Клёклые
Шрифт:
Найдя столик с двумя свободными местами, я спрашиваю у пары, которая уже там, свободны ли места, и они представляются как Уокер Дэйнс и Голди Наварро. У Голди яркие янтарные глаза, и, несмотря на то, что она, складывается такое ощущение, немного не в своей тарелке в шумном бальном зале, кажется, положительно реагирует всякий раз, когда Уокер обращает на неё внимание. Интересно, также ли ярко сияю я, когда Конан говорит со мной?
Занимая свое место, оглядываюсь через плечо, чтобы посмотреть, как далеко продвинулся Конан с нашими напитками, и обнаруживаю, что его окружают не менее трех женщин, которые, похоже, намерены завладеть его вниманием. Отводя взгляд в сторону, пытаюсь игнорировать жар, который разливается по моим щекам. Затем я отворачиваюсь и сосредотачиваюсь на том факте, что мои столовые приборы действительно хорошо отполированы — все, что угодно, лишь бы не обращать внимания на осознание того, что здесь десятки девушек гораздо более симпатичных, чем я когда-либо буду, и это заставляет меня задуматься. Ударяет по меня по-настоящему сильно. Наверное, я должна быть просто счастлива, что Конан уделял мне достаточно долгое внимание.
Мне удается продержаться еще минут пять, прежде чем сжимаю клатч и принимаю решение уйти. Мне не больно. Я даже не разочарована. Но немного оскорблена. Ведь на короткое мгновение заставила себя поверить в любовь с первого взгляда.
— Куда это ты собралась? — спрашивает Конан, повергая меня в шок, когда я только наполовину поднимаюсь со своего места.
— О, эм…
— Я должен был взять тебя с собой в бар. — Он качает головой, ставит бокалы с вином на стол перед нашими тарелками и садится на свое место. — Это было похоже на плавание в водах, кишащих акулами. Думаю, что соотношение парней и девушек немного смещено в сторону последних.
— Мне показалось, что ты нашел новых друзей. Я бы только мешала, если бы пошла с тобой. — Конан смещает руку и хватается за спинку моего стула, его торс повернут ко мне, так что я вижу только его:
— Так вот почему ты пыталась убежать?
Я отрываю от него взгляд, переводя на свои ладони.
— Я думала пойти к другим девушкам. Я не убегала.
— Хорошо, — говорит он, просовывая свободную руку под мою и поднимает её, пока не прижимается губами к костяшкам моих пальцев, — потому что единственное, что я пытался сделать, это вернуться сюда как можно скореё. Я бы предпочел, чтобы с этого момента ты оставалась рядом со мной
— Правда? — Поднимаю на него взгляд, в моих и без того затуманенных глазах видно замешательство. Ничто из этого не кажется реальным. Но, боже, как я хочу, чтобы это было так.
— Конечно. Я думал, что очень ясно выразил свой интерес, Лола. Единственная женщина, которая меня здесь интересует, - это ты. Это наша неделя «долго и счастливо», верно?
Я закрываю глаза, избавляясь от чувства, которое можно назвать только ревностью и недостойностью, прежде чем поднять веки и кивнуть.
— Ты прав. И ты высказался предельно ясно. Я просто немного по-своему поняла. Имею в виду, насколько нам известно, у этих женщин бывают странные сексуальные предпочтения, верно?
Посмеиваясь, он кивает.
— А мы этого не хотим.
— Нет. Но… а у тебя есть какие-нибудь?
— Какие-нибудь что?
— Фетиши.
С ухмылкой он откидывается на спинку стула и открыто оценивает меня, прежде чем наклониться очень близко ко мне.
— Не уверен, что назвал бы это извращением. Но у меня действительно есть очень специфические предпочтения, — бормочет он.
— Предпочтения? В чем?
— Давай посмотрим, насколько ясно я смогу объяснить это тебе и всем остальным в этом помещении, — говорит он, наклоняясь и прижимаясь своими губами к моим.
Сначала я реагирую с тревогой, но в тот момент, когда полностью осознаю наше соприкосновение губами, то восхитительный жар разливается по моему телу и заставляет меня вздохнуть, прижимаясь к нему, приоткрывая губы и позволяя ему поцеловать меня так, как я всегда мечтала, чтобы меня целовали. Медленно, мягко и чувственно. Конан кладет руку мне на затылок, его пальцы прослеживают линию моего подбородка, прежде чем он медленно отстраняется и проводит большим пальцем по моей нижней губе. Мои трусики серьезно собираются намекнуть о себе.
— Тебе нравятся женщины, похожие на меня, — шепчу я, когда он снова возвращается в поле зрения.
Он ухмыляется.
— Ты веришь, что сейчас меня интересуешь только ты?
Я киваю, но все равно наклоняюсь снова.
— Может быть, ты мог бы показать мне это еще раз?
Глава 4
Конан
— Каждой паре по очереди завязывают глаза, — говорит ведущая конкурса по украшению печенья и тортов, стоя на подиуме перед Heart Baker, пекарней Kismet Cove, организующие мероприятие. — Затем они будут украшать свою выпечку, в то время как их партнер руководит ими только голосом. Любое подсматривание приведет к дисквалификации. Лучшие и худшие рисунки получат призы.
Лола поворачивается ко мне с широко раскрытыми глазами.
— Это будет непропеченное и нелепое занятие, — говорит она со смехом, и я не могу удержаться, чтобы не протянуть руку и не откинуть её темные волосы с лица. Сегодня она выглядит чертовски очаровательно в своем красно-белом полосатом свитере и сочетающихся красных брюках. Первое, что приходит на ум, - леденец, что наводит меня на мысль о лизании, а потом: ну… мой член становится твердым, потому что я отчаянно нуждаюсь в этой женщине. Одной недели, проведенной вместе, будет недостаточно.
— Ах, но ты забываешь о лучшей части этой щекотливой ситуации, в которой мы можем оказаться, - говорю я, наклоняясь к ней очень близко.
Она приподнимает брови.
— Съешь их после?
— Уборка после, — шепчу я ей на ухо, чтобы слышала только она, — все, о чем я могу думать, это как своим языком буду слизывать остатки сладкой глазури с твоих пальцев. И это мы еще даже не начали.
— Оу, — она вздрагивает, прижимаясь ко мне, её тихий стон возбуждает меня так, что молния на штанах вот-вот оставит отпечатки на моем члене, — мне нравится, как это звучит.
Она смотрит на меня, как раз в тот момент, когда я поднимаю повязку и держу у неё над головой.
— Готова?
Она кивает, и я опускаю черную атласную повязку ей на глаза. Наблюдать за ней такой, во многом напоминает мне сон, который я видел прошлой ночью. Она лежала в моей постели, её руки были привязаны к столбикам кровати, на глазах был завязан кусок шелка, а я встал на колени между её ног и наслаждался её телом, пока не проснулся и не бросился в ванную, чтобы не испачкать постель.
Вчера вечером, после бала-маскарада, я поступил как джентльмен и проводил её обратно в комнату, поцеловав на прощание у двери. У нас такая связь, что я был уверен: останься я еще на мгновение, она пригласила бы меня войти, и мы бы воплотили эту мечту в реальной жизни. И, возможно, я сумасшедший, что не делаю этого, ведь у нас здесь осталось всего несколько дней. Но есть большая часть меня, которая хочет большего, чем просто провести с ней оставшееся время. Часть меня, которая хочет узнать её, прежде чем я получу.