Чтение онлайн

Хатупату пришлось остаться у Куру нгаитуку. Женщина-птица обращалась с ним хорошо и кормила его гораздо лучше, чем его собственные братья. Она давала ему мясо кереру, попугая кака, туи и других птиц, а иногда приносила ему убитых ею крыс и пекапека — маленьких летучих мышей. Но увы, все это было сырым! Куру нгаитуку не варила и не жарила своей пищи. Бедный Хатупату давился и ничего не мог есть. Только тогда, когда Куру нгаитуку уходила на охоту в лес, ему удавалось сварить кое-что из того, что она ему давала, и утолить мучивший его голод.

Шел день за днем, и Хатупату все чаще стал подумывать о том, как бы сбежать от Куру нгаитуку и вернуться домой к отцу и матери.

Однажды утром, отправляясь на охоту, Куру нгаитуку спросила Хатупату, чем бы он хотел полакомиться.

— Принеси мне птиц, что живут вон за тем хребтом, они очень вкусные, — попросил Хатупату и указал на самый дальний из горных хребтов, маячивший далеко на горизонте.

Не подозревая, что Хатупату хитрит и что он задумал сбежать от нее, Куру нгаитуку согласилась сделать так, как он попросил.

Как только она скрылась из виду, Хатупату достал висевшие в пещере плащи Куру нгаитуку — ярко-красный парадный плащ из перьев кака, плащ из собачьей шкуры и льняной плащ с черными кисточками — и скатал их все вместе. Затем, разорвав льняную циновку, он заделал в пещере все щели, чтобы ни одна из птиц и ящериц не смогла выбраться оттуда и предупредить Куру нгаитуку о его побеге, взял под мышку сверток с плащами и, захватив таиаху — боевую палицу Куру нгаитуку, покинул пещеру и быстро зашагал в сторону озера Роторуа.

Однако второпях он проглядел одну-единственную щелочку в стене, и рирориро, маленькая серая певунья, самая маленькая из всех птиц, живших в пещере, выбралась через эту щель на волю и полетела туда, где охотилась Куру нгаитуку.

— Куру нгаитуку! Куру нгаитуку! — закричала она. — Иди скорей! Хатупату сбежал!

Услышав рирориро, Куру нгаитуку побежала к пещере.

— Ноги мои, станьте длинней! — приказала она.

Ее и без того длинные ноги вытянулись, и, сделав всего несколько шагов, она очутилась у входа в пещеру.

В пещере поднялся ужасный шум.

— Хатупату убежал! Он унес твои плащи и твою таиаху! — кричали птицы на все голоса.

Вне себя от гнева Куру нгаитуку бросилась вдогонку за Хатупату.

— Ноги мои, станьте длинней! — вновь повторила она.

Ноги послушались и понесли ее так быстро, что уже через несколько минут в скалистом ущелье между горами она увидела впереди себя его маленькую фигурку со свертком под мышкой.

Оглянувшись, Хатупату заметил женщину-птицу. Но он не растерялся. Он знал волшебные слова, которые могли его спасти.

— Те коуату ней, э, матити, матата! — воскликнул он, что означало — «Раздвиньтесь, скалы! Прими меня, гора!»

Скалы раздвинулись, и Хатупату юркнул в отверстие, которое тут же закрылось за ним перед самым носом Куру нгаитуку.

Сначала женщина-птица оторопела, а потом в ярости стала царапать скалы своими огромными острыми когтями. Следы от ее когтей на склоне хоры и сейчас может видеть каждый, кто проводит по дороге, ведущей от Таупо к Роторуа.

Через некоторое время, решив, что Куру нгаитуку потеряла его след, Хатупату вышел из горы.

Но от взгляда Куру нгаитуку никто не мог укрыться. Она сразу же заметила Хатупату и бросилась к нему.

— Раздвиньтесь, скалы! Прими меня, гора! — воскликнул Хатупату и снова исчез в глубине горы.

И так повторялось много раз, пока наконец Хатупату и преследовавшая его женщина-птица не оказались среди кипящих грязевых озер на берегу Роторуа.

Хатупату хорошо знал это место и, спасаясь от Куру нгаитуку, скачками понесся вдоль одного из кипящих озер.

Женщина-птица, забыв, что она намного тяжелей Хатупату, кинулась за ним. Тонкий слой затвердевшей грязи на берегу не выдержал, и Куру нгаитуку провалилась в кипящее озеро. С тех пор ее никто больше не видел.

Избавившись от погони, Хатупату передохнул на берегу озера Роторуа, а затем пустился вплавь к острову Мокоиа.

Дома он застал только мать и отца. Они страшно ему обрадовались, но, когда он рассказал, как с ним поступили братья, они стали громко плакать и сетовать.

Узнав, что братья скоро вернутся, Хатупату спрятался в яме, где хранилась кумара. К приходу братьев он успел облачиться в самый богатый из плащей Куру нгаитуку — в плащ из ярко-красных перьев кака, воткнуть в затянутые в пучок волосы черно-белое перо из хвоста птицы уиа и вдеть в мочки ушей белые шарики из пуха альбатросов.

Сжимая в руке таиаху, острие которой в виде высунутого языка также было украшено красными перьями кака, он вышел навстречу братьям.

Братья едва узнали Хатупату. Перед ними стоял гордый и сильный воин, а по его одежде они поняли, что это вождь. Его глаза метали молнии, он не боялся их больше, он глядел на них гневно и смело.

Все, кто был в па, сбежались, чтобы посмотреть на Хатупату. Они не меньше, чем братья, были поражены его видом.

Братья топнули ногами. Хатупату принял их вызов. Все четверо подняли свои таиахи высоко над головой. Они высунули языки, их лица исказились гримасой ярости. Короткими быстрыми прыжками они устремились друг к другу.

Потом они замерли, держа таиахи острием вниз на расстоянии вытянутой руки от груди.

Отец, мать и все жители па молча наблюдали за началом поединка.

Хатупату, продолжая таращить глаза, быстрым движением прижал таиаху к уху, как бы прислушиваясь к тому, что нашептывали ему вырезанные на конце палицы четыре человеческих лица.

Братья повторили его движение, но все увидели, что; Хатупату более ловок и владеет оружием гораздо лучше. Продолжая бить о землю ногами, братья настороженно следили за ним.

Хатупату перешел в наступление. Большим прыжком он преодолел расстояние, еще отделявшее его от братьев. При этом он с такой легкостью орудовал таиахой, что палица казалась перышком в его руках.

Старший брат подскочил к Хатупату, собираясь нанести ему удар в живот. Но Хатупату с легкостью отбил этот удар и, повернув таиаху острием к брату, ранил его в плечо.

Старший брат упал, но сейчас же второй брат бросился на Хатупату. Через мгновение он тоже лежал на земле, сраженный его таиахой.