ЖАНРЫ

Классическая проза Дальнего Востока
Шрифт:

Свое приключение Тхук Кхоан хранил в тайне; кроме него, обо всем знал лишь кое-кто из старых слуг, вот почему случай этот почти неизвестен.

* * *

Нравоучение.Увы! Небеса беспристрастны и бескорыстны; пускай широки ячеи небесной сети, сквозь них никому не пролезть. А потому, если кто при жизни избегнет возмездия, все одно - будет наказан потом, после смерти. Но ежели вдруг беда постигает человека при жизни, он не понимает: должен ли он после того ожидать еще кары за гробом, - вот что ему неясно. Оттого и не счесть в земной жизни бунтарей, упрямцев и тугодумов. Будь им, к примеру, все понятно и ясно, их бы тогда и уговорами не сподвигнуть на злое дело.

Но некий Ли все увидал и, узнав наперед, стал бесчинствовать пуще прежнего. Это самые падшие и подлые люди, их не переделать, и нечего о них рассуждать.

Рассказ о повелителе демонов ночи [83]

Рассказ о повелителе демонов ночи

Удивительный муж из семьи Ван по имени Зи Тхаыь, уроженец земли Куок-оай (Величье державы), нравом был истинный воин и не поддавался соблазнам и чарам нечистой силы. Чертовы луноцветья, иначе говоря - любострастье, бесовскую похоть и дьявольскую красу, что и словами не описать, он презирал и нисколько их не страшился.

83

Рассказ о Повелителе Демонов ночи

493. На исходе лет "Многократного сияния".– "Многократное сияние" - девиз правления Чан Куи Кхоанга (внука короля Чан Нге Тонга), поднявшего в 1409 г. восстание против китайцев; в 1413 г. был разбит, схвачен и отправлен в Китай; по дороге утопился в реке. В годы войны и минской оккупации погибло множество людей, вымирали целые деревни. Некому было хоронить покойников, совершать положенные обряды на могилах и у алтарей предков. Считалось, будто тени умерших, лишенные приюта и пропитания, рыщут среди живых.

495. ... попирая права Небесного творца...– Имеется в виду Повелитель превращений (Хоа Конг).

Повелитель мрака– то есть Зием Выонг.

497. Янь Хуэй– ученик Конфуция, жил бедно, в глухом переулке; но благодаря своей справедливости и уму был назначен после смерти Письмоводом при Повелителе Подземного царства.

Чан-цзи– прозванье китайского поэта Ли Хэ (790-816); по преданию, с детства изнурял себя занятиями и оттого рано умер.

498. ... умер от голода Дэн, владея медной горой...– Дэн Тун был любимцем китайского императора Вэнь-ди (II в. до н. э.). Узнав, что Дэну предрекли голодную смерть, Вэнь-ди подарил ему медную гору и разрешил лить монету. Дэн разбогател; но новый император отнял у него гору и все добро, и Дэн умер с голоду.

... Чэ, появясь на свет, лишил достояния Чжу.– Бедняку Чжу Шу явился во сне дух и сказал, что ему достанутся на время деньги некоего Чэ. Вскоре Чжу разбогател, но засуха сгубила его урожай, и он с остатками имущества бежал на чужбину. По дороге неизвестная женщина попросилась переночевать под его колесницей, вдруг родила сына и назвала его Чэ (Колесница). Потом все деньги Чжу достались этому мальчику.

... разбушевался ветер у горы Маян...– По преданию, поэт Ван Во (647- 675), торопившийся в Наньян на состязание стихотворцев, причалил свою лодку у горы Маян на берегу Янцзы. Дух-повелитель вод обещал ему во сне помощь. Попутный ветер наполнил парус, и к утру Ван Бо был в Нань-яне.

... молния расколола плиту с письменами у пагоды Цзиньфу.– По преданию, к китайскому вельможе Фань Чжунь-яню (989-1052) явился школяр, сетуя на нужду. Вельможа, выдав ему бумагу и тушь, велел снять в пагоде Цзиньфу тысячу копий с надписи знаменитого каллиграфа и продать их в столице. Но не успел тот начать работу, нагрянула буря, и молния разбила стелу.

