Чтение онлайн

Вильям ждал новостей от профессора Роанг Бао, но их все не было. Он даже начал волноваться по этому поводу. Видя нервозность сына, Грейс попросила его задержаться после обеда. Вильям решил, что это удобный случай рассказать все матери. Они сидели за маленьким столиком, мать пила чай, а сын делал вид, что читает газету, в подражание отцу.

— Вильям, мальчик мой, — начала Грейс.

— Да, мама? — Вильям отложил газету, делая вид, что он внимательно читал ее.

— Ты уже совсем взрослый стал. Я думаю, что настало время обсудить с тобой важный вопрос. — Она никак не решалась заговорить с ним о знакомстве с семьей банкиров, у которых была молодая дочь, с которой она и намеревалась познакомить Вильяма.

— Что же это за вопрос? — спросил Вильям, делая вид, что не знает, о чем будет разговор.

— Мы тут с твоим отцом посоветовались и решили, что будет уместно, чтобы мы с тобой посетили одну семью. Это семья банкиров из Франции. Это очень хорошая семья со своими традициями. Отец — глава семейства знаком с твоим отцом, у них совместный бизнес.

— Ну, а я тут причем?

— Ты не перебивай меня, Вильям, — сказала Грейс. — Тебе ведь нужно и о будущем думать.

— Мама, я спешу на работу, — сказал Вильям в надежде оборвать разговор.

— Ничего, твоя работа подождет — у тебя вечно нет времени, как только ты повзрослел. Это ведь важно, Вильям.

— Ну, хорошо. Говори. Я внимательно тебя слушаю, — сказал он голосом смирившегося школьника, стоящего перед учителем.

— В субботу мы пригласили эту семью к нам на ужин, — сказала Грейс, — с ними будет их дочь. Она молода и привлекательна.

— Мама, — оборвал ее Вильям резким восклицанием.

— Нет, ты уж дослушай. Отказываться мы не станем. — Грейс уже не в первый раз пыталась предложить Вильяму пойти в гости к семье каких-то аристократов или богатых чиновников, у которых имеется дочь на выданье, но каждый раз Вильям находил причины не являться на эти обеды или ужины. В этот раз мать была настойчива в своей цели — познакомить его с девушкой. — Это замечательная девушка, — если бы ты ее видел…

— Мама!

— Ну, хорошо, тогда ответь мне на вопрос. У тебя уже есть девушка? — мать взглядом профессора уставилась ему в глаза, пытаясь прочесть в них то, что он скрывает. — Ты от нас скрываешь ее.

— Нет. Как бы тебе сказать… — Вильям не знал с чего начать.

Он-то знал, что у Розы нет никакого приданного, что у нее нет родителей и что она азиатка. Как воспримет эту новость его семья?

— Не волнуйся, говори, — пыталась Грейс вытащить у сына информацию, ставшую причиной его отказов от знакомств.

— Ну, хорошо, я пойду на эту встречу, но не обещаю, что она мне непременно понравится, — сказал Вильям в надежде не испытывать более терпение матери и не решаясь ей сказать правду, что он влюблен.

Видя, что сын согласился с ней, Грейс не стала настаивать на том, чтобы он рассказал о причинах отказов от знакомства с девушками, в надежде, что эта проблема исчезнет сама собой после его знакомства с очаровательной блондинкой семьи банкиров из Франции. В субботу, на приеме французской семьи, Вильям не подавал повода думать, что он грустит о чем-то и вел себя непринужденно, обмениваясь с отцом девушки разговорами о политике и экономике, не забывая рассказывать некоторые политические анекдоты, чтобы развеселить девушку. Юное создание, которой исполнилось едва семнадцать лет, и впрямь была красива и стройна. Но Вильям, несмотря на веселость своего поведении за столом, не мог забыть лицо Розы, ее красивые волосы, очаровательные зеленые глаза и нежный взгляд, в лучах которого купалась его душа, полная счастья и восторга рядом с любимой. Во время обеда Вильям ничем себя не выдал, он был добродушен и заботлив, весел и разговорчив. Хотя сердце и звало его обратно в Китай, туда, где находится его возлюбленная, куда направлены его мечты и надежды быть рядом с Розой.

В ответ на теплый прием семья французов пригласила семью Браунов к себе. Они снимали роскошную виллу. Встреча должна была состояться через неделю. Но накануне, в пятницу, Вильям получил долгожданное письмо из Китая от профессора Ронг Бао. Неопределенно ответив отцу о том, что это за письмо из Китая, он поднялся к себе и, находясь в уединении, вскрыл конверт.

