ее триумф. Склонившись к ней, он похлопал своей пухлой лапой по ее руке.

— Ты лучшая из всех учеников, когда-либо бывших у меня, хе-хе, и вскоре это поймут все серьезные деловые люди.

О большей похвале Молинда не могла и мечтать, и она продолжала тихо радоваться ей, когда покидала Джакарту вместе со своими спутниками.

Вернувшись в столовую сразу после отъезда гостей для еще одной большой чашки яванского кофе, Толстый Голландец беззвучно рассмеялся. Его замысел был точно выверен и в совершенстве исполнен. Заблаговременно подогрев аппетит Чарльза Бойнтона к перцу, он знал, что Молинда будет добиваться для него регулярных поставок, и, научив ее всему, что она знала о бизнесе, совершенно правильно вычислил характер сделки, предложенной ею. Зная о ее страстном желании получить его одобрение, он удовлетворил и это ее желание.

Девочка-невольница, которую недавно он купил для себя на Бали, потому что она физически походила на Молинду, подошла к столу. Пока она наполняла чашку крепким кофе, он рассеянно поглаживал ее по нижней части спины. Лет этак через десяток-другой, после того как он отойдет от дел, Молинда займет его место как самый расчетливый и удачливый торговец на Востоке. А до тех пор, пока он будет продолжать заниматься делами, ему нечего опасаться ничьей конкуренции.

В то же время он сделал ее счастливой, не понеся при этом никаких расходов, и вскоре потребует ловкого возмещения. Как только «Рейкхелл и Бойнтон» обустроится в Гонконге, он начнет пользоваться их складами и причалами, избежав, таким образом, необходимости строить свои собственные. Жизнь поистине замечательна, когда человек знает, как вкусить ее в полной мере.