Чтение онлайн

— Ты была здесь не одна, ха-ха, — наконец осознал Котай, посмеявшись над собственной недальновидностью. — Это было частью твоего плана, не так ли?

— Именно, — подтвердила я. — Теперь, когда преимущество на моей стороне, диктовать условия буду я, и поверьте, прежней снисходительности уже не будет.

С каждой секундой по мере заполнения зала приливающейся водой, все вокруг стало кардинально меняться: против всех законов физики жидкость постепенно заползала на стены, на потолок, растекалась по полу, заполняла воздух, делая его влажным — все больше и больше условий играли мне на руку. В какой-то момент и сам король оказался в луже, что посмела нагло промочить его причудливые кожаные сапоги с мехом, а вместе с ним в клетке оказалась и Аой — его «единственная» дочь.

— Хочешь, чтобы я испугался и сложил корону? — ухмыльнулся Котай. — А у тебя кишка не тонка, Хомура.

— Это были старые условия, Ваше Высочество, — прошипела я. — Придется встретить свой закат в собственном троне.

— Что ж, нападай, — еще шире улыбнулся он, словно многие годы ждал для себя возможности развлечься.

Не став долго думать, я перешла в наступление: из воды стали появляться копья, направленные на персону Котая. Их длины должно было хватать для того, чтобы поразить цель, к тому же извивающаяся природа, подобная щупальцам, делала их крайне смертоносными, не говоря уже о шипах, однако даже со всеми вышеперечисленными условиями король умудрялся уворачиваться от атак, словно за его спиной стоял многолетний боевой опыт, откуда и возникал вполне резонный вопрос — где же он овладел такой гибкой реакцией?

В процессе того, как мои атаки проходили мимо, Котай внезапно перешел в ответное наступление, заморозив несколько водяных копий разом. Да, он именно заморозил их, и сделал король это, используя ту самую перчатку, что минутами ранее надел на левую руку. В этот момент я поняла, что теперь придется остерегаться ответных атак и действовать осторожнее, ведь попасть под ледяной поток неизвестной мне магии означает мгновенную смерть.

Наблюдая с потолка за происходящим снизу, я с каждой секундой придумывала все более изощренные способы нападения, но ни один из них не достигал своей цели. Все больше и больше атак были направлены на сгорающего в удовольствии от процесса короля, к ним добавлялись и всякого рода иглы, летящие с разных направлений, водяные лезвия, попытки поймать жертву в пузырь — но все тщетно, он уворачивался и отражал каждую, пока одна из атак все же его не достигла.

Одинокая игла, летящая в отдельности от остальных, подобно каждой другой, с бешенной силой врезалась прямо в шею Котаю. В этот момент я уже было подумала о том, что эта борьба на истощение по своему преимуществу склонилась на мою чашу весов, однако и эта атака не дала результата. Лишь яркая вспышка, подобная искре в оголенной проводке, мелькнула в том месте, куда попала игла, впоследствии распавшаяся на одинокие капельки, упавшие на пол к своей вечной родне.

— Защитился? — промелькнуло у меня в голове. — Неужели это какой-то щит, не дающий мне его ранить?

К черту — даже если этот щит способен отражать неожиданные атаки, я все равно могу вечно над ним издеваться, пока вода продолжает приливать и мое местоположение остается нераскрытым. Тебе не выйти отсюда живым, Котай Изуми — ради этого я пожертвую всем, что у меня есть.

— Аой, сверху! — внезапно прокричал он, увернувшись от очередной атаки.

— Да! — отреагировала Аой, сию секунду вытянув руки к потолку.

— Черт! — опомнилась я, поняв, что пора передвинуть свое тело в другое место, но, вопреки ожиданиям выйти сухой из воды, я потерпела неожиданный крах.

Тяжелая ноша внезапно взвалилась на плечи, словно слон, решивший покататься на маленькой девочке. В этот момент я отчетливо почувствовала, что стала притягиваться к земле намного сильнее, чем раньше. Из тонкого слоя воды на потолке показалась голова, а за ней плечи, туловище, а потом и ноги — я падала, в самом деле просто падала с потолка, будучи не в силах удержать себя на прежнем месте или куда-либо уйти, словно гиря, которую пытаются поймать одинокие пылинки на воздухе.

