Чтение онлайн

Слёзы в тот же миг застилают глаза и катятся по щекам, наверняка оставляя тёмные дорожки: они чёрные, как глаза того незнакомца Дэнниса Рилса, чёрные и горькие и падают на белоснежный пол, растекаясь по нему, как грязь, пока в сознании отчётливо звучит мысль: «Никто не придёт и не заберёт меня домой».

* * *

— Вчера ты так и не разобралась, как помыться, или просто предпочитаешь грязь и пот? — резко произносит Сьерра, и, услышав её тон, я испуганно поднимаю голову.

Девушка буравит меня привычно злым взглядом.

— Ешь, — приказывает она, и я пытаюсь вернуться к фруктам и овощам на тарелке, но желудок болезненно сводит.

— Я уже поела вчера, — признаюсь тихо, — и пока больше не хочу.

— Ты поела вечером, сейчас снова вечер. Прошли сутки, понимаешь, что это значит? — раздражённо спрашивает Сьерра, продолжая вглядываться в моё лицо, хотя я отвожу взгляд от голубых глаз, из-за которых как будто становится холодно. — Прошло много времени.

— Я понимаю, — соглашаюсь так же тихо, исподтишка глядя на девушку, но не решаясь посмотреть прямо в её сердитое лицо. — Но у нас так бывает…

— То есть несколько раз в день вы не едите? — с сомнением переспрашивает Сьерра, и удивление в её голосе притупляет мой страх.

Я осмеливаюсь взглянуть на девушку и качаю головой, когда говорю:

— Одного раза достаточно.

Еда, которую мне дают здесь, похожа на нашу лишь отдалённо: вроде бы те же фрукты и овощи, но вкус у них другой, не такой насыщенный, как у нас, да и желудок после вчерашней еды чувствовал себя не лучшим образом.

— А твои запястья считают иначе, — слова Сьерры, произнесённые с отвращением, возвращают меня к реальности, и я смотрю на руки.

Следы от браслетов выглядят ужасно. Если вчера это был ни то ожог, ни то содранная кожа, то сегодня больше похоже на пчелиные соты, только неприятного тёмно-коричневого оттенка, а в некоторых маленьких ячейках виднеется беловатый гной.

— Тебе больно? — внезапно тихо спрашивает девушка, и я поднимаю на неё удивлённый взгляд.

Внезапная перемена её настроения вынуждает меня, не задумываясь, сказать правду:

— Чешется, но я стараюсь не трогать.

Теперь Сьерра смотрит на мои запястья не столько с отвращением, сколько с опаской и участием, а может, мне только кажется, что она сочувствует.

Раздаётся негромкий сигнал, девушка бросает быстрый взгляд на своё запястье, где над тонкой лентой прямо по коже расползаются какие-то знаки и символы, а потом поворачивается ко мне и говорит так же тихо, как прежде:

— Разберись, что тебе нужно для исцеления. И дай знать.

Мне отчаянно хочется сказать правду. Признаться, что еда не даст мне тех сил, которые помогут избавиться от ран на запястьях. Объяснить, что мне нужна настоящая энергия — солнечный свет. Я уже открываю рот, но потом, опомнившись, сжимаю челюсти, словно беру в плен собственный язык. «Ничего им не говори».

Как только они узнают, что для меня по-настоящему важно, то наверняка воспользуются этим, и тогда раны на моих запястьях покажутся мне детской забавой.

Сьерра выходит из комнаты и останавливается возле Мучителя, который несколько секунд назад появился за преградой. Я задерживаю взгляд лишь на несколько мгновений, словно рассматривая собственное отражение, а потом равнодушно перевожу его на фрукты и овощи передо мной.

— Призналось, что может исцелить? — спрашивает Мучитель. — Сказало, как это прекратить?

До меня доносится тяжёлый вздох Сьерры.

— Нет. Это бесполезно.

— Если мы узнаем, откуда оно черпает способность к регенерации, то сможем не только контролировать состояние объекта, но и вести переговоры с пчёлами, может быть… — Мучитель замолкает на некоторое время, прежде чем продолжить, — даже с Эпицентром…

— Отец! — со страстью восклицает Сьерра. — Пообещай мне, что ни за что на свете ты не решишься на такую глупость, потому что…

— Ладно, ладно, — прерывает Мучитель. — Просто продолжай попытки выяснить. Нам нужно, чтобы оно выжило. Только так мы сможем изменить ситуацию в нашем крыле. Нам не от кого ждать помощи, дочь. Если бы успех зависел от смерти объекта, не сомневайся, я бы уже удавил это собственными руками.

Я вздрагиваю и слишком поздно понимаю, что они могут догадаться, что я всё слышу, но уже ничего не поделаешь. Обхватываю плечи руками, делая вид, что мне холодно.

— Оно постоянно дрожит, — замечает Мучитель. — Дай новую одежду, а прежде… помой. Оно выглядит отталкивающе.

— Пускай Ребекка этим занимается, — брезгливо бросает Сьерра, а потом раздаётся какой-то скрип и шорох.

— А вот и она — легка на помине, — воодушевлённо сообщает Мучитель.

— Вы звали меня, генерал Бронсон, — слышится незнакомый женский голос. Он приятный и наверняка принадлежит молодой девушке.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не начать вглядываться за преграду.

— Ребекка-а-а Олфо-о-о-рд, — тянет Мучитель с наслаждением. — Верно, мы вас очень ждали.

— Вы до него добрались, — требовательно произносит девушка, и тон Мучителя меняется на более серьёзный:

— Также верно. Спешу напомнить, в крыле нет такого человека, до которого я бы не мог добраться.

— Но это Дэннис Рилс, — со значимостью говорит Ребекка Олфорд, и я напрягаюсь при звуке знакомого имени.

— Тем более до Дэнниса Рилса, — медленно произносит Мучитель.

— Вы не понимаете, во что впутываетесь.

— Едва ли! — неприятно смеётся мужчина. — Поверьте, я знаю, что делаю. Оно того стоит.

Я буквально чувствую на себе чужой взгляд, но боюсь выдать себя, если начну всматриваться за преграду. Поэтому сижу, стараясь дышать ровно, но практически осязаемо ощущаю пристальное внимание.

— Кто она? — спрашивает Ребекка удивлённо, но очень тихо.

— Думаю, вы знаете. Это наша гостья с Земли.

Они очень долго молчат, а от взглядов, направленных на меня, становится по-настоящему неуютно. Мне хочется уйти в ванную и спрятаться там, но не решаюсь даже пошевелиться.

— Что с ней будет? — наконец произносит Ребекка.

— Объект находится под нашим наблюдением. Мы намеренны найти с ним общий язык, а потом поступить таким образом, который гарантированно приведёт нас к цели.

— Какой? — едва слышно уточняет Ребекка, и моё сердце замирает в ожидании ответа, но Мучитель, лишь усмехнувшись, переводит тему:

— Лучше поговорим о вас. Теперь вы видели собственными глазами, а значит, мой взгляд более не оставит вас в одиночестве. Предоставляю выбор: вы с нами или мы — без вас, — Мучитель подчёркивает последние слова, и по моей коже пробегает холодок, хотя я не понимаю, что меня так напугало. — Выбор очевиден, и, я просто уверен, что вы как умная женщина примите верное решение. Ваши знания и умение найти с человеком контакт очень нам пригодятся. Тем более, что вы, скажем, сможете приглядывать за Дэннисом Рилсом. Да и он, думаю, под руководством своего непосредственного начальника будет работать гораздо эффективнее.