Чтение онлайн

«Мы шли в никуда, и я решил сосредоточиться на поиске хорошего тренера», – рассказывает Перинетти.

Арриго Сакки только ушел из «Милана», после того как команда продемонстрировала первоклассный футбол, завоевав два Европейских кубка. «Мы предложили ему огромную, точнее астрономическую, сумму, – вспоминает Перинетти, – однако он сказал, что не видит себя тренером другой команды, кроме сборной. Чего он, в конце концов, и добился. Тогда я убедил Ферлено в том, что, если мы не можем получить самого лучшего тренера, не стоит брать второсортных. Вместо этого стоит найти молодого и перспективного, который в один прекрасный день станет самым лучшим. И я предложил кандидатуру Раньери».

Ферлено не особенно убедили слова Перинетти, но он все же согласился встретиться с Раньери. На собеседовании Раньери показал настоящий мастер-класс. Он был отлично осведомлен о том, что происходит внутри команды (возможно, в этом ему помог Перинетти), и подкупил Ферлено своим главным доводом: Марадона – величайший игрок, которому, как ни пытайся, замены не найти. «Любого легендарного футболиста, которого вы пригласите в команду, будут сравнивать с Марадоной – так, по словам Перинетти, сказал он Ферлено, – поэтому давайте лучше изменим концепцию и возьмем молодого игрока. У вас в команде есть очень талантливый футболист, Джанфранко Дзола. Его манера игры напоминает стиль Марадоны. Советую присмотреться к нему».

План был идеальным. Дав шанс молодому перспективному игроку, Дзоле, Ферлено снискал бы одобрение публики. Кроме того, болельщики «Наполи» уже успели полюбить бомбардира из Сардинии и готовы были набраться терпения и ждать. Причем намного охотнее, чем любую другую дорогостоящую звезду, которую непременно сравнивали бы с Марадоной и которая явно проигрывала бы ему.

Если план сработает, Ферлено будут считать гением. А если нет, они всегда могут купить именитого футболиста. К тому же, когда в сентябре 1992 года вернется Марадона, ему на тот момент будет всего лишь 22 года, и тогда они смогут пустить байку, словно клуб по-отечески дал ему второй шанс.

В любом случае это сэкономит Ферлено кругленькую сумму.

Президент «Наполи» согласился взять Раньери в качестве тренера и одобрил его план. Раньери заступил на пост вместе со своим помощником, Антенуччи. На этот раз Раньери смог пригласить своего личного тренера вратарей, и им стал его старый товарищ по команде, Джорджо Пеллиццаро.

Позднее Дзола узнает, что Раньери, сам того не желая, воспользовался им, чтобы получить работу в «Наполи». Точно так же он поступил, когда хотел тренировать «Челси» и Дзола сыграл в этом немаловажную роль. «Я думаю, я и так попал бы в основной состав команды, однако я был еще молод, – рассказывает он, – логика мне понятна, но, кажется, Раньери очень рисковал, слепо доверившись моим способностям. Я лишь могу поблагодарить его за оказанное мне доверие».

Предсезонные игры прошли не слишком успешно. После поражения в товарищеском матче с «Пескарой» Раньери позвонили на мобильный телефон. Это была одна из первых моделей, которая по весу и внешнему виду походила на кирпич. В трубке он услышал разгневанного Ферлено, который вынес тренеру строгое предупреждение. Он хотел точно знать, что именно пошло не так, и устранить эту неисправность. К тому же у него был целый ряд рекомендаций для Раньери.

«Господин президент, слушайте меня внимательно, – сказал Раньери, превращаясь в плохого Клаудио, – у вас есть выбор: либо вы сидите тихо и даете мне спокойно работать, либо увольняете меня». И он повесил трубку, пожалев, что купил телефон или, по крайней мере, дал номер Ферлено. Однако результаты не заставили себя ждать.

