Чтение онлайн

— Лжецом, хах, — фыркнул я у себя в голове, — ты уже им оказался, Кишин.

— Начнем по порядку, но для этого мне придется заново представиться, — сказав это, он сделал короткую паузу, собираясь с мыслями, после чего продолжил. — Меня зовут Илия Кишин, сын Зигфрида Кишина из потомственного рыцарского рода, а также простой деревенской женщины по имени Марта. Я родился в 1199 году в королевстве Меления, что находится где-то на территории современной Дании, а умер в 1224 году от рук своего злейшего врага. Сейчас перед вами стоит самая что ни на есть реинкарнация человека из прошлого: я имею те же воспоминания, ту же внешность и характер, но вместе с тем и новую силу, зовущуюся «вездесущим оком». Изначально я искренне верил, что являюсь единственным носителем этих глаз в новом мире с новыми людьми и возможностями, но однажды трещину в сознании дал один единственный человек.

В середине своей речи о биографии Илия вывел на экран изображение человека, который был хорошо нам знаком — король Гармонии Котай Изуми.

— Перед вами сейчас находится человек, которого все ошибочно считают приемником первого короля Гармонии Сето Изуми — Котай Изуми, однако он вовсе не тот, за кого себя выдает. Хорошенько посмотрите на экран, затем на меня, после чего вы заметите неявные сходства, говорящие лишь об одном — на троне в Гармонии сидит не кто-то, а мой кровный брат-близнец по имени Бартон, или скорее его аналогичная реинкарнация, поскольку Бартон умер в тот же день, что и я.

В этот момент по залу разлетелся шепот, люди переговаривались ежесекундно, пребывая в шоке не только от того, что слышат, но и от того, что все это выглядит правдоподобно. Что касается меня, больше всего мне хотелось услышать, по какой причине Илия все это время скрывал от нас правду.

— Мастер Кишин! — послышался возглас Мисато из зала. — Вы хотите сказать, что раз являетесь братом-близнецом короля, то Нао и Аой на самом деле тоже носят фамилию Кишин, а вы значитесь дядей для обеих девушек?

— Именно так, Хагашида, — подтвердил он.

— Ну и херня, — тихо возмутилась сидящая за мной Нао. — Еще один родственничек объявился.

— Продолжим, — оборвал Илия, переключив все внимание обратно на себя. — Говоря о «вездесущем оке», стоит разобрать те способности, которые оно дает, чтобы вам было проще понять мои мотивы. Первая — «шиирацу», что можно перевести как «взгляд в душу». С этой способностью многие из вас уже знакомы, потому не вижу смысла копать глубже. Вторая — «ранмацу», представляет из себя «идеальное отражение», благодаря которому можно полностью заблокировать удар и перенаправить силу этого же удара обратно. Это, безусловно, очень сильные способности, но больше всего внимания стоит уделить именно третьей, которая называется «Парадоксом Кишин», что можно дословно перевести как «парадокс вездесущего ока», как бы иронично это не звучало. Многие замечали на моем лице кровавые слезы, точно так же, как и на лице короля — это является побочным эффектом использования «Парадокса», а сама способность позволяет, внимание, останавливать время.

В ответ на столь громкое заявление весь зал залепетал разной громкостью, люди стали подскакивать со своих мест и неразборчиво что-то выкрикивать. Какое-то время вся эта суета продолжалась в неутихающем темпе, пока общим трудом Илии и Хорнет все наконец не успокоились, дав возможность Кишину продолжить.

— Вспомните нашу первую встречу, — робко проговорил Илия. — Это касается Ашидо, Юмико, Хорнет, Амелии и Итачи. Тогда я пришел к вам самовольно, поскольку благодаря «шиирацу» узнал о зарождающемся ордене «Спектр» от старого врага по имени Хандзо, благодаря которому вышел на Ашидо. Я не был прямым участником в конфликте, а лишь наблюдал со стороны за действиями ордена, давая подсказки в каком направлении двигаться, — договорив, Илия обратил свой взор на меня и продолжил. — Вопрос к тебе, Ашидо Такаги. Как бы ты отреагировал на информацию о том, что я являюсь братом-близнецом короля? Что король способен останавливать время и двигаться внутри «Парадокса» так, как ему вздумается? Стал бы ты идти по тому пути, по которому следуешь уже больше года? Стал бы ты набирать столько людей, зная, что все они скорее всего умрут? Стал бы ты доверяться мне, зная то, что знаешь сейчас?

— Довериться тебе было ошибкой, Илия Кишин, — прорычал я. — Мы в самом деле доверились тебе и были готовы бороться за общее дело. Я лишь не понимал причин, по которым ты отказываешься от идеи свергнуть короля путем его смерти. Сейчас же я прекрасно понимаю, что ты действуешь только в своих интересах и используешь нас в качестве боевой единицы. Думаешь, тебе есть место в ордене после такого?

