Чтение онлайн

Ну нет. Это мне не подходит! Не желаю долго играть роль, которая мне противна. Да ещё и без гарантии результата.

– Бред какой-то, – собравшись с мыслями, начала размышлять я. – Не верю, что драконы, которые направо и налево заявляют о том, какие они дисциплинированные, умные и высокоразвитые, будут вести себя, как озабоченные подростки в период полового созревания. Да, вероятно, своим появлением на приёме я сбила их с толку, но теперь-то они уже должны взять себя в руки!

– Некоторые взяли, – не стал спорить Арксан. – Но не все.

– Погоди, дай закончить мысль. Вот смотри, даже если их перемкнуло из-за моего вида, то по логике достаточно показаться им ещё раз в закрытой некрасивой одежде без причёски и макияжа, чтобы напрочь испортить первое впечатление. О, идея! Я могу явиться на следующий приём взлохмаченная, с зеленоватой кожей и синими кругами под глазами. Да ещё в таком наряде, что возжелать меня сможет только безумец, и тогда…

– Это не сработает, – покачал головой Арксан. – Психология драконов такова, что пока ты не явилась в наше сообщество, никто не рассматривал твою откровенную одежду, как сигнал. Но едва ты стала частью сообщества, явившись на приём, всё изменилось. А ты ещё и блестящих украшений добавила, окончательно сведя всех с ума. Потом ты дала понять, что уже сделала свой выбор и стала недосягаемой для них. Твоя ценность в этот момент возросла до небес. Фактически ты сначала заявила: "Я очень красивая и темпераментная, я редкое сокровище, и меня достоин только самый сильный дракон. Слабаки, уйдите прочь!", а потом, когда явился я, ты своим поведением сообщила: "Смотрите, неудачники, я уже выбрала себе самого сильного дракона из сообщества, до которого остальные явно недотягивают". Примерно так это было воспринято собравшимися на приёме горячими холостяками. Каждый из них яростно желает доказать, что он самый сильный и что именно он достоин владеть редким сокровищем. А невозможность завладеть им прямо сейчас превращает это желание в манию. Уверяю, теперь даже если ты наденешь закрытую одежду, а рядом будет стоять другая ведьма в очень откровенном наряде или даже голая, – ничего не изменится. Для драконов она будет кем-то вроде куклы, её даже не воспримут, как сексуальный объект. А сокровище останется сокровищем, даже если его измазать в грязи. Своей ценности оно от этого не потеряет. Повторю: так работает наша психология.

– Но ты-то себя так не ведёшь! Ты будто из другого племени!

– Разумеется, далеко не все драконы такие. Но на этот приём в основном пришли самые честолюбивые и амбициозные холостяки, которые прослышали, что там будет дочь министра Энканда. А до твоего появления многие драконы, у которых ещё нет пары, как раз таки боролись за её благосклонность. Энканду забавляет эта борьба, и ей очень нравится быть в центре внимания, поэтому она просто дразнит их, но выбор делать не спешит. Кто поумнее, давно уже махнул на неё рукой, но самые честолюбивые, те, кого распирает от желания доказать всем, что они на порядок лучше остальных, не сдаются. Точнее, не сдавались до сегодняшнего дня. Сейчас главная награда сменилась. Ей стала ты.

– Дочь министра, дочь министра, – задумчиво повторила я. Наконец пазлы стали собираться в общую картину. – Это она была в открытом серебристо-голубом платье?

– Да.

Угу. То-то у неё лицо такое недовольное было. Но дело не в этом.

Кое-что мне в этих рассуждениях не давало покоя. Полагаю, именно на такое развитие событий Арксан и рассчитывал.

Он ведь не зря позвал меня именно на приём, где соберутся самые честолюбивые и упорные (а точнее, упоротые) холостяки.

Он сам признался, что специально накануне подчеркнул строгость и официальность приёма, чтобы заставить меня взбунтоваться и явиться в неприличном наряде, который в любом другом обществе напрочь испортил бы репутацию и мне, и моему жениху.

Он все просчитал до мелочей.

Он нарочно загнал меня в эту ловушку, чтобы я вынуждена была играть роль невесты и даже прилагать усилия, чтобы сыграть эту роль максимально убедительно. До появления на этом приёме я могла чудить почти как угодно, а теперь оказалась в ловушке обстоятельств. Он за один вечер сделал так, что теперь я стала больше, чем он, заинтересована в том, чтобы все поверили в наши с ним отношения.