Поняв, что хвататься за потолок более не представляется возможным, я была готова упасть в ту лужу, что находится внизу, а перед этим и нанести еще одну неожиданную атаку. Как следует взвесив все «за» и «против», я нащупала в воздухе нити, ведущие к возможности повторно напасть, потому сразу же, не думая ни секунды над углом и силой атаки, выпустила несколько игл одновременно из разных точек комнаты, которые точно должны были поразить короля, а вместе с тем и обезвредить Аой, которая выбрала не ту сторону конфликта.

Иглы вылетели со своих мест, устремились прямо туда, куда я их направила. Одна лишь секунда и… внезапная боль, прознающее чувство того, как внутренние органы вдавливаются друг в друга под действием прямого удара.

— Что это? — подумала я в тот момент, когда совсем не ожидала ответной атаки.

Несколько ребер в миг треснули, осколки костей вонзились в грудные органы, легкие сдавило настолько сильно, что не удавалось даже вдохнуть, а в дополнение ко всему прочему я почувствовала, как мое тело с той же скоростью полетело совсем в другую сторону. Пересекая на своем пути ласкающие кожу капельки воды в воздухе, чувствуя на себе легкий ветерок, я с огромной силой врезалась в большие двери тронного зала, что тотчас слетели с петель и разлетелись на осколки в самом центре, а я, не думая останавливаться, пролетела в сокрытую за ними стену, врезавшись еще и в нее, после чего наконец могла спокойно упасть на пол.

Тело с тяжестью рухнуло на твердую плитку, по всему коридору разлетелся неестественный звон, заглядывающий в самые отдаленные уголки бесконечного королевского дворца. Я лежала на полу без каких-либо сил продолжать свое сражение, в котором, как я думала, одержу верх. С этого момента энтузиазму не было продолжения, смелось полностью себя исчерпала, а вместо нее разум заполнил страх, пронзающий тело сильнее, чем те осколки ребер, что сейчас разрывают мои легкие.

— Нужно… бежать, — догадалась я, после чего попыталась нажать на кнопку «бэкдора».

Именно для этих целей он был создан — спасти человека тогда, когда ему грозит неминуемая смерть, однако на этот раз он не сработал. Сколько бы я не старалась жать на кнопку, ничего не происходило: ни вспышки, ни звука. Только лишь через полминуты тщетных попыток сбежать я поняла, что ошиблась еще в самом начале.

— Ах… вода, — по лицу прокатились слезы, когда я наконец осознала, что сама отрезала себе путь к отступлению.

Какой же я была глупой в тот момент, когда позволила себе утащить «бэкдор» в воду, в которой сама находилась. Под действием вынужденной электрокоррозии устройство пришло в негодность, а я этого даже не поняла… Вариант сбежать все еще оставался, если бы рядом со мной была хоть капля воды, чтобы дотянуться до всего остального, потому я с тяжелым грузом вины и бесконечно сжирающим разум страхом наивно ожидала, пока лужа вытечет за пределы тронного зала, но, вопреки всем остаточным надеждам, та замерзла прямо у меня на глазах, а тоненький лед в миг треснул под знакомым кожаным сапогом.

Едва взглянув на короля, я все поняла: беспросветные черные глаза, зрачок которых неестественно светился в ярко-оранжевом узоре из пересекающихся вокруг хрусталика колец, а из самих глаз наружу сочилась кровь, стекаясь по щекам к подбородку, откуда капала вниз. Эта атака, ставшая для меня роковой, мелькнула настолько быстро, что шанса увернуться не было изначально. Думая об этом, я невольно вспоминаю, как смогла отразить молнию, которая должна была ударить в меня. Это было на дамбе, когда шел один из сильнейших ливней в истории Гармонии, который можно было назвать штормовым. У меня была лишь секунда, чтобы предсказать момент раската и воздвигнуть вдали громоотвод, с чем я смогла справиться, но этот случай…

— Что будем с ней делать? — вопросила перепуганная Аой, глядя на практически бездыханное тело.

— Посмотрим, еще не вечер, — спокойно ответил Котай. — Она еще может оказаться полезной.

Его лицо казалось таким холодным, словно черствее человека на свете не сыскать, сколько бы ты не старался. Неудивительно, что дочь не рискнула встать против отца, ведь при подобном сценарии ее могла постигнуть та же учесть, но факт того, что именно Аой стала моим худшим врагом, отбивал все надежды ее переубедить.