Чтение онлайн

— Двенадцать миллионов триста раз. Двенадцать миллионов триста два. Двенадцать миллионов триста три, — торжественно отсчитал аукционист и ударил молоточком по отбойнику. Продано джентльмену за девятым столиком за двенадцать миллионов триста тысяч. — Аукционист указал молоточком в сторону Луки. Кристина тяжело вздохнула, но не успела прийти в себя, когда Лука поднялся и подал ей руку.

— Теперь пошли, раз больше не хочешь здесь оставаться.

Девушка подняла на него тяжелый взгляд и поджала губы, скрестив руки на груди. Затем оглядела присутствующих, некоторые из которых бросали на них любопытные и недоуменные взгляды. Видимо, уходить раньше окончания торгов все же было здесь не принято. Поразмыслив с полминуты, она встала самостоятельно, проигнорировав руку Луки, и мимо него прошла к выходу. Когда они оказались в пустом холле, почувствовала крепкую хватку на правой руке чуть выше локтя, а затем легкий рывок, заставляющий развернуться и упереться в мужскую грудь.

— В чем дело, Кристина? — недовольно прорычал Лука, удерживая ее за плечи.

— Это у тебя нужно спросить, — отчеканила она зло. — С чего ты взял, что можешь вот так мной командовать?

— Потому что я устал от твоих выходок!

— От моих отказов, если быть точнее? Не нравится, когда тебя отвергают? Так, может быть, пора уже принять тот факт, что я не твоя собственность?

— Очень спорный факт, солнышко… Учитывая, как ты постоянно на меня реагируешь. — В темном взгляде появились опасные всполохи желания, а соблазнительные губы скривились в привычной ухмылке. Разжав болезненную хватку, Лука тихонько вздернул ее лицо за подбородок краем указательного пальца, затем убрал руки в карманы, будто предоставляя ей полную свободу действий. — Если я попрошу тебя вежливо и учтиво, как джентльмен, коим не являюсь, ты соблаговолишь последовать за мной?

Глядя на него снизу вверх, Кристина пыталась совладать с неправильными чувствами, всегда бушующими рядом с ним. Затем краем глаза вдруг заметила их отражение в огромном зеркале. Он — высокий статный матерый красавец, со стильной идеальной укладкой, в дорогом костюме с бабочкой, вальяжный и полный нахальства как всегда. Она — эффектная яркая блондинка в экстравагантном черном платье в пол, которое постепенно перетекает в огненно-вишневый внизу подола. От левого бедра — длинный вызывающий разрез, стройные ножки обуты в вишневые туфельки, усыпанные крупными декоративными камушками. Талия перетянута витым золоченым пояском. Дух захватывало от такой красивой пары… и на них сегодня многие бросали восхищенно-завистливые взгляды…

— Красиво смотримся вместе, не так ли? — усмехнулся Лука, разворачиваясь к зеркалу и притягивая к себе девушку со спины. — У меня сегодня тоже вечер воспоминаний… — добавил он. — Только разница теперь в том, что моя малышка стала слишком строптивой, чтобы признать, как ей нравится подчиняться…

Кристина возмущенно покачала головой, но все же позволила взять себя за руку.

— Пойдем, заберем мое приобретение. Потом отвезу тебя домой и провожу до подъезда как галантный кавалер, коим тоже не являюсь.

По-прежнему борясь с безумными всполохами противоречивых эмоций и страхов, Кристина последовала за ним, терпеливо дожидаясь, пока он оформит сделку по покупке. Когда все было закончено, Лука приблизился к ней с черной бархатной коробочкой, поставил ее на ближайший столик, раскрыл и достал ожерелье.

— Разреши? — произнес Лука, хотя разрешение ему на самом деле вовсе не требовалось. Подойдя к Кристине сзади, аккуратно застегнул роскошное украшение на ее шейке, поцеловал и развернул к ближайшему зеркалу. — Ты прекрасна. Прошу, надень серьги. Я хочу, чтобы все это стало твоим… — прошептал он ей на ухо, едва заметно сжимая волосы у нее на затылке и чуть закидывая назад голову. Его повелевающий взгляд облил кипящим металлом, будто предупреждая, что возражать чревато. Кристина растерянно смотрела на свое, на их отражение. Камни и правда смотрелись на ней как влитые… особенно с этим платьем… на белой нежной коже, оттененные шелковыми светлыми волосами. Во рту пересохло. Уже предвидя очередной конфликт, опустила глаза, беспомощно облизывая губы.

