Чтение онлайн

Мои колебания длились не дольше секунды. Почему бы не повторить то, что однажды уже было сделано? Только на этот раз без осечки. Эрику придется снова умереть.

И нечего тянуть, надо действовать. Я взялся за дверцу, отомкнул запор. На дисплее загорелось предостережение: «Преждевременная разгерметизация опасна для жизни больного!» Приборы камеры развили бурную деятельность, всеми доступными способами поддерживая доверенную им жизнь.

Я пренебрег предупреждением. В борьбе против меня даже это чудо техники обречено на поражение. Я знаю гораздо больше способов умерщвления, чем оно – способов не дать умереть.

Дверца сопротивлялась, но в конце концов поддалась. Сражаясь с ней, я вдруг рассмеялся, сообразив, что Эрик жив лишь потому, что я его еще не убивал. Эта мысль показалась мне столь же нелепой, сколь железной была ее логика. Ведь если в результате опыта Джермани меня отбросило на девять месяцев в прошлое, то в это время Эрик был еще жив. Но ничего, это дело поправимое.

Окаменев, я уставился внутрь камеры. Стало ясно, что мне не выйти победителем. Действительность оказалась не такой простой, как я думал.

Мне не выйти победителем. Я не смогу победить, сколько бы ни оставался здесь и что бы ни делал в этой комнате. Слишком силен квантовый дракон, острыми когтями терзающий ткань действительности. Он непобедим.

Томас Мэдисон, пророк, выдуманный Эриком и мной, исчез. Когда-то между нами возникла шутливая перепалка – кому из двоих быть воплощением Живого Слова. Спор разрешило подбрасывание монеты. Элементарное случайное событие. Томасом Мэдисоном стал Эрик.

Томас Мэдисон больше не существует, а Эрик, вероятно, мертв. Или его никогда не было в этой вселенной. Но живой, из плоти и крови, человек, безмятежно воззрившийся на меня из саркофага, был мне хорошо знаком.

Я часто видел его в зеркале.

Замысел этого рассказа возник непосредственно из работы Ильи Пригожина, цитированной в эпиграфе, причем эпиграф этот в равной степени подходит и для самой статьи. Хотя работа представляет собой строгое описание научных фактов, а рассказ – всего лишь выдумка, многим может показаться, будто религиозный вождь, объегоривший невежественных фанатиков на полсотни миллиардов, – куда правдоподобнее непостижимых выкрутасов квантовой теории.

Итак, рассказ родился главным образом из статьи, но не только. Имелся и другой источник. Несколько лет назад издательство «Дорсет Пресс» выпустило новое издание книги Спрэга де Кампа «Инженеры древности». Полистав ее, я поразился упорному стремлению египетских фараонов возводить себе гигантские усыпальницы. В их распоряжении были только песок, камень и человеческий труд, но грандиозные пирамиды построены и стоят по сей день.

Я попытался представить себе, чем мог бы переплюнуть фараонов современный магнат, к услугам которого – преимущества телерекламы, неограниченные средства и новейшая технология. Что и где решил бы он построить, дабы произвести максимальный эффект? Какое сооружение можно считать сегодняшним или завтрашним эквивалентом египетских пирамид?

И меня посетило видение огромного сияющего распятия, ежевечерне вспыхивающего на небосводе. Сразу пришло на ум и название – «Слава Господня». Остальное довершила моя личная глубокая подозрительность ко всякого рода телеевангелистам.

Персонаж, от лица которого ведется рассказ – отвратительнейшая личность, да и вообще, вся история чудовищна. Впервые публикуя опус в азимовском журнале, я попросил предпослать ему специальное заявление, дабы автора не смешивали с этим типом. Хотелось бы повторить оное и здесь.