Чтение онлайн

При Амасисе преобразился и его родной город Саис, в котором гробницы предков из его династии были сооружены в храмовом комплексе богини-созидательницы Нейт. Ей поклонялись как матери Солнца, создавшей мир своим смехом, но она в любой момент могла разрушить его своим громовым голосом. Этой богине также поклонялись в поселении греческих купцов Навкратисе, которые жертвовали этому культу десять процентов всех товаров, ввозимых в Египет через единственный официально разрешенный коридор.

Навкратис как магнит притягивал к себе иностранцев, не только потому, что был торговым центром, владевшим монополией на импорт греческих товаров. Некоторые выдающиеся личности в греческой истории приезжали в Египет, чтобы перенять его мудрость. В их числе были государственные деятели, такие как афинский законодатель Солон и спартанец Ликург, литературные гиганты Пиндар и Еврипид, философы Пифагор, Евдокс, Платон и Анаксагор. Последний особенно интересовался ежегодными разливами Нила. Поэтому нет ничего удивительного, что греки дали название великой реке Египта, которая до этого называлась просто «большая река», или «па-итеру-аа». Там, где начинается дельта, она разделяется на меньшие рукава — «реки», то есть «на-итеру». Из этого слова в итоге выпало «т», а египетское «р» было заменено на греческое «л». В результате возникло название реки — Нейлос. Даже крылатое выражение «Египет — это дар Нила» принадлежит греческому историку Гекатею. В своей несохранившейся работе, обычно называемой «Агугжтлака» («История Египта»), он отмечал, что район египетской дельты — «дар реки».

Геродот, посетивший Египет пятьюдесятью годами позже, сделал в основном такие же наблюдения, что и Гекатей до него. Оба историка бывали в одних и тех же местах, и их сопровождали местные жрецы — хранители древней культуры, которые могли перевести содержание рисуночного письма, названного «иероглифами» (от греческого hieros — священный и glyphe — то, что вырезано). В Карнаке им обоим показывали Большой гипостильный зал в храме, где между громадными колоннами стояли статуи царей и верховных жрецов. От своих гидов оба посетителя узнали, что со времени первого фараона Менеса сменилось 341 поколение. Подчеркивая культурное превосходство своей страны в силу ее древности, жрецы Саиса даже сказали одному афинскому политику, что он и его соотечественники — просто дети, поскольку у них такая короткая история.

Хотя греки продолжали считать Египет колыбелью цивилизации, жрецы которого приняли власть от самих богов, некоторые привычки им казались совершенно невероятными, ибо, как писал Геродот, «нравы и обычаи египтян почти во всех отношениях противоположны нравам и обычаям остальных народов» [11] . Это особенно проявлялось в отношении женщин. Если респектабельные гречанки выходили из дома лишь в исключительных случаях и то закутанными с головы до пят, то египтянкам разрешалось отлучаться из дома. Как отмечал Геродот, они «ходят на рынок и торгуют, а мужчины сидят дома и ткут» [12] . Грекам казалось еще более странным, что в Египте «мочатся женщины стоя, а мужчины сидя» [13] . Не могут не вызвать улыбку эпитеты, которыми греки награждали египтян: «пожиратели крокодилов и папируса». Характерные надгробные сооружения — по-египетски «мер» — стали называть «пирамис» по аналогии с небольшими греческими хлебцами, а высокий каменный монолит «техен» получил название «обелиск», что значит «вертел».

Когда могущественная Персидская империя, наследница Ассирии и Вавилона, начала экспансию на запад, народы Южной Европы и Восточного Средиземноморья вдруг осознали свою «эллинистичность». Они возомнили о себе, что имеют превосходство над всеми не говорящими по-гречески «варварами», персов заклеймили как изнеженных трусов в штанах, а Троянскую войну представляли в качестве доказательства греческого превосходства над более слабыми восточными соседями. Иногда в число последних включали египтян, якобы уже утративших свою таинственность в силу того, что с ними давно поддерживались тесные отношения, однако потребность во взаимной поддержке против общего врага оставалась.

Когда персидский царь Камбис захватил Египет в 525 году до н. э. и казнил последнего саисского фараона, он приказал выбросить из усыпальницы тело его предшественника Амасиса и подвергнуть его наказанию и бичеванию. Поскольку «набальзамированное тело, несмотря на все их усилия, не распадалось, Камбис приказал предать мумию огню» [14] , чтобы лишить душу фараона ее физического пристанища» Потом он, высмеивая культ быка Аписа, сказал жрецам: «Жалкие вы людишки! Разве это боги?» [15] Он нанес смертельную рану животному и велел высечь жрецов.

Вопреки подобным сообщениям греков персы успешно правили Египтом, используя гражданских чиновников, оставив большинство из них на своих постах, но заменив фараона наместником персидского царя. Повсюду вплоть до Элефантины на юге были дислоцированы военные гарнизоны, оживилась торговля благодаря возобновлению навигации по каналу, соединявшему Нил с Красным морем, и широкому использованию верблюдов в качестве транспортного средства.

Хотя Персия завладела всеми греческими колониями в Малой Азии, городу-государству Афины досталась убедительная победа в битве при Марафоне в 490 году до н. э., и, несмотря на то что город подвергся позже разграблению во время ответной атаки, грекам удалось нанести ряд серьезных поражений персам на суше и на море. Греки также помогли египтянам изгнать персидских оккупантов, что было увековечено египтянами в батальном эпосе в стиле Гомера, однако персы вскоре вернулись. В то время как греки увязли в своих междоусобных конфликтах и между Афинами и Спартой велась Пелопоннесская война 431–404 годов до н. э., изолированный Египет вновь оказался под персидским господством и пережил серьезный культурный упадок. После окончания войны Греция снова пришла ему на помощь и придала дельте мужества подняться на борьбу.