Янь и Минь– ученики Конфуция Янь Хуэй и Минь Цзы-цянь, славившиеся своей сыновней почтительностью.

... вроде Ло или Лу...– Известные китайские литераторы Ло Бинь-ван (?-684) и Лу Чжао-линь (ок. 641-680 гг.); они стремились к "естественной" жизни, пренебрегая суетой и не заискивая перед власть имущими. Правитель танской столицы бранил их за то, что они литературные занятия предпочли службе, и предрек им дурной конец. II Лу Чжао-линь, заболев, утопился в реке, а Ло Бинь-ван примкнул к мятежу и был казнен.

М. Ткачев

На исходе лет "Многократного сияния" при государе из дома Чан люди умирали и гибли во множестве. Души безвинно погибших, не найдя приюта и успокоения, собирались толпами и в поисках пропитанья ломились в двери харчевен, а не то еще подстерегали гулящих девиц, желая развлечься с ними. Всякого, кто им противился, поражал тяжкий недуг; а ежели кто пытался унять их молитвами и заговорами, убеждался: заклятья бессильны. И демоны царили в полях подле города, не ведая страха и опасений.

Но вот однажды Зи Тхань, выпив вина, вскочил на коня и выехал из города. Бесы и демоны в страхе разбежались все до единого. А он, торопясь, стал их окликать и уговаривать:

– Вы ведь храбрые воины, только вас подкосила злая судьба. Знайте, Мы к вам пришли ради вашей же пользы. Постойте! Не убегайте!

Демоны один за другим воротились, обступили Зи Тханя и пригласили его сесть на высокое место. Усевшись, он их спросил:

– Вы страсть как любите изводить людей, губите их и казните. А почему, чего ради - неясно.

Они отвечали:

– Желаем умножить свое воинство.

– Но разве, вредя живым, вы умножите войско?! Да и потом, прибавится войско - не хватит питья и пищи; а где меньше людей - там и излишек. Какой, не пойму, прок от разлюбезных вам дел? Попробуй выпусти вожделения на свободу, а там потока не запрудить; дай волю злу, и тигры с волками покажутся рядом с тобою кроткими созданиями. Это - о вас! И еще - иные, корысти ради, не брезгуют даже тряпицей и, утоляя алчность, не дрогнут разбить пенал с кистью или расколотить вазу. Вот вы рыщете всюду, выискивая кувшины, бутыли с хмельным, добывая рис и похлебку. Вы сеете горе, разносите беды, попирая права Небесного творца, как говорится - вопиете под крышами и заглядываете в дома, навлекая на себя людской гнев. Вам-то оно в удовольствие, но Мы - Мы устыдились бы этого. Небо и то творит свою волю добром, а не силой; люди предпочитают рождать, а не убивать. Как вы дерзнули в своей гордыне перекраивать судьбы?! Нет, Повелитель Неба не потерпит такого, и грянет неотвратимая кара! Где вы тогда укроетесь от правосудья и казни?!

Демоны в удручении молвили:

– Увы, мы грешили невольно, без злого умысла. Не было нам счастья в жизни и в смерти не повезло. Чем нам насытить голод, где приютиться? Горестно белым костям истлевать во мхах и травах, на желтых песчаных буграх, под студеным ветром и росами. Вот и скликаем друг друга - искать сообща пропитанье. А тут еще близится изменение судеб, и уготованы людям новые беды и разрушенья. Оттого Повелитель мрака и не ставит препон - куда бы мы ни устремили набег. И опасаемся мы: грядущий год будет еще пострашнее нынешнего.

Тут кухари затеяли пир, ставя куда попало невысокие столы и подносы с яствами. На расспросы же, что откуда, они отвечали: буйвол, забитый на мясо, уведен из соседней деревни, а водка - целый бочонок - украдена в ближнем селенье.

