Чтение онлайн

— Надо было ставить сетку, — тяжело вздохнула Мисато. — Кто-то сегодня получит по жопе за свою выходку.

Очевидно, стрела прилетела со стороны комплекса, и попала она в практически стоящего на месте в одном положении робота, оттого логично было предположить, что неумехе-лучнику просто повезло попасть в небольшое отверстие, однако этот факт так напрягал и злил Мисато, что она решила наведаться к обидчику и заставить его пожалеть о содеянном. Так Хагашида с опаской в одиночку стала продвигаться к комплексу и, не столкнувшись по пути ни с каким сопротивлением, благополучно оказалась перед открытой дверью, в ста метрах от которой находился тот самый пункт первой помощи.

Что-то в этой ситуации сильно напрягало девушку, и она опасалась столкнуться с чем-то серьезным, даже предполагая такой вариант, при котором ее нагрудный щит и экзоскелет не спасут от внезапной напасти. Звать раненых на помощь было бессмысленно, потому, приняв во внимание незримую угрозу, Мисато выхватила из кобуры на поясе сигнальную ракетницу, тотчас выпустив из нее снаряд в воздух, оповещая всех союзников о чем-то непредвиденном в комплексе. К тому же нетрудно было догадаться, что сигнал подала именно Мисато, ведь она была одной из немногих, кто додумался взять с собой спасительный красный свет.

Теперь уже можно было не опасаться за собственную безопасность, ведь кто-то в любом случае в скором времени придет на помощь, а пока можно хотя бы идентифицировать нападавшего. С этой мыслью девушка тихо проникла в комплекс Разлома, оказавшись в череде множества коридоров с моргающим светом от повреждений из-за оползня. Поначалу ничего внутри не кидалось в глаза, а вариантов передвижений было немного, однако вскоре в поле зрения показались первые трупы, принадлежавшие гвардейской команде комплекса Разлома капитана Дорна Кастелланоса, а также неким людям в халатах — по всей видимости, исследователям. Причину их смерти нельзя было точно назвать, но по одиночным точечным смертельным повреждениям можно было выдвинуть предположение, что это дело рук того лучника, который, скорее всего, был к тому же еще и шепотом.

Тела были и в коридорах, и в комнатах, и переваливались через всякого рода стойки, и валялись на лестницах, но больше всего трупов оказалось в неком подобии командного центра с круглым технологически продвинутым столом в центре, служившим чуть ли не единственным источником освещения. Там находились как минимум человек десять, и никто не подавал признаков жизни. Бесконечные плутания могли бы оказаться тщетными, если бы не внезапно раздавшийся в тишине голос:

— Не стреляйте! — взмолился неожиданно вышедший на свет из-за угла недалеко от стола человек в гвардейской форме в белую полоску, которая была только у команды Кастелланоса.

Он показался перед ней без оружия и с поднятыми руками, заверяя в своей невраждебности, действуя аккуратно и медленно.

— Что здесь случилось? — вопросила Мисато, опустив пистолет, как только до ее осознания дошло, кем был гвардеец напротив.

— На нас напал какой-то псих с луком! — объяснил гвардеец, медленно опустив руки, постепенно сближаясь с девушкой для лучшей слышимости.

— Это он всех убил? — продолжила расспрос Хагашида.

— Вы же из «Спектра», да? — подметил мужчина. — Прошу, помогите, этот тип чертовски хорошо стреляет! Он не оставил нам ни шанса!

— И ты сидел в укрытии, поджав хвост, пока твои друзья умирали, — с презрением догадалась Мисато.

— Я до старости лет буду корить себя за это, — поник гвардеец, подобравшись достаточно близко. — Их жертва будет напрасной, если я тоже умру.

