Чтение онлайн

— Иногда бывает полезно переключить свой интерес на другой объект... Клин клином! Я прямо так и взвилась.

— Как вас следует понимать? Предлагаете свои услуги?
– с медоточивым ехидством поинтересовалась я.
– Не в обиду будь сказано, вы не в моем вкусе...

— Упаси бог, и в мыслях не было, я женат!.. Не сердитесь, я имел в виду кого-нибудь из этих ребят. Тут полно холостяков, вполне достойных вашего внимания. Их можно отметить крестиками.

Я бросила мрачный взгляд на список.

— Где-то мне эта фамилия попадалась, - рассеянно пробурчала я.
– Этот, что ли, у них главный спец? А может, ошибаюсь. Ну и шуточки у вас, в таком солидном заведении - и так негуманно развлекаетесь за счет пытаемых. Когда прикажете ждать остальной информации?

— Как только ваш сердечный друг окажется за решеткой. Я вам позвоню...
– И, помолчав, как бы про себя добавил:

— Если еще понадобится...

— Не могу избавиться от впечатления, что вы меня здорово дурачите, высказала я на прощание свое недовольство.
– Ума не приложу, чему бы это приписать. Наверно, обыкновенному садизму. Всего вам хорошего. Если не сдержите слова, встречаться со мной не советую.

— Думаю, о сохранении нашего разговора в тайне напоминать незачем?

— Незачем. Буду молчать пуще могилы. Честь труду...

***

Я вернулась домой только по той причине, что больше возвращаться было некуда, ноги сами меня привели, хотя я белого света перед собой не видела. Не видела, потому что смотрела правде в глаза: я проиграла, проиграла бесподобную, потрясающую игру.

О гениальное чутье любимой моей подруги! Клянусь больше никогда не пренебрегать судом ее внутреннего голоса!..

Изо дня в день, каждую минуту я твердила себе, что должна быть довольна финалом.

Чертовски довольна! Прямо на седьмом небе от счастья!

Я раскрыла великую тайну, устроила грандиозную, даже по моим масштабам, заварушку, человека, которого я ненавижу, ожидает расплата... Чего еще желать?

Пустые хлопоты. На дне моего глупейшего сердца тихо, но чувствительно шевелилась непонятная ноющая тоска.

Не полегчало и от знакомого голоса в трубке:

— Иоанна? Здравствуй, это Януш...

— Как поживаешь?
– спросила я, как ни странно, не обнаружив в душе бурной радости.

— Хотел узнать, как у тебя с самочувствием. Последний раз ты, по-моему, была не в своей тарелке.

Не в своей тарелке!.. Господи, вот именно что не в своей! Выражение, точно соответствующее моему состоянию во время той кошмарной сцены в отеле...

Не полегчало и при встрече, - я снова сидела против него за ресторанным столиком и глядела в голубые глаза, а они лучезарно улыбались мне с загорелого лица. Не легче было и оттого, что женщина с малоинтеллигентным голосом больше ничем о себе не напоминала.

Я кружилась в чудесном вальсе-бостоне, и его неизменная ко мне симпатия казалась не такой уж платонической...

А на дне моего глупейшего сердца продолжала тихо шевелиться глупейшая тоска...** Не видя другого спасения от депрессии, я взялась за стирку. Чтобы еще больше себя измотать, полоскала не в машине, а в ванной, и действительно добилась желанного результата, поскольку уже отвыкла от домашних обязанностей, взваливая их на приходящую прислугу. Насухо протерев стиральную машину, развесив мокрое тряпье в кухне, я с комфортом устроилась на диване, собираясь с чистой совестью отдаться безделью. Закурила сигарету и откинулась на подушки.

Лампа отбрасывала мягкий свет, радио наигрывало так сентиментально, что прямо душу выворачивало. Стирка, похоже, не помогла. Физически измотала, а душу оставила в неприкосновенности.

Зазвонил телефон. Я с унылым безразличием потянулась к трубке. Звонки меня теперь не колышут.

— Слушаю...

— Добрый вечер...

Я молчала, с головы до пят завибрировав от густых, бархатных звуков знакомого голоса.

— Добрый вечер, - наконец ошеломленно прохрипела я.

— Ну и как?

Я окончательно обалдела. Это он, он спрашивает у меня: "Ну и как?"! Не знает, что я знаю, или делает вид, что не знает? Что за притча?! Что такое?

На меня вдруг нахлынули сомнения.

— Наверно, подобный вопрос должен исходить от меня?
– осторожно заметила я.

— Почему же? Я спрашиваю, как насчет встречи. За мной ведь должок. Пришла пора объясниться.

— Боюсь, объяснять теперь почти нечего, - вздохнула я с сожалением. Но если хочешь, пожалуйста. Давай пообъясняемся.

— Ты не против, если я приеду, скажем, через полчаса?

Меня охватили дурные предчувствия. Он знает, что живу я одна, время позднее, мое легкомыслие ему тоже хорошо известно. Значит, решил отправить меня на тот свет. На кой черт ему еще приезжать?

На мое легкомыслие можно ставить беспроигрышно. Я была бы не я, если бы немедленно и с восторгом не включилась в игру с огнем. Меня уже забирал азарт.

— Буду рада, - любезно откликнулась я.
– Тем более что уже проклевывается традиция - у меня как раз постирушка развешена. Жду...

Через полчаса в дверь позвонили. Я открыла и впустила его в прихожую.

— Понятно, зачем ты пришел, - обреченно вздохнула я.
– В принципе ничего не имею против. Погибнуть от руки такого незаурядного мужчины... Большая честь! Предпочитаю, правда, быть убитой в комнате.

— Как тебе угодно...

Я провела его в комнату и включила верхний свет.

— Позволь все-таки перед смертью как следует тебя рассмотреть. Чтобы на том свете в очередной раз не обознаться... Присядь для удобства, при таком росте да в стоячем положении осмотр затруднителен.

Он без возражений уселся в кресло, посматривая на меня со своей легкой, такой знакомой и такой обаятельной усмешкой. На нем был серый пиджак с кожаным воротничком, белая рубаха и очень красивый галстук. Чего лукавить, вид неотразимый!.. Хотя по-прежнему не мой тип... Покорясь судьбе, я подумала, что о смерти в таких романтических обстоятельствах можно только мечтать...

— Ну и как?
– спросил он.
– Разглядела? Тогда выключи, пожалуйста, свой юпитер, мы не на съемке.

Я исполнила его просьбу и пристроилась в кресле напротив. Неординарная ситуация напрочь запечатала мне уста.