Чтение онлайн

– М? – как бы проснулась Ром, – ты права, Шампань, – ласково потрепала она ее за щеку как младшую сестренку.

И она обе встали. Ну как встали. Ром кое-как держалась на ногах и поплелась, при этом сбивая с ритма пружинистые шаги Шампанского. Самая необычная пара из всех. Что их вообще удерживает вместе? Столь утонченную и богатую блондинку и в какой-то мере конченную и буйную брюнетку с морских бухт. Кто-то однажды сказал: «не верь своим глазам». Видимо он прав, ведь мы никогда не узнаем всю глубину их душ. Возможно легкий шлейф Шампань не настолько и поверхностен, а тяжелый характер Рома бездонный и интересный, что мы даже представить не можем.

Когда бар практически опустел и за столом остались лишь смуглый парень с лисьим разрезом глаз и горячая креолка из далекой Мексики. Они посмотрели друг на друга, погруженные каждый в свои мысли. Кумыс в какой-то мере боялся надавить на Текилу. Страх того, что она может сбежать в столь прекрасный вечер потом преследовала бы его всю жизнь. В связи с чем он просто спросил:

– И? – и опустил руку.

– Проводишь меня? – улыбнулась девушка.

И в этот момент некогда разбитое сердце юноши склеилось. Что стоили эти страдания, если сейчас она наконец-то соизволила окружить его своим вниманием? Он заулыбался как мальчик, которому все же достали звезду с неба и так задорно закивал головой, что казалась она вот-вот оторвется.

Текила артистично закатила глаза, улыбнувшись, и начала накидывать изумрудное пальто, с которым в ту же секунду помог Кумыс, считая про себя сколько раз он успел коснуться ее невзначай.

На улице было прохладно, даже морозно можно сказать. Вот-вот должен был пойти снег. К счастью, не было ветра, что так ненавидела девушка с югов. В ее родной Мексике круглый год знойная жара, да и солнце светит 203 дня из 365, а остальное время просто облачно. Не то что здесь: промозгло и серо, отчего мурашки мгновенно пробежали по ее нежной коже.

– Эй, – казалось от глаз Кумыса не пройдет ни одно ее видоизменение, – на, – и он, сняв себя меховой широкий шарф, нежно обвязал им ее тонкую шею. – Согласись, так теплее.

– Пахнет моей Фэго, – принюхалась она и улыбнулась.

– Фэго? – не понял Кумыс. – Прости я плохо знаю испанский.

– Да, так звали мою любимую кобылу, – поностальгировала Текила.

– О, – немного засмущался парень, хотя вряд ли кому был бы подобный комплимент по вкусу: ты пахнешь как моя лошадь. Но в данный момент, он читал между строк: как ее ЛЮБИМАЯ лошадь, а это что-то, да и значило.

Это, с одной стороны, была приятная тишина, хоть оба человека и застыли в неловкости.

– Пойдем? – спросила Текила, на что парень кивнул. И даже то, что она не спешила брать его за руку, как обычно делают парочки, само то, что она идет рядом, не игнорирует, окрыляло его. Порой для счастья много и не надо, не так ли?

Оставим голубков на время и повернем время вспять. И что же мы увидим? Захудалый, богом забытый бар, вывеску которого давно уже снесли вандалы, а на рекламный плакат у владельца просто-напросто не хватало денег. Да и вообще знали о этом месте лишь завсегдатаи и последние пьяницы. Лишь редкие сборища непонятной компании порой сдерживали бар от полного разорения. Хозяин сего заведения знать не знал, кто его странные посетители и в какой-то мере и знать не хотел, ведь его волновали лишь деньги, на которые те не скупились, лишь бы их не беспокоили некоторое время. Такие условия вполне его устраивали и благополучно затыкали рот совести.

И вот под светом возможного последнего фонаря этой улицы, из непримечательной и ободранной двери бара выходит дама в белом мехе, идеальной укладкой блондинистых волос. Она столь не подходит такому антуражу, что ее легко можно было бы приметить и за милю от этого места. Одни ее уверенные движения говорили, что она явно не из этих мест. Женщина знала себе цену, знала, как вести себя в любой ситуации и явно была не робкого десятка.

Сильнее закутавшись в свой шарф, она зажгла сигарету и выпустила струйку дыма, что красиво растворилась в холодном воздухе.

Ждала ли она кого? Возможно. Потому что буквально через минуту-другую из этой же двери вылетел молодой ершистый парень. Он, не церемонясь, подлетел к ней и спросил:

– Не угостишь сигареткой?

Мартини усмехнулась и нескрываемо оценила Ерша с ног до головы.

– Я думала, ты выше ростом, – он и впрямь был на полголовы ниже ее, ни говоря уже о том, что и телосложением был куда худее.

– Зри в корень, детка, – забирая у нее сигарету, ухмыльнулся он.

– Да, я помню эту дерзость твоего возраста, – сказала Мартини и пошла по улице прочь от бара. Она была уверена, что он последует за ней. Все так делали. И естественно этот юнец не был исключением.

– Ты куда? – пытаясь одновременно зажечь сигарету и не отставать, спросил парень.

– Не твое дело, малыш, – перешла она на его же сленг.

– Эй, я вообще-то поболтать с тобой хотел, – возразил он, наконец-то управившись со своими мелкими делами.

– Да неужели? – засмеялась Мартини. – Что общего может между мной и тобой? – тыкнула она указательным пальцем с прекрасный маникюром ему в грудь.

– Многое, если ты захочешь, – намекнул парнишка, насмешив еще больше свою собеседницу.

– Ты это серьезно, Ерш?

– Почему все меня так не дооценивают? – с напускной обидой спросил он.

В какой-то мере Мартини стало жалко его сейчас. Она быстро выросла, особо не помня себя в этом возрасте – когда с тобой не считаются. В обществе ее полюбили и приняли сразу, будто все так и ждали ее появления на свет.

– И что ты хотел мне предложить? – элегантно раздавила она свой окурок носком лакированных туфель.

– Например в деле с Суррогатом, – на полном серьезе ответил ей юноша.

– Боюсь, это не твой уровень, – подняв глаза и посмотрев на него в упор сообщила дама.

– В том-то и дело, что все так думают. Согласись, никто не ждет от меня ничего такого эдакого, – вернул он себе свою веселость.

– И ты так легко готов отвернуться от своих? – надавила Мартини на совесть.

– Для них я всегда был пустым местом, – с печалью в голосе ответил парень.

– Так себе резюме, – усмехнулась она.

– Так мы партнеры? – протянул он руку.

Мартини уставилась на эту тощую руку этого наглого сорванца. Было в нем что-то сродни ей, может быть отчаяние, безумство? Да какая, впрочем, разница, если от него и впрямь может быть прок.

– «Партнёры» слишком громко звучит пока для нас. Можешь быть моим помощником, – предложила она.

Ерш ощетинился от ее предложения, но все же руку не убрал, поэтому она со всей силы пожала ее, но, прежде чем отпустить, сказала:

– Предашь меня, я сотру тебя с лица Земли, и никто и никогда не вспомнит, что был когда-то такой молодой и милый Ерш.

Голос Мартини был настолько серьезен, насколько это вообще было возможно, и парень знал, что она даже на толику не шутит. На что подписывался, он понимал еще тогда, когда выбегал из бара. Устав от насмешливой роли зеленого паренька в обществе, его тянуло на великие приключения. Мартини была его билетом в большой мир.