Kizumonogatari
Шрифт:
– Я поздно это поняла, извини.
Тем не менее она продолжила:
– В таком случае, я хочу помочь тебе.
– Не будь такой назойливой… – ответил я напряженно. – Не стоит копать так глубоко, мне просто было скучно с тобой. Я хочу быть один.
– Не верю. Ты не мизантроп и ты не зол на весь мир, уж это-то я могу сказать точно. Арараги-кун, похоже, тебе нравилось разговаривать со мной.
– Это потому, что мне нужны были твои деньги!
– Но моя семья не настолько богата!
– Тогда мне нужна была твоя Дакара [11] !
– Если тебя мучает жажда, просто скажи об этом!
Я прикусил язык [12] .
– Я хотел сказать, мне нужно было твое тело [13] !
– Так все-таки «Дакара» или тело, что именно?
– Тело! – закричал я.
Я больше не отдавал себе отчета о том, что я говорю.
– И поэтому, если ты покажешь мне свои трусики еще раз, я помирюсь с тобой!
– Понятно.
Ханекава была удивительно спокойна.
Она не возмущалась и не хмурилась.
Совершенно непринужденно она задрала свою юбку.
И затем показала мне свое нижнее белье.
На ней были эротические темно-серые трусики.
Их дизайн был очень прост, без рисунков и орнаментов, но именно из-за этого они имели свою особую привлекательность, присущую только необработанному материалу.
– Удовлетворен? Ты их хорошо рассмотрел?
– …
– Если хочешь, я могу и блузку снять.
Ханекава…
Тихо произнесла это, с задранной кверху юбкой.
Ах.
В этот момент… в первый раз я, наконец, захотел узнать Ханекаву поближе.
Мы встретились друг с другом.
Да.
Она хороший человек, но это не единственная причина.
Она сильная.
Такие люди как я ей не ровня.
– Пожалуйста, прости меня за все, что я тебе наговорил.
Я поклонился ей так сильно, как только смог.
Ханекава все еще стояла, задрав свою юбку, но, естественно, я поклонился не для того, чтобы получше разглядеть ее белье.
Я поклонился для того, чтобы извиниться перед ней.
И для того, чтобы произнести свою просьбу:
– Пожалуйста, будь моим другом.
009
Прежде, чем объясняться с Ханекавой, мне необходимо было завершить пару дел, да и поздняя ночь – не лучшее время для дружеских разговоров. Девушка оказала мне неплохую услугу, добровольно отправившись домой.
Я пообещал ей рассказать все следующей ночью.
Когда я вернулся в привычные школьные развалины, Ошино там не было, но я доложил ожидавшей меня в классе на втором этаже Киссшот, что преуспел в возвращении ее правой ноги.
– Отлично, – произнесла она. – Ну, став моим подчиненным, ты, конечно же, получил мою силу. Вампиры вроде Драматурга тебе не ровня.
– Думаю, он был весьма умным противником… Понимал, когда нужно сдаться.
– Хм. Это из-за того, что среди этой троицы Драматург был самым проницательным. Я не хочу пугать тебя, но оставшиеся двое не будут такими сговорчивыми.
– То есть…
Эпизод. Тот парень, который держал на своем плече гигантский крест – он выглядел довольно опасно. А еще и похожий на священника Палач.
В нем есть что-то омерзительное.
Такое впечатление он на меня произвел.
– В любом случае, прямо сейчас ты должен радоваться, поскольку ты стал на один шаг ближе к человеку.
– Серьезно?…
Спасибо.
Однако у меня было противоположное впечатление – как будто я еще дальше отдалился от людей…
– Хоть Драматург и был нечеловечески силен, я регенерировал быстрее. Сколько жизней у меня в запасе?
– Кто знает, – ответила Киссшот. – Не проверив это на практике, не могу сказать наверняка.
– Как будто я буду это проверять!
Вот так.
Пока мы вели эту беседу, которая выглядела как подведение итогов и празднование победы, наступило раннее утро. Я уже начал засыпать, когда вернулся Ошино.
Он был одет в свою привычную гавайскую рубашку.
Мне показалось, что рисунки на всех его вещах был какими-то психоделическими, как будто он выражал этим свою жизненную позицию.
Когда я увидел его в первый раз на том перекрестке, он был с пустыми руками, и я не знал, кто и когда удовлетворял ежедневные потребности Ошино в предметах первой необходимости. Почему-то создавалось впечатление, что он занимается автостопом.
– Послушай, я тут подумал. Твоя одежда никогда не пачкается, как же так?
– Вообще-то одежда вампира – словно часть его тела.
Этот вопрос задал человек, чей левый рукав развеял по ветру Драматург. К сожалению, я ничего не мог поделать с тем, что сейчас походил на какого-то рок-исполнителя. Ответившая мне Киссшот была одета в свою обычную одежду.
– Одежда Драматурга превратилась в туман вместе с ним, верно?
– Как волнистые клинки?
– Как бы получше объяснить… Я думаю, что одежды создаются с помощью способности к созданию материи. Я тоже могу использовать меч в сражении, но не совсем так, как Драматург. Я не буду трансформировать руки, я буду создавать материю.
– Изумительно…
А как же закон сохранения энергии и закон сохранения массы?
Ну да ладно…
Они просто не соблюдаются.
Вот так.
– Добро пожаловать домой, Ошино.
– Привет.
Ошино, размахивая свободной рукой, нес дорожную сумку, в которой должна была находиться правая нога Киссшот.
– Арараги-кун, ты отлично справился.
– Я не заслуживаю такой похвалы.
– Да что ты говоришь? Ты так старался. Я тайно наблюдал за вами и все видел.
– Серьезно?…
– Ага, – кивнул Ошино.
– А еще я знаю, что Арараги-кун заставил девушку задрать свою юбку.
– …
Я вспомнил, что когда я случайно принял Ханекаву, прячущуюся в тени школы, за Ошино, то был рад ему, однако сейчас мне хотелось провалиться под землю.
Значит, он на самом деле наблюдал…
Хотя бы не говори о таком перед Киссшот!
Давай же, скажи, что ошибся, покачай головой!
– Эм… насчет этого, Ошино…
– А-а-а, не волнуйся. Я был очень далеко, что не разглядел трусики той девушки.