Зи Тхань в еде и питье был скор, словно вихрь. И демоны, видя такое, радовались и говорили друг другу:

– Вот бы кого нам в вожди и предводители!

Потом обратились они к Зи Тханю:

– Жаль, в нашей вольнице всяк себе голова. Нет у нас мудрого предводителя, и узы наши непрочны. Вас, милосерднейший. Повелитель, нам послало само Небо.

– О!
– отвечал Зи Тхань.
– Мы равно могучи в делах словесных и бранных! И Нам любой чин по плечу! Но ведь из Царства мрака к живым не найти дороги, как же оставим Мы здесь Нашу старую мать?

Демоны тут сказали:

– Ах нет, мы просим лишь Повелителя употребить свою силу и власть. Днем будем мы скрываться, каждый в своих пределах, а по ночам - слать к вам гонцов с докладом. Повелителю вовсе и нет нужды уходить к Девяти источникам. Разве посмели бы мы вас этим обременять?

– Вы обратились к Нам сами, - заявил Зи Тхань, - по собственной воле. Знайте же, есть у Нас шесть условий, и, если не присягнете вы следовать им во всем, уговор невозможен.

Демоны отвечали согласием, прося разрешенья на третью ночь вернуться и возвести алтарь для клятвы.

Все собрались в срок. Опоздал лишь один старый демон. И Зи Тхань тотчас велел отрубить ему голову. Демоны затрепетали от страха. А Зи Тхань объявил им свою волю:

– Отныне не смеете вы пренебречь ни одним Нашим приказом, - не вернетесь к своим похотливым привычкам, не будете рушить своими кознями человеческие судьбы, не грабить станете вы людей, а помогать им в беде, днем не возьмете чужого обличья, ночью не соберетесь в лихие ватаги! Всех, кто Нам будет покорен, примем под Нашу руку, а смутьянов Мы покараем без всякой жалости. Извольте-ка вдуматься в Наши слова, дабы не каяться после.

Затем разбил он их на разряды, поделил на дружины и распорядился: что б ни случилось, тотчас ему докладывать.

Так прошло более месяца, и однажды, когда Зи Тхань предавался праздности, пришел к нему некто, назвался послом Повелителя мрака и передал приглашенье Владыки. Зи Тхань совсем уж решился его отвергнуть, но незнакомец сказал:

– Это ведь воля пресвятого Зием Выонга. Видя вашу решительность и твердость, он намерен пожаловать вам высокий чин. Вам не грозят ни малейшие утесненья, и, право, отказываться не стоит. Прошу вас, возьмите срок подлинней - на раздумье; а там уверен, вы захотите сами пожаловать к нам. Я вас встречу тогда на дороге.

Умолк и исчез неведомо куда.

Зи Тхань потребовал к себе демонов и стал их расспрашивать.

– Почтительно сообщаем, - ответили демоны, - все чистая правда. Просто мы не успели сами известить Повелителя. Недавно Зием Выонг, видя броженье и неспокойствие в мире, учредил четыре Приказа демонов и, поставив над каждым военачальника, дал им власть казнить или миловать и право решать людские судьбы. Сила их велика, не то что у прочих чинов. Слава же ваша, о Повелитель, известна повсюду, сам Зием Выонг знает о ней и слышал все, что мы говорили про вас. Вот и решил он пожаловать вам эту высокую должность.

– Ну, а ежели говорить без обиняков, удача Нам выпала или несчастье?
– спросил Зи Тхань.

– В преисподней у Зием Выонга достойных мужей оделяют не хуже избранников Будды. Подкупом там ничего не добьешься и случаем не продвинешься. Верный долгу, пусть мал и низок, возвысится, о нечестивце же, взысканном славой, не будет и речи. Кому, как не вам, править, учить и вразумлять? Но если Повелитель, из-за приверженности к семье, заколеблется и промедлит, должность достанется другому, а нас это опечалит.

Поделиться с друзьями: