Чтение онлайн

– И что из этого. К чему ты клонишь? – явно обеспокоенно спросила Едвига.

– По-моему, надо просто найти бабушку местную и все порасспросить о церкви и ограде тоже.

– Где ты такую бабушку найдешь, – усмехнулась подруга.

– Да первую попавшуюся пожилую женщину и расспросим, – весело бросил Мишель…

Красноусольский, кафе «У наших»…

В комнате на диване в спортивном костюме лежал Раис и смотрел подвешенный к потолку телевизор. На экране уже не молодой седой мужчина лихо вытанцовывал на сцене чечетку. Авторитет любил степ, во время отсидок (их было четыре) он сам выучился этому делу. Хотя сейчас, с возрастом, да и лишним весом, уже сам практически не танцевал. Но очень нравился ему этот ритмичный танец, рисунок звуков, возникающий от удара стопы об пол…

Дверь отворилась и в комнату вошел сын авторитета, Дан. Он сразу прошел к накрытому столу, налил рюмку водки и выпил. После этого сел к столу и изрек:

– Точно, как я и предполагал, глухо будет с этой парочкой, – поцарапал пальцем руки угорь на лице.

– Говори толком, – буркнул авторитет.

– Были мы в санатории. Обычные любовники они, она из Сахалина, он из Белоруссии, иностранец блин. Купили на неделю путевку, дабы пожить и потрахаться вместе. Ничего особенно, отдыхают, принимают процедуры, гуляют, ездят на велосипедах. Приехали налегке, в их номере, по словам горничной, голяком. Предъявить им нечего. Так что Ватник гнал пургу, чтобы тебя расколоть на водяру.

– Ладно, посмотрим, – нехотя выдавил Раис, теребя пальцами руки свои белесые усы.

– Да и смотреть нечего.

– Не учи отца…, – далее следовала ненормативная лексика…

По дороге в санаторий Едвига и Мишель увидели сидящую бабушку на лавочке. Он подмигнул подруге и свернул к пожилой женщине. Подойдя, вымолвил:

– Здравствуйте. Можно Вас кое-что спросить о Вашей церкви?

– Здравствуй милок, – прищурившись, ответила женщина. – Давай, спрашивай.

– Говорят, церковь Вашу сожгли большевики, а что не сгорело, то растащили по кирпичику местные товарищи.

– Правильно говорят, было все голым голо, только пепелище теплилось. Антихристы все деревянное сожгли, а что не сгорело, подчистую растащили. Все, что сейчас стоит, начали строить кажется…, где-то в 1988 году.

– А когда растаскивали, ничего не находили? Ну, может монеты или еще что?

– Находили, много чего находили. Говорят даже клад нашли, золотые и серебряные монеты вроде как в подвале нашли.

– Скажите, пожалуйста, – вступая в разговор, вымолвила Едвига, – я на старом фотоснимке видела столбы и решетку ажурную, они церковную территорию отгораживали. Так вот они сохранились?

– С главного хода ничего не сохранилось. А вот с заднего хода, что на кладбище ведет, кое-где сохранились и столбы и решетка эта э…, ажурная, старинная.

Едвига и Мишель переглянулись.

– Спасибо Вам, здоровья Вам, – весело бросил Мишель.

– Да какое там наше здоровье, – отмахнулась женщина. – Главное Вам не хворать, молодежь.

Явно загрустившая после слов женщины Едвига и следом Мишель пошли к своему санаторию. Понимая состояние подруги, он не стал донимать ее вопросами. Хотя они у него несомненно появились…

Как-то незаметно они дошли до своего корпуса.

Едвига и Мишель на лифте поднялись на третий этаж и направились к своему номеру. По коридору шла молодая горничная по этажу в салатовой униформе. Поравнявшись с ними, девушка улыбнулась и вымолвила:

– Можно Вас на минуточку.

Едвига и Мишель остановились.

– Конечно.

– Тут приходили нехорошие люди из села, Вами интересовались, – тихо сказала горничная.

Едвига и Мишель удивленно переглянулись.

– А что это за люди и что они хотели узнать? – спросил Мишель.

– У нас в селе есть банда, у них главный Раис. Приходили двое людей от него и спрашивали, кто Вы такие, чем занимаетесь. Хотели в номер зайти, но я их не пустила.

Мишель быстро достал из кармана джинсов портмоне, раскрыл, взял двадцатидолларовую банкноту и положил в карман униформы девушки.

Она хотела было достать деньги. Но Мишель удержал ее руку и твердо сказал:

– Большое Вам спасибо. Если и дальше будет что-то необычное, Вы нам, пожалуйста, скажите.

Горничная кивнула и пошла.

Уже в своем номере Едвига недовольно вымолвила:

– И здесь банда! Это наверняка бомжи брякнули что-то этому авторитету Раису.

– Похоже, – хмуро бросил Мишель.

Задумчивая подруга прошла в спальную комнату и легла на кровать. Мишель прошел следом и, широко улыбаясь, вымолвил:

– Дорогая, я после прогулки проголодался.

– Да тебя не прокормишь дружок! – недовольно воскликнула Едвига. – Бедная твоя будущая жена!

– Уверяю, она не будет бедной, – подходя к подруге и садясь рядом, изрек Мишель. – Как дорогая, перекусим?

Женщина слегка улыбнулась.

– Значит Мишельчик, возьмешь жену только с солидным приданым.

– Да у меня и у самого денежки водятся. Едвига улыбнулась шире.

– Ну, дай мне хоть пять минут отдохнуть.

– Только пять…

Вакканай…

Киллер Томаки только что доложил своего боссу о командировке во Францию. Белый орел сильно волновался, ведь Цезарь, как известно, был крут на расправу.

Но Цезарь очень спокойно выслушал и, не задав ни одного вопроса, тихо изрек:

– Я верю, что ты Белый орел сделал все, что можно было сделать. Да и французской полиции мы нос утерли, предателя болгарина наказали. Но в главном деле увы, фортуна от нас отвернулась. Но мы, как нас учили предки, терпеливы и упорны, будем ждать миг своей удачи, и он придет. Иди отдыхай и готовься к новым большим свершениям.

Не ожидавший такого быстрого и вполне благоприятного исхода, Белый орел вскочил. Низко поклонился и пятясь спиной, быстро покинул помещение.

Оставшись один, Цезарь тяжело задумался. Как все нехорошо повернулось с этим французом Зверевым?… Похоже, он тяжело обжегся на нем и никаких денег не получит. А что еще остается?… Хотя, конечно, можно еще подождать, шансы, как говориться, есть всегда. А надежда умирает последней…

Мишель с аппетитом кушал. А Едвига почти ничего не ела, сидела за столом с озабоченным лицом. Она определенно нервничала. Понимая ее состояние, Мишель не стал ее докучать вопросами.