Чтение онлайн

Абсолютно все твари подлежали незамедлительному уничтожению. Но не за каждую из них академия выплачивала награду. Только за тех чудовищ, что были занесены в промысловый перечень.

У каждого факультета этот перечень был индивидуальным и пересматривался ежемесячно. И никогда ни по каким позициям не пересекался с промысловыми списками других факультетов.

Таким образом, стало совершенно бессмысленным грабить других рекрутов. Разве что только тех, с кем находился на одном факультете. Но и с этим придумали, как бороться.

В академии вывели некую формулу, по которой в конце каждого месяца рассчитывалась денежная премия. В итоге заработок мог стать как больше, так и меньше.

Если факультет перевыполнял установленную для него квоту добычи, тогда полагалась надбавка сверху в целых тридцать процентов. Но если не выполнял, тогда наоборот — от тридцати до пятидесяти процентов уже вычитались у каждого рекрута из его честно заработанных денег.

Плюс существовал ежегодный рейтинг расчёта расценок. Чтобы не нашлось умников, решивших, что ничего страшного не случится, если они один месяц недополучат денег.

Твари и без того неплохо справлялись с прореживанием рядов охотников, понижая шансы на выполнение квоты по добыче трофеев. Поэтому и ввели такие правила, что каждый рекрут факультета становился для своих чуть ли не на вес золота. А для остальных трёх факультетов просто не представлял никакой ценности.

— Хитро придумано, — согласился я. — Хотя и перемудрили.

— И с чем же? — спасаясь от духоты, Софи обмахивалась носовым платком.

— Не вижу никакого смысла в учреждении самих факультетов. Если завтра же их упразднить, то ничего не изменится. Премия и штрафы за провал останутся. И значит…

— Сириус, представь, что вот мы трое, каждый сам по себе, отправимся на охоту. Как думаешь, что произойдёт?

— …

— Как мы на троих поделим одного или двух монстров? Или трёх, но разных видов… Понимаешь?

Чего ж не понять, если всё настолько тщательно разжевали и в рот положили.

Благодаря факультетам и их промысловым перечням удавалось избегать конфликтов между командами охотников, даже когда они случайно пересекались и работали довольно близко друг от друга. Ведь у них не было никакой нужды отнимать друг у друга добычу.

— Правильно, — Софи кивнула. — Главное договориться со своим факультетом, кто в какую сторону пойдёт и насколько планирует углубиться на север. И тогда никто никому не будет мешать.

— С этим разобрались. Так, а в чём беда с факультетом Балац? Почему будет так ужасно если на самом деле в него попадём?

— Потому что последние полтора года у него каждый месяц штраф минус пятьдесят процентов.

Софи озвучила проблему лишь с финансовой стороны. Но ведь была и иная, более существенная. Когда знаешь, что штраф неизбежен, единственный логичный выбор — постараться добыть как можно больше трофеев. В том числе путём разбоя.

— Дошло? — рыжая промокнула платочком вспотевший лоб. — Добрая половина нашего же факультета попытается отнять у нас добычу и убить.

Не самая приятная новость.

— Тпр-р-р-р… — донеслось сквозь окно, и наша карета резко затормозила. — Приехали! — это уже нам извозчик кричал. — Мы на месте! Выходите!

— Так что надейся, что эта твоя проверка будет успешной, — Софи первой выскочила наружу. — Иначе даже не представляю, как ты собираешься там выживать.

— Вот сейчас всё и выясним, — я вылез последним, следом за Эксом. — Показывай, где тут твой водопад.

— Буду ждать вон там, — кончиком кнута возница указал на небольшую излучину реки в форме чудаковатой подковы. — Но только один час, — он демонстративно постучал пальцем по стеклу своих наручных часов. — Поэтому советую вам не опаздывать. Или сразу проплачивайте ещё один час.

Нашёлся советчик.

Мало того что уже содрал с нас семь с половиной дори. За городом, видите ли, опасно и потому включается полуторный тариф. Так теперь ещё и выделывается, словно это не деньги, а так — мелочь.

— Ещё один час не нужен, — холодно бросила Софи. — Мы не опоздаем.

— Посмотрим, — буркнул под нос спекулянт-извозчик, давая понять, что не задержится даже на минуту дольше оговорённого часа.

Кони фыркнули, экипаж скрипнул колёсами и медленно покатился дальше по дороге.

— Ничего себе! — я не поверил собственным глазам, когда наконец за отъехавшим транспортом смог увидеть лес.

Ведь практически всю дорогу сюда я увлечённо слушал рассказ Софи. Не особо отвлекаясь на проплывающие за окном пейзажи.

Ещё и потому что за городом не нашлось ничего такого, что смогло бы завладеть моим вниманием. Обычный загородный пейзаж. Коих даже в моей неполноценной памяти сразу же всплыло огромное множество.

И в этом мире было всё то же самое, только с уклоном в местный колорит.

Поля, фруктовые сады, снова поля и ни одного хоть даже сколько-то крохотного поселения. Ни единого домика. Не нашлось дураков селиться на тропе, ведущей из города куда-то в сторону гор.

Это сейчас тяжёлые телеги купцов, груженные самыми разными товарами поодиночке и в составе больших караванов в сопровождении вооружённых всадников направлялись в город. Из города им навстречу двигались точно такие же караваны уже налегке. А вдоль обочин растянулись бесконечные вереницы пеших путников. Тех, кто не хотел, а скорее не мог позволить себе путешествовать иным, более комфортным способом.

С наступлением ночи дорога опустеет. На смену людям придут твари, спускающиеся с гор в долину и рыскающие по всей округе в поисках кем бы перекусить. Кровожадные чудовища, гонимые чувством голода направятся прямиком в город. Поэтому никто и не рисковал строить жильё у них на пути.

В остальном за окном экипажа для меня не было совсем ничего интересного.

Поэтому со времени, как выехали из города, я всего несколько раз мельком поглядывал в окошко. И сейчас, когда мы прибыли на место, и значительно отдалились от города, я был поражён до глубины души.

Я совершенно точно ещё никогда ни в одной из своих прежних жизнях не видел такого леса.

Сейчас мы находились у самой его кромки, вдоль которой протекала река. Сама кромка леса мало чем отличалась от того, что я мог смело назвать нормальным лесом. Но уже чуть поодаль на смену обычным деревьям пришли их значительно более крупные и высокие сородичи. А ещё глубже в лесной чаще этих гигантов заменили уже настоящие исполины. Их массивные верхушки величественно покачивались на ветру, на высоте не меньше тридцати или даже сорока метров. Да вокруг их стволов можно смело хороводы водить в несколько десятков человек.