«Здравствуйте, Вильям. Прошло вот уже четыре месяца с тех пор, как вы покинули Китай. Я, как и обещал вам, и в силу своей работы, отправляюсь на недельные командировки раз в два месяца в Тибетский монастырь, чтобы повидать свою пациентку. Вы знаете, что я люблю свою работу и поэтому постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы поскорее вернуть обществу вашу хорошую знакомую Киу Эвенс (по паспорту) или Розу, как вы изволили ее называть. С ней, в отношении здоровья, все в порядке. Психологическое ее изменение к моему удивлению, проходит весьма успешно. Она подружилась со всеми монашками из монастыря и по-прежнему пытается учить английский язык, правда этот процесс несколько замедлился, возможно по причине того, что с ней общаются многие на китайском языке. По моей просьбе изучение языка происходит под руководством медсестры, которую вы знаете и к которой привыкла Роза.

Сразу после вашего отъезда Роза нервничала и сильно переживала, что вы отсутствуете и не приходите. Она часто сидела на лавочке, на которой вы с ней сидели незадолго до расставания. Ее взор был устремлен на ворота Монастыря. Она ждала вас. Она могла часами сидеть так, пока ее не отводили в храм. Многие сведения, что я вам сообщаю, написаны мной и замечены во время моего отсутствия, медсестрой (по причине моей работы в клинике), которая заботливо помогает Розе адаптироваться к жизни среди людей.

Последнее время я не замечал за ней резких перемен, кои имели место, после вашего отъезда в Европу. Как ни странно, а может и нормально, учитывая ее состояние, она начала успокаиваться и постепенно смиряться с вашим отсутствием. Стала больше заботиться о себе. Это хорошо, когда пациент идет нам на встречу и помогает себе. Хотя, по словам медсестры, Роза все еще подолгу вечерами сидит у открытого окна и пристально смотрит на горы. Возможно, у нее внутри еще теплится огонек надежды. Но, узнать ее чувства и прочитать мысли, я не в силах.

Недавно узнал, что у Розы появилось новое хобби. Она рисует. Правда, это необычные картины. Вы должны их увидеть. Вместо бумаги она выбрала стены своей комнаты. Я поговорил с настоятельницей монастыря, и она не возражает против этих рисунков на стенах. Комнату ей дали больше прежней, чтобы она не чувствовала себя словно бабочка в стеклянной банке. В комнате имеются по двум сторонам, множество окон, они часто открыты в хорошую погоду. Кстати, на одном из подоконников, напротив стороны восхода солнца, она поместила вазон, подаренный вами с китайской розой. По словам медсестры, которая все время помогает Розе и следит за ее состоянием, Роза сама поливает этот цветок, который постоянно приносит ей подарок, одаривая ее благоухающим цветением. Этот цветок напоминает ей о вас. Так она сказала, когда сидела у окна.

Недавно она нарисовала, разумеется, на стене своей новой комнаты, портрет молодого мужчины. Мы все без труда узнали в нем ваши черты. Она вас помнит и, наверное, никогда не забудет.

Искренне ваш, профессор Ронг Бао».

Вильям сразу же хотел ответить на это письмо. Он сел за стол и начал писать. Написав несколько строк о себе, он остановился. Его что-то мучило. Он прошелся по комнате, собираясь с мыслями, подошел к окну взглянул на улицу, опустившуюся в пелену бледных лучей заката. Серо окрашенные здания, медленно проплывающие автомобили, опустившийся легкий туман с накрапывающим мелким дождем ему напомнили обыденность погоды лондонских дней, их неустойчивость и серость. О чем спросить профессора? Что рассказать о себе Розе? Стоит ли писать самые сокровенные мысли? Ведь это письмо читать будет не Роза, так как она попросту не умеет этого делать. «Значит, прочтет его письмо медсестра или профессор», — подумал Вильям.

Его мысли были прерваны тихим, но настойчивым стуком в дверь комнаты. Он опомнился и, подойдя к письменному столу, сразу же в спешке спрятал полученное и прочтенное письмо в ящик стола.

— Да, войдите, — произнес Вильям.

Дверь отворилась, вошла служанка.

— Что вам угодно? — спросил он.

— Вас просит зайти отец в его кабинет.

— Хорошо, я зайду, — ответил Вильям, отвернувшись от служанки, чтобы скрыть вспыхнувшее волнение на своем лице.

Отец Джеймс Браун сидел в кресле рядом с камином в своем кабинете. Вильям сел напротив него в кресло.