— Ладно, потом разберемся, давай на выход…

Не успела Мисато закончить, как гвардеец внезапно бросился к девушке, прижав ее к стене и схватив за правую руку, в которой был пистолет, успевший единожды выстрелить куда-то в потолок, а следом за этим мужчина замахнулся ножом в живот Хагашиды. К его неудаче удар остановился за миллиметр до кожи, столкнувшись с щитом, а девушка, распознав враждебность, недолго думая, схватилась за отвертку на поясе и тотчас вонзила ее в правый бок нападавшему в области печени, отчего тот неожиданно вздрогнул, издав хрип.

— Щит, да? — осознал гвардеец, произнеся это слегка обижено, но вскоре сменил тон. — Это тебе не поможет.

Сию секунду мужчина схватился за лоб Мисато, не выпуская руку с пистолетом, а затем сильным напором резко вдавил голову девушки в стену позади, ударив ее затылком о тяжелую преграду. От внезапной боли Хагашида выронила из руки пистолет, а это означало, что теперь она не только ограничена в движениях, но и безоружна. Уловив преимущество, гвардеец тотчас подхватил второй рукой голову Мисато, чтобы не только бить ее головой об стену, но и помогать набрать очередное расстояние для удара.

Поначалу у Мисато даже были шансы сопротивляться, ведь экзоскелет прибавлял немало сил хрупкому телу, однако опоры под ногами не было и с каждым последующим ударом руки переставали слушаться, а в ушах все громче звенело. Гвардеец продолжал из раза в раз бить ее затылком об стену, которая уже залилась кровью, и это повторялось не один, а, наверное, два десятка раз, пока веки девушки не сомкнулись, а руки и голова безжизненно не отвисли.

Так попытка помочь обернулась против самой Мисато, и неожиданный враг застал ее врасплох — но почему же человек из команды капитана Кастелланоса вдруг предательски набросился на своих спасителей? Неужели сам капитан был не так чист, как думали люди из «Спектра»? Никто не знал о том, что происходило внутри комплекса, ровно так же как никто не знал о враге, прячущемся в тылу.

Гвардеец же, выпустив из рук безжизненное тело Мисато, которое скатилось по стене к полу в сидячее положение, оставив на ней кровавый след, спокойно и без угрызений совести отошел в сторону, и, встав перед единственной отражающей поверхностью на стене темного командного центра, которая могла послужить зеркалом, быстро сбросил с себя маску.

— Жарковато же в этой форме, — недовольно проговорил он, продолжив снимать остальное.

Стоило гвардейской форме оказаться на полу, в импровизированном зеркале мелькнули красные глаза и серьезное бесчувственное лицо. Незнакомец аккуратно зачесал набок висящую русую челку, поправил воротник белой рубашки и висящий на ней красный галстук, нервно похлопал по месту ранения, на котором уже испарялась кровь и затягивалась дыра в пиджаке, а затем, убедившись в собственной прилежности, сказал сам себе:

— Остался только Дорн.

Люди нередко преуменьшают труды работников тыла, и это напрямую сказывается на их мотивации выполнять свой долг достойно и ответственно, однако вера в человечество порой восстанавливается, как в случае кровопролитной бойни в сердце Гармонии. Здесь посреди выжженных и залитых кровью полей на последней линии осенней едва зеленой растительности образовался эдакий медицинский полевой лагерь, собранный на скорую руку из нескольких палаток вместимостью от силы до десяти человек в каждой, где все пространство занимали импровизированные койки в виде каких-то мягких подстилок, а остальную часть оккупировали бесчисленные ящики с медицинским оборудованием не самого лучшего качества, ведь в реалиях скорейших сборов у персонала клиники Фишера не было столько времени, чтобы подготовиться к тяжелой работе серьезнее.

— Доктор, у нас новый раненый! — прозвучал крик Луны в потоке брани и активных переговоров медицинского персонала.

— Ранения? — немногозначно вопросил Фишер откуда-то из каскада палаток.

— Пулевое в плечо, — пояснила девушка.

— Брось его на землю, у нас все забито! — скомандовал доктор.

— Да как вы можете? — возмутился раненый юноша. — Я чуть не умер в бою, а вы собираетесь бросить меня в траве!

— Не ной, сопляк! — послышался знакомый женский голос вблизи.