Чтение онлайн

— По нашим мусульманским обычаям на не должен прикасаться к женщине до свадьбы. Это «харам» — грех, — объяснила она и внезапно невпопад добавила: — Но я все равно выйду замуж только по большой любви.

Тут послышался женский голос, и девушка убежала, чтобы не навлечь на себя еще больший гневсвоей надсмотрщицы.

— Мне нужно идти! Меня уже ищут!

Она проскользнула мимо Лукаса, который едва успел крикнуть ей вслед свое полное имя и название гостиницы, где остановились Феррасы.

— А как я тебя еще смогу — закричал он, но Жади уже мчалась по направлению к застывшей неподалеку той самой женщине-мусульманке, которая за ней следила.

Зорайде встретила Жади сурово и сразу заговорила о том, что девушке нельзя одной ходить по улицам. Иначе ее может поймать бедуин и увезти в свой гарем, и никто ее не спасет... Жади слушала служанку вполуха и, загадочно улыбаясь, думала о своем, явно что-то замышляя...

Дома Жади умышленно покорно склонилась над Кораном, якобы изучая его и спрятав в книгу хитрые глаза. Она стояла на балконе, откуда ей было хорошо видно и слышно, как дядюшка раздает приказания на кожевенной фабрике. Но ее мысли витали очень далеко и от фабрики, и от дяди, и от

Корана. Подошла Зорайде и сообщила, что вместе с Латиффой уходит на рьшок, а дядя Али предупредил, что скоро будет спрашивать у племянницы задание.

— Ты помнишь, я надеюсь, что он приказал тебе выучить отрывок из Корана? — строго спросила служанка.

— Конечно, конечно! — послушно закивала Жади и с готовностью продемонстрировала книгу. — Видишь, я как раз учу текст!

— Вот и умница! — похвалила ее служанка и удалилась, очень довольная смирением девушки.

Едва Зорайде скрылась из вида, Жади ухмыльнулась и прошмыгнула в комнату. Она пару раз оглянулась, опасаясь слежки, но вокруг никого не было. Тогда Жади торопливо схватила толстую телефонную книгу и быстро отыскала в ней телефон гостиницы.

— Пожалуйста, попросите мистера Лукаса Фер-

рас, — сказала она в трубку, когда ей ответили. Жади очень волновалась, сердце билось, как

безумное, щеки горели. Лишь бы ее никто не услышал...

— Алло! — наконец, отозвался Лукас. — Я слушаю... Кто это?

— Это я, Жади... — прошептала девушка, снова встревоженно оглядываясь.

— Я все время думаю о тебе... — повторил Лукас свои слова, произнесенные на развалинах.

Жади растрогалась, но, к сожалению, выслушивать понравившиеся ей признания было некогда.

— У меня очень мало времени на разговор с тобой, — объяснила она. — Но ты не должен искать меня, и ты не можешь больше приходить к нам в дом, как раньше. — Жади постоянно нервно озиралась, боясь, что кто-то может войти в комнату.

— Давай лучше поговорим об этом при встре- ,че... Скажи, когда ты сможешь меня увидеть, — с надеждой отозвался Лукас.

— А я буду встречаться с тобой одна?

•— Нуда, конечно... А что тут такого? — удивился Лукас.

— Ты с ума сошел! Это невозможно! — пробормотала Жади.

— Дай мне свой номер телефона! — стал настаивать Лукас. — Я позвоню тебе...

— Нет, это нельзя, я не хочу, ты звонил мне, — продолжала шептать в трубку Жади.

На самом деле ей хотелось этого больше всего на свете.

— Но я вечером улетаю, и, возможно, мы никогда больше не встретимся.

Жади больно прикусила губу. Никогда?! Это ужасно... Какое страшное, жестокое слово...

— Это к лучшему, — сказала она, взяв себя в руки.

Лукас продолжал требовать у Жади номер телефона, когда в гостиничный номер вошел Диогу и заявил с порога:

— Брат, ты не представляешь, что случилось там, в Эль-Жадиде!

Но Лукас не слушал его и не расставался с телефонной трубкой. Закончив на неопределенной ноте, не дав ни номера телефона, ни надежды на свидание, Жади сказала, что кто-то идет, и бросила трубку.

Диегу устроился в кресле, рядом с братом, в ожидании интересной истории о «сверхважном» разговоре Лукаса, и начал доставать брата.

— Кто это был?

— Девушка, с которой я познакомился, — Лукас попытался придать минимум значимости этому событию. — А почему ты приехал раньше отца?

— Подожди... Ты познакомился с девушкой?

Без моей помощи?! — Диогу неприятно удивился. Он привык во всем опекать несамостоятельного брата. — А кто она?

— Неважно, — буркнул Лукас.

— И когда ты познакомишь меня со своей пташкой?

— Никогда! — взорвался брат. — И не смей насмехаться над ней и надо мной, у нас все очень серьезно! Это особый случай! — Лукас и вправду стал сосредоточен, каким его раньше никто не видел.

— Что с тобой? Ты прежде таким не был! Мы все делили... В особенности, девушек, — в свою очередь, возмутился Диогу.

— Она другая, — холодно отозвался Лукас и подумал: «А я по-настоящему втюрился, влюбился, потерял голову...»'

— Чем это она другая? — продолжал приставать Диогу.- - Все девушки одинаковы!

— Она никогда еще ни с кем не целовалась, понял? Никогда ни с кем не обнималась!

— И это тебе нравится? Ты взволнован из-за того, что она никогда ни с кем не целовалась? А что ты собираешься с ней делать? Тебе нужна такая неумеха? — ухмыльнулся Диогу, хотя в душе позавидовал брату.

— Именно нужна.

— Ну, ты и глупый!
– улыбнулся Диогу и тихо вздохнул.

Ему вдруг очень захотелось стать точно таким же дурачком... И найти себе именно такую, ничего не умеющую девушку... Чтобы учить ее целоваться... Да, это здорово, — подумал Диогу, — братец прав...

Положив трубку, Жади опять уткнулась в Коран. Вошла вездесущая Зорайде — как только она умудрялась все видеть, слышать и знать?! — и спросила, кому Жади звонила.

— Никому... — пробурчала Жади, не отрываясь от текста.

— А что здесь делает эта телефонная книга? — спросила служанка, сверля девушку острым взглядом.

— Не знаю, — ответила она.

— Ну и врешь же ты! — воскликнула Зорай-де. — Тебя зовет Али, чтобы проверить, как ты выучила Коран. Иди и смотри, не опозорься! Иначе тебя ждет суровое наказание!

Жади встала и поплелась к дяде. Коран она действительно читала, но вот насчет выучить...

Однако память у нее была хорошая, и Жади сейчас очень рассчитывала на нее. И действительно, все обошлось. Жади начала говорить об Аллахе, а

Али поддерживал племянницу, цитируя священную книгу мусульман: «Он повелевает жизнью и повелевает смертью... »