Конечно, Дзола не был Марадоной, однако в том сезоне он начал тесно сотрудничать с Антонио Карекой, бразильской суперзвездой, и выиграл свой первый кубок в составе сборной. В центре поля еще один бразилец, Алемао, объединился с Фернандо де Наполи, итальянским игроком сборной. В защите Чиро Феррара играл вместе с Лораном Бланом, который недавно подписал контракт с «Наполи», став одной из ключевых фигур команды. «На самом деле Блан не был защитником, он лишь играл в защите, – рассказывает Зола, – он был полузащитником, который успешно маскировался под защитника. Он отдавал невероятно точные пасы в любую часть поля. Я был нападающим и знал, что мне достаточно всего лишь выбежать на открытую точку поля и он отдаст мне мяч так, что мне даже не придется останавливаться».

Блан не был похож на типичного футболиста. Благодаря своему высокому росту и крепкому телосложению он демонстрировал невероятную игру в воздухе и очень естественно держался в защите, а размах его передач, особенно на длинные дистанции, просто поражал. Единственным его недостатком была ужасная медлительность. И тем не менее Раньери считал его идеальным игроком для распасовок или ведения контратак. И он был совершенно прав. Дзола рассказывает: «Основное отличие техники Раньери от техники его предшественника, Бигона, состояло в том, что раньше основное внимание мы уделяли балансу. Я говорю о том, что тогда даже наши звездные игроки, Марадона и Карека, были лишены свободы действий на поле. С Клаудио мы стали более организованны, а наша игра – более командной, каждый вносил свою лепту и каждый знал свое дело. К тому же мы разнообразили наш стиль, например Блан стал нашим смертоносным оружием в защите. Мы стремились навязать оппонентам свою игру, а не просто отвечать на их действия, изучая их слабые места».

Разумеется, и в защите произошли некоторые изменения. Раньери был первым тренером «Наполи», который предложил тактику зональной защиты, хотя, как объясняет Феррара, это был некий гибрид. «Скажем, это было нечто среднее, – говорит он, – однако такая тактика радикально отличалась от привычного нам футбола. Раньше мы играли «один на один». А теперь приходилось каким-то образом привыкать к наличию свободного защитника, такого как Блан. Безусловно, он был выдающимся игроком, но его манера была совершенно непохожей на технику других свободных защитников, к которым мы привыкли. Он не просто перемещался по полю, он отдавал пасы прямо из-за спины».

Ферраре, которого Раньери назначил капитаном команды в отсутствие Марадоны, было сложнее всего приспособиться. Ему было настолько сложно, что в конце сезона он захотел побеседовать с Раньери. «Я хотел бы извиниться за то, что в этом сезоне отыграл не так хорошо, как мог бы», – сказал Феррара. Его слова тронули Раньери, ведь немногие игроки умели признавать свои ошибки. И все-таки во многом это было заслугой Раньери. Он не терял веры в Феррару и, несмотря на его слабую игру, был уверен, что он изменится. Вскоре сам футболист начал чувствовать вину за то, что не оправдывает ожиданий тренера.

По окончании сезона «Наполи» занял четвертое место, а его стиль игры был высоко оценен. Команда уверенно шла к успеху, особенно если бы Феррара снова пришел в форму. Раньери гордился своими футболистами, но его ужасно раздражал Ферлено, который уже отказался от попыток повлиять на отбор состава команды, но настойчиво продолжал читать Раньери нравоучения о том, как важно давить на арбитров. По мнению президента «Наполи», подобную кампанию необходимо было разворачивать за несколько дней до матча. Начинать нужно было с публичных заявлений в стиле «надеемся, что встреча между такими-то командами пройдет успешно, потому что частенько случается так, что решения данного арбитра оборачиваются против нас». Затем перед началом матча желательно провести с судьей шутливую, но убедительную беседу, чтобы потом во время игры закрепить ее эффект специально подобранными словами, выкрикивая их с тренерской трибуны.