Чтение онлайн

Всего за пару секунд осмотра Такэда пришел к выводу, что лаборатория была создана не для работы с химией, как можно было бы ожидать от клана якудза, специализирующегося на производстве и сбыте наркотиков. Приборы и вычислительная техника собирались тут ради решения кардинально иной задачи, лежащей в области соединения электронных компонентов с человеческим мозгом.

Конечно, Такэда, как и все, слышал о заявлениях некоторых дзайбацу насчет скорого выхода на рынок промышленных имплантов для серфинга в интернете. Но, во-первых, уже который год все ограничивалось лишь прогнозами и обещаниями, во-вторых, тут занимались чем-то похожим, но все же точно не созданием имплантов для гиков.

– Что там, господин инспектор? – донесся снаружи голос Ронина.

– Не мешай. тут что-то очень странное.

Такэде пришлось на полную мощность включить свои новые способности, чтобы по едва уловимым признакам понять, где в переплетении оплавленных проводов находится главное – исследуемый прототип. Им оказался небольшой стальной шар, размером с небольшой томат, обшивка которого состояла из нескольких сомкнутых шестиугольников с гнездами для подключения проводов и волоконных кабелей.

Оглядев приборы, окружающие стенд с прототипом, Такэда составил в голове несколько возможных схем подключения, что сразу же привело к выводу о функции шарика. Речь явно шла о записи на носитель прототипа какой-то визуальной и звуковой информации, с последующей ее трансляцией прямо в мозг, причем, не посредством вживляемых или накладываемых электродов, а прямо сквозь череп, импульсами маломощного сверхвысокочастотного излучения, способного возбуждать нужные зоны мозга.

– Генератор строго заданных галлюцинаций, – прошептал Такэда. – Так вот почему этим занимались Кикути!

Он крикнул Ронину, и тот, привязав веревку наверху, тоже спустился в бункер, придерживая винтовку, чтобы не болталась. Такэда вкратце объяснил суть дела.

– Да, в сравнении с этим «золотая пыль» просто лимонад для девочек, – произнес Ронин. – Все ждут появления имплантов, чтобы новости смотреть прямо у себя в голове, а оказывается все уже готово, но используется в несколько иной области.

– Надо вынуть носители информации из сервера, – прикинул Такэда. – Во-первых, больше поймем, что именно тут делали и для чего, а во-вторых, чтобы врагу не досталось. Судя по ряду признаков, это единственный прототип, и лаборатория, скорее всего, тоже одна такая. Если тут все уничтожить, то по крайней мере якудза технологию возродят не скоро, а это уже хорошо.

– Может, тут ничего опасного? – предположил Ронин. – Судя по вашим словам это просто прямая трансляция изображения и звука в голову. Ну, такую фигню скорее можно назвать виртуальной реальностью с высокой степенью погружения, чем наркотиком.

– Если они дистанционно воздействуют только на зрительное и слуховое поле мозга, то да. Но я не уверен пока, что это так. Есть у меня подозрение, что они посылали импульсы напрямую в центр наслаждения, а это уже совсем другое дело. Стоит человеку дать такую возможность, он присядет на устройство быстрее, чем на героин, ему не нужно будет ни спать, ни есть, ни заниматься сексом, и люди начнут за считанные дни умирать от обезвоживания и истощения с блаженной улыбочкой на лице. Поэтому обязательно нужно выпотрошить сервер.

– И где он?

– Сейчас, подожди, проанализирую коммутацию. Ага, вот.

– Вот это бронированный шкаф? – Ронин присвистнул. – Как я его по-вашему вскрою? Нет, я могу, конечно, но мне нужны инструменты.

– Дома есть?

– Дома есть, но это два часа туда и два часа обратно. Вернемся сюда уже затемно.

– Это даже лучше, – уверенно заявил Такэда. – Меньше привлечем чужого внимания. А то тут машина маячит, с любого дрона засекут, пока светло.

– Да, согласен. Когда вернемся, машину надо будет замаскировать. Темнота темнотой, а камеры ночного видения никто пока не отменял. Подсадите меня немного, я выберусь и вас вытащу.

– Какая красота! – сказала Хитоми, раскладывая тускло поблескивающий металлом хребет с подобиями ребер.

– Не хотела бы я носить такое сомнительное украшение, – хмыкнула Мизуки. – Ну-ка, отойди от стола.

Хребет окутался небольшим сиянием там, где соприкасался со столешницей, и изогнулся, перемещаясь к Кошке. Та так резво стартанула на другой конец комнаты, что это движение осталось незамеченным. Мизуки ехидно оскалилась, и нажала кнопку. Хребет с грохотом упал на стол.

– Ну да, – сказал я. – Украшение и вправду сомнительное.

– Очень, – сказала наблюдающая за всем этим Реми. – И опасное. Тем более, если учесть, что оно рассчитано исключительно на мертвых, та жижа в канистрах смертельна в любом случае.

– Да, беру свои слова обратно, – поспешно заявила Хитоми. – Это я носить не буду.

– Тебе и не придется. А кто мне обещал доставить тела из персонала дворца? – спросил я.

– Ну я, я обещала, – сказала она. – Но тут мне нужен на подстраховку Ронин, а ты их куда-то услал. Сам виноват.

– Они там с Такэдой нашли заначку Кикути, и сейчас ее обследуют, – сказал я. – Странно, однако, что она нигде не фигурировала.

– Ну якудза хоть и корпорация, но без доступной отчетности, – констатировала Мизуки.

– Что вполне объяснимо.

– Они не сказали, что там нашли? – спросила Хитоми.

– Какое-то устройство миостимуляции, вроде как заточенное на секс.

– Виртуальная дрочильня, – сказала Кошка. – Как же, были такие устройства. Насколько знаю, в серию не пошли, их признали слишком опасными – бедолаги дергали себя до расслоения аорты и кровоизлияния в мозг. Но на базе их военные сделали другой вариант, который мог понравиться только мазохистам, и то самым закоренелым. Помнишь «Хонто»?

– Ну да, его использовали, когда магия была излишней. Или, когда следователь ею не владел, а допрос надо было срочно и качественно провести.

– Можно, конечно, переделать… – задумчиво сказала Хитоми.

– Ну только не использовать по прямому назначению, – сказала Мизуки. – А то я тебя знаю, разберет попробовать. Выгорит твоя оставшаяся щепотка нейронов…

Хитоми потянулась за туфлей.

– Только не здесь, – хлопнул по столу я. – Запрещаю устраивать свои разборки в ситуационном центре. Есть желание размяться – выйдите во двор и вцепитесь друг другу в рожи, а ломать ценное оборудование не дам. Оно денег стоит, в отличие от ваших крашеных морд.

Двойное «Ффэ» прилетело в ответ.

– И хватит издавать звуки неудавшегося оргазма. Реми, что у тебя?

– Ну многое чего интересного. После того, как Мизуки поработала над моей операционной системой, я тоже теперь могу обходить примитивную, как она говорит, защиту. Склад неудавшихся прототипов «Синто» – это на самом деле клад, насколько я могу судить по лабораторным журналам и изготовленным вещам. Просто многое не доведено до ума, а многое опережает свое время.

– И это правда, – сказала Мизуки. – Там многое что можно было бы приспособить. У них явно лет десять назад был кто-то из очень талантливых разработчиков, такой фонтан идей трудно себе представить.