Города Саис и Мендес провозгласили независимость, отразив нападения персов с помощью греческих сил под командованием Хабрия. Подлинное возрождение началось в 380 году до н. э., когда египетский полководец Нахтнебеф, более известный по греческому имени Нектанеб, провозгласил себя фараоном (380–362 гг. до н. э.). Эта последняя египетская династия, имевшая резиденцию в городе Себеннит в дельте, возродила национальную гордость, древнее искусство, построила многочисленные храмы и способствовала распространению культа священных животных, среди которых на первом месте находился бык Апис из Мемфиса. Хотя персы снова вторглись в Египет в 373 году до н. э., они опять были разбиты.

Нектанеб I, проводивший ярко выраженную прогреческую политику, женился на гречанке Птолемаиде, родственнице Хабрия. Родившаяся от их брака дочь, когда выросла и превратилась в решительную и образованную девушку, удостоилась чести возглавить экспедицию на юг в район Акмима на поиски новых каменоломен. Хотя ее имя в истории не сохранилось, остался ее официальный титул в вырубленном в скале храме, реставрированном в XIV веке до н. э. фараоном Эйе, отцом знаменитой Нефертити. Ее возвышенный титул дочь Нектанеба взяла себе: «Унаследовавшая знатность, великая милостью, красотой и любовью, государыня Верхнего и Нижнего Египта, владычица Обеих Земель».

Нектанеба I на троне ненадолго сменил его сын Джедхор. Он первым из фараонов начал чеканить монеты. До этого экономика Египта основывалась на бартерной торговле. Джедхора сместил его племянник Нектанеб II (360–343 гг. до н. э.). После того как в 350 году до н. э. он отразил при содействии Афин и Спарты новое вторжение многочисленных сил персов, его стали боготворить повсюду в Египте. Попытки Нектанеба II вернуть былую славу страны путем возрождения ее мощи совпали с общенациональным стремлением создать «магическую оборону» против персидской угрозы. Однако и эти ритуальные заклинания не помогли легендарному Нектанебу II избежать поражения в 343 году до н. э., после которого Египет снова вошел в состав Персидской империи. Такие города, как Гелиополь и Мендес, подверглись разрушению вместе с гробницами царей, пытавшихся противостоять персидскому правлению, а многих представителей правящих классов увезли в Персию. Самому Нектанебу удалось бежать на юг, в Нубию, хотя ходили слухи, будто еще в то время, когда он находился у власти, он уплыл в Северную Грецию. Там во исполнение предсказания, что македонская царица Олимпиада скоро родит сына от Зевса, главного греческого бога, Нектанеб якобы под видом божества соединился с ней, и она родила от него сына, что очень соответствовало духу традиционных египетских легенд о божественном зачатии. Согласно мифу, ребенок, которого она назвала Александром, должен был стать преемником последнего египетского фараона.

Несмотря на жестокость своего правления, персы продержались немного более десятилетия, прежде чем сам Александр в 332 году до н. э. прибыл в Египет, чтобы заявить права на свое легендарное место рождения. Встреченный населением, жаждущим избавления от ненавистных персов, как спаситель и законный наследник Нектанеба II, он положил начало трехсотлетнему греческому правлению, кульминацией которого станет выдающаяся личность самой Клеопатры.

Появившаяся на свет в Египте у потомков македонян, Клеопатра получила традиционное македонское имя, начинающееся на «к» в своей исходно греческой форме. Хотя это имя обычно переводят как «слава отца», более точно его смысл можно передать, по утверждению Дж. Уайтхорна, словосочетанием «овеянная славой предков». А предки у нее были действительно прославленные. С древних времен известны по меньшей мере тридцать три Клеопатры, и ее знаменитое имя корнями восходит к мифам и силам природы. Первая Клеопатра была дочерью северного ветра Борея. Мифологическое происхождение имени также ассоциируется с дочерью царя Мидаса, а первая историческая Клеопатра могла доводиться сестрой настоящему Мидасу, царю Фригии (Центральная Турция). Эта Клеопатра вышла замуж за первого исторического македонского царя Пердикку (670–652 гг. до н. э.). Жившие, как считалось, на задворках цивилизованного мира и в географическом, и в культурном отношении, македонцы населяли самую северную часть Греции, граничившую с землями скифов и Фракией, где татуированные воины все еще коллекционировали головы своих врагов. Когда македонская знать сама не воевала, она занималась охотой, развлекалась, устраивала пиршества, продолжавшиеся не один день кряду.

В Македонии правили цари, а большая часть Греции перешла к демократии. Южные соседи Македонии относились к ее жителям как к полуварварам и считали их диалект трудным для понимания, хотя македонцы говорили на греческом, имели греческие имена и поклонялись греческим богам, чья мифологическая обитель находилась на заснеженной горе Олимп, возвышавшейся на границе Македонии. Ее ранние правители вели свое происхождение от сына Зевса Македона с VII века до н. э. У них были приняты полигамные и кровосмесительные отношения. Военная верхушка решала, кто должен наследовать престол. Обычно он переходил к старшему сыну царя. В таких случаяx не обходилось без угроз, подкупов и убийств. Поэтому главной задачей царя явилось устранение соперников и произведение на свет наследника.