Чтение онлайн

— С пакетом к их высокопревосходительству фельдмаршалу. — Родион щелкнул каблуками и тут же добавил с вымученной улыбкой: — Простите, сударыня, я заблудился.

Судя по всему, дама не узнала Родиона, и тот не стал раздумывать, к добру это или к худу. Она отложила в сторону вышивку и встала.

— Господина фельдмаршала нет дома. Я сейчас позову Смехова…

— Не извольте беспокоиться. Мне велено отнести депешу в кабинет.

— Я вас провожу…

«Вот привязалась», — подумал Родион, но в этот момент из соседней комнаты раздался требовательный женский голос:

— Ангелина, пойди сюда.

— Простите, меня зовут, — пролепетала камеристка. — Как войдете в коридор — третья дверь налево. Там адъютант Смехов, он вас встретит.

Родион перевел дух, он не ждал такой удачи. Третья дверь налево вела в отцовский кабинет. Значит, Миних не поменял назначение комнат, есть надежда, что он не тронул и отцовский книжный шкаф. Теперь бы только как-нибудь выманить из кабинета милягу Смехова. Но Родион не успел ничего придумать. Дверь кабинета стремительно отворилась, и на пороге появился молодой офицер в щегольской форме. Он окинул Родиона цепким взглядом.

— Вы с депешей? — спросил он, указывая на папку в руках Родиона. — Следуйте за мной! — И, не оглядываясь, побежал по коридору к парадной лестнице.

Как бы не так! Родион с не меньшим проворством бросился в кабинет. Какой-то дурак на улице засвистел с переливом. Вот они, книги! Их стало в два, нет, в три раза больше, чем раньше. Каким-то образом в простенок всунули новый шкаф, а на стене выстроили стеллажи до потолка. Где ты, Плутарх? Мудрено найти тебя в столь обширной компании.

Свист за окном повторился, потом раздался истошный крик: «Родька!» Он бросился к окну. Так и есть, свистел князь Матвей, при этом он отчаянно размахивал руками, что могло обозначать только одно: беги! Родион выругался и пулей выскочил в коридор.

Угольная гостиная была пуста. По винтовой лестнице он съехал по перилам, как делал это в детстве. Однако в боковом коридоре на этот раз были люди. Девки волокли огромный чан с намоченным бельем. У Родиона возникло огромное желание перепрыгнуть через чан, но он обогнул его бочком, потом как бы обтек мужика с охапкой дров. На выходе он опять встретил толстуху в затрапезе, она волокла неподъемное ведро с помоями. Не дом, а китайская прачечная! Вся прислуга вела себя так, словно Родион был бесплотен, его попросту не замечали. Видимо, в доме очень привыкли к виду военной формы. Тем же решительным шагом Родион вышел во двор. Все, он на свободе!

У подъезда стояла роскошная карета, вокруг толпились нижние чины. На Родиона они не обратили ни малейшего внимания.

— Ты что блажил? — спросил Родион у князя, когда они деловито шагали по улице прочь от фельдмаршальского дома.

— Так Миних приехал. Я уж думал — все, конец!

— Какой черт принес его раньше времени?

— Вот у черта и спроси! — проворчал Матвей. — Похоже, мы без Плутарха?

— Я говорил тебе, ночью надо идти!

Миних вернулся домой раньше предполагаемого времени, потому что государыня внезапно объявила себя нездоровой И заседание Сената отменили. Целый час проторчал он в унылом ожидании. Настроение у фельдмаршала было препаршивое, он вообще ненавидел ждать, особенно в обществе Бирона, который успел-таки со светски наглым видом сказать ему гадость, де в конюшне у него больше порядка, чем в русской армии! Проходимец! О, Миних мог бы ответить! Слова так и вспыхнули в мозгу: «Конюх на то и конюх, чтобы судить здраво только о конюшне». Вспыхнуть-то вспыхнули, но вслух он их, слава Богу, не произнес. С Бироном не спорят. Ладно, придет время, и он посчитается с фаворитом за все.

А пока у него болит голова (гадость какая!), и адъютант Смехов (бестолочь!) путается под ногами: «Вас ждет посыльный с пакетом». Подождет! Миних прошел к жене.

В то время, как ласковая Варвара Елеонора, собственноручно выпростав мужа из мундира, массирует ему затылок, и поит крепчайшим кофием, и уговаривает не волноваться по пустякам, мы успеем, пожалуй, дать фельдмаршалу краткую характеристику.