— Ты безусловно прав в том, что я преследую свои цели, но вместе с тем я так же разделяю цели ордена, который за это время уже успел стать мне родным, потому мысль о том, что вы мне нужны только в качестве боевой единицы, ошибочна. Пусть ты и не ответил на все заданные вопросы, главное уже было сказано — вы доверились мне. Только лишь благодаря тому, что я скрыл свою собственную сущность и личность короля Гармонии, «Спектр» разросся до тех масштабов, которые мы видим сегодня. Только поэтому нас поддерживают десятки предприятий, ордены «Юстиция» и «Юнити», народ в конце концов. Я дал вам смелость действовать вопреки страху, жить не пустыми надеждами и мольбами, а реальными возможностями. Пойми, Ашидо, поймите все, сейчас «Спектр» уже не какое-то сборище обиженных на режим детей, все мы — бойцы, готовые бороться за свою свободу и идеалы.

— Но как нам бороться, когда внутри ордена такой разлад? — оборвала его Хорнет. — Думаешь, нам по силам справиться с самовольничеством таких людей, как Хомура? Неутихающей злобой и грубостью отдельных индивидов? А что нам делать с детьми, которых пришлось во все это втянуть?

— Я понимаю твой страх, Хорнет, — спокойно ответил Илия. — Но, знаешь, люди на то и люди, чтобы забывать все обиды и объединяться перед лицом одной большой опасности — именно так была построена Гармония. Подвиг Хомуры пусть и кажется абсурдным, но она дала нам почву действовать, дала возможность Ашидо и мне заявить о себе всему народу Гармонии, потому ее действия не останутся неоправданными — мы докажем всем, что Хомура не просто так рискнула своей жизнью. Я помогу вам свергнуть короля, и сделаю это собственными руками, а вы позаботитесь обо всем остальном, ибо иного варианта у нас нет. Если я уйду из ордена, ни у кого из вас не останется возможности победить Бартона, а я лишусь своих единственных настоящих друзей.

— Я хочу, чтобы ты ушел, — дерзнул я. — На то мы и орден, чтобы бросать вызов тем, кому боятся возразить остальные. Уходи, Илия, забудь обо всем, что здесь когда-либо происходило, забудь о нас и никогда более не возвращайся — как-нибудь без тебя справимся.

— Ты уверен в своих словах, Ашидо? — в грустном тоне произнес Илия.

— Так будет лучше и для тебя, и для меня, — вздохнул я.

— Что ж, в таком случае, благодарю всех за внимание и то время, которое мы разделили вместе — глубоко в моем сердце все осталось прежним. Спасибо, орден «Спектр», пусть Ашидо и говорит мне обо всем позабыть — я вас не забуду. Прощайте.

Сказав это в чувственном тоне, Илия поклонился и тихим шагом устремился на выход из командного центра, не позабыв при этом захватить свой вульгарный рогатый шлем. Не скажу, что я жалею об его уходе, но, как и было сказано, всем от этого будет лучше, ведь нельзя так просто восстановить доверие между людьми, тем более в тот критический период, в котором приходится поддерживать в ордене жизнь. Я не могу так просто отказаться от своей первоначальной цели, не могу сражаться на одном поле боя с тем, кто может воткнуть нож в спину в самый неподходящий момент, потому отпущу тебя на растерзание судьбой, какой бы жестокой в реальности она не была.

— Стоять! — очень громко воскликнула Эмили.

Очевидно, девушка сразу привлекла к себе все внимание, включая уходящего Кишина, который вдруг остановился и повернулся в сторону Морроу.

— Что с вами не так, люди? — возмутилась она. — Пусть мы толком и не знакомы, мне очень неприятно видеть такие двойные стандарты внутри ордена, ради которого я предала дворец! Задумайтесь! Вы готовы идти против могущественнейшего человека в Гармонии! Готовы сражаться за свободу и свои идеалы, но не готовы возразить собственному главе? С какой стати Ашидо решает за всех? И это вы называете семьей? Разве вы тоже хотите, чтобы Кишин ушел? Чтобы ваш драгоценный и столь же сильнейший союзник, преданный ордену вопреки вашему же недоверию, просто ушел по щелчку пальца одного человека? Ашидо, очнись! Илия спас тебе жизнь! Бартон убил бы тебя, если бы Илия не вмешался! Что было бы с народом Гармонии, потерявшим бесценную надежду и веру вместе с потерей того, кому они верят? Ты говоришь Кишину, что он слишком эгоцентричен, но разве вы не одинаковы? Разве сейчас ты не думаешь только о себе, не хочешь выгнать его только потому, что он противен лично тебе? Разве оно того стоит? Стоит того оборвать все связи с человеком, не спросив у других, что они о нем думают? Лично я горжусь, что я на свете есть такой человек, как Илия Кишин, потому буду первой, кто проголосует за то, чтобы он остался в ордене!

Сказав это, Эмили подняла вверх руку настолько, насколько могла, чтобы каждый присутствующий отчетливо ее видел.

— А я-то думал, что мы поладим, Эмили, — тяжело вздохнул я. — Думаешь кто-то в самом деле поддержит твои возгласы?

— Обернись, Ашидо, — спокойно проговорила она, широко улыбнувшись.

Последовав совету, я обернулся назад, и в этот момент перед глазами раскрылась ошеломляющая картина того, как позади меня стали поочередно подниматься руки, и было их настолько много, что с каждой секундой я все меньше и меньше чувствовал себя ценным в этом кругу самый хороших друзей. Амелия, Юмико, Ринна, Мисато, Наталья, Николас, Шин, Джозеф, Итачи, даже Торин — все они высказались за то, чтобы Илия остался. Едва я развернулся посмотреть на остальных, как застал перед собой Войд в той же позе.