— Прости, не нужно было… — прошептала едва слышно.

— Кристина… — раздался в ухе предупреждающий горячий рык.

— Я не могу это надеть и… принять… — выдавила она из себя.

— Что это значит? — мужской голос резко похолодел, брови нахмурились, глаза потемнели, пальцы крепче сжали волосы на затылке, и мужское лицо нависло над ее, вынуждая залиться жаром.

— Эт-то значит, что я не могу принять… т-такой дорогой подарок от тебя… — наконец высказала она все, что должна была.

— Что, прости? — в резком голосе послышались высокие нотки недопонимания и низкие глубокие ноты нанесенного оскорбления. Кристина высвободилась из его хватки и отступила спиной к зеркалу, замечая, что на них смотрит находящийся неподалеку персонал и случайно вышедшие прогуляться гости. Девушка стала судорожно расстегивать ожерелье, сняла и тут же протянула ему, а когда он не взял, положила в коробочку на столе, чувствуя, как пальцы предательски дрожат.

— Я правда не могу, Лука… — тряхнув головой, на этот раз уверенно и даже упрямо произнесла она. Мужчина заставил себя набрать в грудь побольше воздуха, чтобы утихомирить поднимающуюся ярость.

— Может, объяснишь вразумительно почему? — стальные глаза смотрели отчужденно, дико, хищно.

— Потому что у нас с тобой не те отношения, чтобы… — начала она, но договорить не успела.

— А какие у нас должны быть отношения, чтобы ты наконец поняла, что мне дорога? — рявкнул он, заставив вздрогнуть.

— Я… я не знаю… я просто… — По коже пробежался ледяной озноб при виде исказившегося в гневе мужского лица.

— Тогда убирайся! — прошипел он вдруг яростно и презрительно, демонстрируя звериный оскал.

— Что?.. — тут же взвилась на этот резкий окрик.

— Ты слышала! Пошла вон со своей чертовой гордыней!

— Да ты просто… — договорить не смогла, захлебнулась изумлением, потом стыдом, оттого что все это происходило на глазах у посторонних людей, потом гневом. Кровь разом отлила от лица, от рук и ног, вместе с ней отхлынули и силы, вызывая дрожь и слабость во всем теле. — Сам иди к черту! — прокричала сквозь слезы, развернулась и стремительно понеслась к выходу.

— Да! Да, Кристина! И я пойду! — закричал он ей вслед, оглушая и добивая. — Я именно такой! Какое бы ты оскорбление ни придумала! Поэтому пошла к черту! Мне надоели эти игры в ледяную статую! Чего тебе еще нужно?! Я развелся! Я хрен знает сколько времени ищу с тобой встречи! Чего ты хочешь? Чтобы на коленях перед тобой ползал и прощения просил?!

Слезы пеленой заволокли глаза, когда она, ничего не соображая, на бегу накинула на себя полушубок, выскочила на улицу и нырнула в ближайшее такси, дверь которого услужливо открыл швейцар.

— Кристина! Кристина! — догнали ее из-за спины новые яростные окрики, но за ней захлопнули дверь, отсекая эти ужасные звуки.

— Пожалуйста! Поезжайте! — потребовала она у водителя. Тот послушно вырулил с парковки. Пустые ночные улицы услужливо расстелили ленты дорог, не задерживая и не давая задуматься и оглянуться.

Резкий звук будильника донесся будто из другого измерения. Обычно Кристину и от четверти дозы снотворного срубало наповал, а от полной она с трудом могла вспомнить, где она и кто она, когда пыталась разлепить глаза. Еле подняв руку, дотянулась до будильника и заставила его замолкнуть. Потом тут же принудила непослушное, будто не свое, тело сесть на край кровати, свесив ноги и опираясь локтями о колени. Боже, это было в миллион раз хуже похмелья… зато и эффект в миллион раз круче… После вчерашнего она предпочла пустоту забытья без снов и пробуждений вместо бесконечных копаний в себе ночь напролет… Теперь же мысли ворочались так же нехотя и неподъемно, как и тело, так что нет, ей сейчас точно было не до Луки… А через пару часов она уже будет на работе, и для того, чтобы сходить по нему с ума, попросту не останется свободного времени…