Я вынырнула из раздумий, когда мы подъехали к моему дому.

– Наблюдатели всё ещё здесь, – бесстрастно сообщил Арксан, припарковавшись на стоянке у дома.

– Без тебя знаю, – буркнула я. Понятное дело, к чему он клонит. Но ведь это же безумие! – Думаешь, я пущу к себе домой того, кого прозвали пожирателем невест?!

К сожалению, мы оба знали ответ. Но как же не хотелось это признавать!

– Я бы мог сказать, что всё это нелепые слухи, но именно так на моём месте заявил бы настоящий маньяк, – с похвальной проницательностью рассудил Арксан. – Поэтому оправдываться не буду. Но даже будь я злодеем, ты же понимаешь, что сейчас мне очень невыгодно тебя “пожирать”?

Интересно, он сам-то понимает, как зловеще прозвучало слово "сейчас"?

Впрочем, логика в этом была. А вот других вариантов как раз не было. Если я просто выйду и пойду домой, а он уедет, наш обман тут же раскроют. И уже сегодня к моему дому может явиться толпа куда менее деликатных драконов.

Сказать "заходи" было выше моих сил, поэтому я молча вышла из машины, зная, что он выйдет следом. Так и получилось.

Возможно, мы выглядели напряжёнными, но в целом вполне можно было подумать, что мы едва держим себя в руках и буквально изнемогаем от желания.

Впуская дракона в святая святых, а именно в свою квартиру, я с трудом сдержалась от того, чтобы прошипеть ругательство.

Собираясь на этот гадкий приём, я надеялась по-быстрому вынудить Арксана расторгнуть брачный договор, а потом вернуться домой, принять контрастный душ, вызвать Раалла и снять напряжение самым приятным из возможных способов. И что в итоге?!

В холле Арксан тщательно закрыл за собой дверь и без колебаний шагнул вперёд с таким видом, будто не сомневался, что ему тут рады.

– Первая дверь налево, – буркнула я, рассудив, что самое безобидное место для общения, – это рабочий кабинет.

Не желаю пускать его в совсем уж личное пространство.

Он прошёл, с интересом огляделся и, будто не решаясь присесть без разрешения, остановился рядом со столом.

Эта деликатность ввела меня в заблуждение.

Он заставил меня почувствовать себя хозяйкой положения и без малейших сомнений подойти к нему чуть ли не вплотную.

– Ну и что теперь… – агрессивно начала я, встав напротив и уперев руки в бока.

Закончить фразу я не успела.

Этот наглец без всякого предупреждения качнулся вперёд, сокращая расстояние до предела. Его руки уверенно легли чуть пониже моей спины, а в следующий миг он с обидной лёгкостью усадил меня на край стола, ещё плотнее прижав к себе и заставив раздвинуть колени.

– Ты что это? – аж задохнулась я от неожиданности, глядя снизу вверх в глаза цвета сумеречного неба.

– У тебя окна на полстены, да ещё и без штор, – пояснил он, одновременно намертво фиксируя моё тело одной рукой и не позволяя отстраниться даже на волосок, а второй с нажимом проводя по бедру. – У наблюдателей наверняка уже появились вопросы, почему мы, так поспешно уехав с вечера, тратим время на разговоры, не делая никаких попыток прикоснуться друг к другу. Это выглядит очень подозрительно.

Я хотела возразить, но в этот момент его пальцы дошли до границы задравшегося платья и… без задержки проникли под него, заставив меня ахнуть.

А он, пользуясь этим, продолжил оплетать меня словами:

– Возможно, ты надеешься на чары отвода глаз на окнах, но за нами послали горгулий. А на горгулий они не действуют. Более того, горгульи умеют перенаправлять эти чары так, что отвод глаз действует в обратную сторону. Поэтому ты перестала так остро ощущать их взгляды.

– Ненавижу тебя, – простонала я. Тело, настроившееся на горячий вечер с Рааллом, моментально отреагировало на действия этого дракона, хоть разум и напоминал, что уж точно не стоит ни на минуту расслабляться в компании "пожирателя невест".