Мнения о Минихе в исторической литературе очень противоречивы. Иные возносят его до небес как инженера и полководца, другие считают, что полководцем он был никаким, солдат не щадил и клал их на полях битв многими тысячами. Но и почитатели и противники Миниха сходятся в одном — он был фигурой значительной и служил русскому трону достойно.

Бухард Христофор Миних родился в семье датского подполковника, который был главным надзирателем над всеми видами водяных работ в графствах Ольденбургском и Дельменгорском. Род Миниха принадлежал к крестьянскому сословию, а так как вышеупомянутые графства необычайно богаты водой — попросту говоря — сплошные болота, — то все предки его занимались осушением этих болот, и только отец Миниха получил дворянство.

Любовь к гидравлике и у сына была в крови. Учился он прилежно, пособием к теории была сама жизнь — отец часто брал его с собой в служебные поездки. Шестнадцати лет он поступил во Франции на военную инженерную службу, но вскоре его увлекли поля битв — началась война за испанское наследство. Он воевал с французами против немцев, потом с немцами против французов, он сражался под командой величайших полководцев своего времени — принца Евгения Савойского и герцога Мальборо. Потом была рана в живот и плен в Париже. Позднее он служил польскому королю Августу II. В Польшу Миних попал уже овеянным славой полковником, однако служба там не задалась. Он решил сменить себе господина. Миних всегда служил сильнейшему, поэтому колебался в выборе; идти ли к Петру I — русскому или к Карлу XII — шведскому. Но вскоре Карл XII погиб, и Миних очутил-ся в Петербурге. Это случилось в феврале 1721 года, Миниху тогда исполнилось тридцать семь лет.

В России ему была обещана должность генерал-инженера с немедленным повышением в чин генерал-поручика. Однако с новым чином не торопились. Петр долго присматривался к новому инженеру, возил его с собой на верфи, на военные укрепления. Так с царской свитой попал он в Ригу, где судьба нашла возможность помочь талантливому инженеру. А случилось все так. Удар молнии сжег колокольню церкви Святого Петра. Это произошло буквально на глазах Петра I, и царь приказал немедленно восстановить ее. Однако выяснилось, что в рижском магистрате нет ни чертежей, ни рисунков сгоревшей колокольни. Петр был столь рьян в своем решении, что никто не осмеливался доложить ему об отсутствии рисунка. И вдруг Ягужинский, любимец царя, узнает — такой рисунок есть. Миних за день перед грозой от нечего делать нарисовал колокольню Святого Петра. Неожиданное совпадение помогло Ягужинскому вспомнить об обещанном Миниху чине. Но не это событие по-настоящему сблизило Миниха с русским царем, а Ладожский канал — любимое детище Петра.

Ладожский канал, идущий вдоль Ладожского озера, был начат еще в 1710 году. Плывущие по нему суда могли миновать бурное и опасное Ладожское озеро. Однако работы по строительству велись чрезвычайно медленно. После персидского похода Петр поручил строительство Ладожского канала Миниху, и тот оправдал возложенные на него надежды.

Наступило новое царствование. Миних не уехал из России. В награду за службу он успел получить в собственность деревню и дворец на построенном им канале, остров на Неве близ Шлиссельбурга, а также право таможенных и кабацких сборов на Ладожском озере. Не были, однако, удовлетворены два главных его желания — достойный дом в Петербурге и чин генерал-фельдцейгмейстера.

В январе 1728 года двор с Петром II отбыл в Москву. Миних остался в Петербурге и стал генерал-губернатором северной столицы. За время своего губернаторства он успел сделать много полезных дел для города и армии. В это время, похоронив первую жену, он вступил во второй брак с Варварой Елеонорой, вдовой обер-гофмаршала Салтыкова, прирожденной немкой. В браке Миних был счастлив.

В политических играх верховников Миних участия не принимал. Он был умный человек и понимал, что негоже ему, иностранцу, вмешиваться в критический момент в русские дела. К этому времени Миних близко познакомился с Остерманом, тот представил его государыне и Бирону. Фавориту Миних понравился: умен, любезен. Не без помощи Бирона Миних получил вожделенный чин генерал-фельдцейгмейстера, а позднее, после смерти князя Трубецкого, освободившееся место президента Военной коллегии. Потом Анна Ивановна ввела его в Кабинет. Государыня ценила красивых, высоких и преданных мужчин.