Чтение онлайн

Мои ноги слабеют, и я оборачиваюсь. Парни не сводят с меня взгляда, но мой собственный падает на Габриэллу. Я вижу только её одну. Она смотрит на меня сочувственно, будто я попал в беду, а она ломает голову, как помочь. И этот взгляд просто добивает.

— Сделай это прямо сейчас и окажешься рядом с сестрой, — шепчет Бронсон. — Я сделаю всё, что захочешь, только спаси меня. Ты знаешь, что меня ждёт, если динаты найдут её здесь.

Казнь.

Сейчас я совсем не против и даже за то, чтобы в печи оказался сам генерал.

— Ты дал слово, — рычит Бронсон, голос вибрирует, и я чувствую, что ему самому страшно. — Так держи его, как обещал! Нет выхода! Динаты осмотрят каждый уголок. Её не спрятать. Нигде. Сделай, что должен.

Я едва дышу, и каждый новый вдох даётся тяжелее, словно у меня случится припадок астмы, которой я никогда не страдал. Невольно опираюсь о стену под пристальными взглядами всей команды.

— Нет, — говорю я, и ещё ни разу мне не было так трудно извлекать из себя звуки.

— Джонс, это приказ, — раздаётся в наушнике, и я понимаю, что со мной говорить больше нет смысла — так решил Бронсон.

Я уверен, что он переключился на общую линию, и теперь его голос раздаётся в каждом наушнике.

— Не-мед-лен-но. Если вы не справитесь с поставленной задачей, я всех вас отдам Фельдграу! Вы меня поняли?! Выполнять! У вас десять минут, Алан. Десять! Дверь заблокирована, и я не открою её, пока вы не сделаете то, что нужно.

Шагов двадцать до парней. Мне хватит нескольких секунд, чтобы оказаться рядом с ними. Любому из них понадобится ещё меньше, чтобы схватить Габриэллу за горло.

Фатальная ошибка.

«Если сегодня я не справлюсь, то она верила в меня напрасно».

Я чувствую, как всё моё тело напрягается, готовясь к борьбе. Смотрю в глаза каждому — по очереди, считая секунды до того, как кто-то первый сдвинется с места.

— Дэннис, не усложняй, прошу тебя, — Алан говорит примирительно, медленно поднимая руки, и делает шаг ко мне. Значит, на Габи нападёт кто-то другой.

— Не. Смей, — произношу непривычно низким голосом. — Не смей её трогать.

Я не смотрю на Алана, боясь пропустить тот момент, когда кто-нибудь двинется к землянке, но мои слова адресованы ему, и он это знает.

— Дэн, пожалуйста, не делай глупостей, — произносит он едва не умоляюще. Не помню, чтобы голос генерал-лейтенанта когда-нибудь так звучал.

— Я сделаю то, что правильно, — откликаюсь, до боли сжимая кулаки.

— И это чертовски неверно! — вымученно восклицает Алан, рывком доставая из кармана маленькую, размером с ладонь, указку.

Я горько усмехаюсь: конечно, он нашёл способ пронести в ночной клуб лазерного червяка. Наверняка генерал и его верный пёс продумали даже это: на случай, если запахнет жаренным, они решили просто избавиться от Габриэллы. Нет тела — нет следов.

— Не вынуждай меня, — тихо умоляет Алан, продолжая приближаться ко мне, как к смертнику, которого нужно обезоружить, пока он не поубивал всех заложников в здании.

Он направляет на меня лазер, и на моей груди появляется луч. Я с нездоровым любопытством смотрю на него, но лишь мгновение, а потом мой взгляд тут же прыгает обратно, сканируя пространство вокруг Габриэллы.

— Ты не убьёшь меня, — сообщаю равнодушно.

— Нет, — соглашается Джонс. — Но ты не знаешь наверняка. А сомнения могут задержать тебя хотя бы на мгновение. Харви Харрис уже направляется сюда. Ты хочешь, чтобы это сделал он? — шипит генерал-лейтенант, и в его голосе сквозит откровенная боль. — Скоро придут и динаты. Скоро, очень скоро. Ты этого хочешь?! — вдруг кричит Алан, за несколько шагов преодолевает расстояние, хватает меня за рубашку и вглядывается в моё лицо выпученными, безумными глазами.

Он ниже меня, но массивнее, и прижимает к стене так, что на мгновение я теряю из виду Габриэллу, а когда вырываюсь из хватки Джонса, слышу испуганный вскрик и вижу, как один из парней перехватает девушку, куртка Коди падает с её плеч на пол, а шея землянки оказывается зажата в сгибе локтя. Он не душит, но держит крепко, готовый сделать это в любой момент.

— Я знаю, что ты не хочешь ей зла, — шепчет Алан так, чтобы слышал только я. — Так избавь её хотя бы от боли.

В его голосе звучит настоящее отчаяние.

Двенадцать людей генерала против меня одного. Джонс со своим чёртовым лазерным червяком, способным разрезать тело на части. И сам генерал, который явится сюда в любую минуту.

Может быть, просто драться с ними, пока не перебью всех? Победить мне под силу. И что увидят здесь динаты, а когда они явятся сюда? А они явятся. Здесь будут убитые Чёрным монахом люди генерала и девушка в больших очках. Они увидят меня, возможно, невредимого, возможно, истекающего кровью. И спасённую девушку, которой в любом случае придётся умереть если не от руки Бронсона, то на хирургическом столе учёных из Эпицентра.

Я отдам свою жизнь, а Габриэлла всё равно погибнет.

«Не стану озвучивать, что ты для меня значишь, — звучит в голове голос Ньюта. — Но я надеюсь на твою рассудительность. Не оставляй меня одного. Не связывайся с ними», «Не оставляй меня на этой станции одну», — будто снова целуя меня, шепчет Дана.

Я отдам свою жизнь, а Габриэлла всё равно погибнет.

Внезапно рисунки на коже девушки загораются и начинают сиять так ярко, что свет пробивается из-под одежды, а потом в какой-то момент раздаётся шипение — и в воздухе разлетаются и скачут искры…

Солдат, что держал девушку, кричит от боли и выпускает Габриэллу из захвата. Прямо на глазах ткань формы загорается, а кожа на локте покрывается волдырями, как будто парень горит заживо.

«Скорее всего, статический разряд должен порождать сияние и сопровождаться шипением», — сами собой вспоминаются слова Коди, пока я отрешённо наблюдаю за происходящим, будто в замедленной съёмке.

Очень быстро искр становится так много, что солдатам приходится всё дальше отступать от землянки. А я думаю о том, что она попытается всех нас сжечь, но ей не хватит сил, да она и не успеет: подкрепление уже будет здесь.

Я отдам свою жизнь, а Габриэлла всё равно погибнет…

— Они скоро будут здесь, — возвращает меня к реальности голос Алана. — Решай, — шепчет он, и я, наконец очнувшись, ударяю его со всей силы в грудь.

Генерал-лейтенант отпускает меня и отступает.

— Я сам, — выплёвываю ему в лицо, приближаюсь к Габриэлле, замечая, как солдат, который держат её, поспешно отступает подальше от меня. Трус.

— Давай, — слышится приказ Алана, и краем глаза замечаю, как Элеонора кивает, подходит к печи и нажимает какие-то кнопки на дисплее.