Чтение онлайн

— Капитан, мы тщательно проанализировали ваши вчерашние дуэли. Результат неприятен для нас. На машине «дракона» установлен бортовой компьютер нового поколения. Их ученые сделали шаг вперед, они опередили инженеров Равии. Поэтому элмозг «дракона» всегда будет находить решение быстрее любого нашего компьютера.

Это приятная новость. Со знаком минус. Впрочем, в любой новости есть две стороны — хорошая и плохая. Плохая заключается в том, что мой враг вооружен гораздо лучше меня. Стоит ли из-за этого расстраиваться? Наша страна никогда не была державой с самым мощным экономическим потенциалом в мире, она не могла позволить себе тратить сумасшедшие деньги на разработки вооружений, как это могут позволить себе другие страны. Мы никогда не имели огромных армий какие есть у богатых соседей. Но у нас было нечто иное — мы, как никто другой, умели драться до последнего человека, до последней капли крови, настоящей крови, не виртуальной. И разве важно, что мой враг вооружен лучше меня? Так ведь было всегда, из поколения в поколение, однако мои предки сражались. Им и в голову не приходило сдаваться.

Поэтому для меня важнее вторая, хорошая составляющая в этой новости: я неплохой пилот. Противник победил меня вчера не хитростью, не мастерством — силой. Я найду ключ к нему, как находил тысячи раз ключи к любой сложной компьютерной игрушке!

Воздух! Он может быть легким и невесомым, таким он бывает почти всегда. А может быть плотным и тягучим, как сегодня. Я ощущаю его сопротивление при каждом биении сердца, при каждом вдохе. Сегодня не мой день, что ли? Но я должен, должен сделать этохотя бы раз. Просто для того, чтобы знать, что я могу.

Зона боевых действий напоминает вулкан. Как это просто ныне — бросить машину в пекло боя, зная, что ты не рискуешь своей жизнью. Это создает иллюзию собственной неуязвимости. Но, как говорят старики, лишь тот пилот может стать летчиком экстра-класса, кто умирает с машиной каждый раз. Сколько раз мне предстоит умереть сегодня?

— Я «Скорпион», вхожу в зону боя.

— Принято. — Сегодня оперативный боевой пост четок, собран. Даже дежурный на пульте чувствует, что этот день решает все.

Что творится вокруг! Надо же, устроить такую кутерьму! Все это не в нашу пользу. Чем больше в небе машин, тем труднее и медленнее компьютеры обсчитывают ситуацию. Значит, наше отставание в технике проявляется сильнее. Или я не прав? Быть может, все наоборот? В такой кутерьме компьютеры просто не успевают сделать расчет, а значит, на первый план выходит опыт пилота, его интуиция. Знать бы ответ.

Нет, но это уже пижонство! Так заходить в лоб, на «Скорпиона»… Я совершил неожиданный кульбит, быстро развернул оба двигателя горизонтальной тяги на правый борт и включил форсаж. Если бы в этот миг я был в кабине пилота — меня бы размазало по стене. Ныряем вниз. Опа! Следом за мной ныряет «драконобрюхий». Он тут откуда взялся?! Впрочем, это его стиль — подставить живца и атаковать пилота противника в миг, когда тот раскрылся.

Разворот! Оба двигателя назад, и форсаж! Движок вертикальной тяги захлебывается на максимальных оборотах. Мой самолет стремительно лезет вверх, оставляя белый шлейф. Я методично перебрасываю тягу с правого борта на левый, чтобы при подъеме корабль не был легкой мишенью. При этом приходится постоянно отстреливать тепловые ракеты по сторонам — за мной упорно лезут два самолета противника. Один из них меня почти не интересует, а второго нужно сбить любой ценой.

Помехи, капитан, прмехи! Не забывать! Комплекс радиоэлектронной борьбы работает на полную катушку; если только он заткнется хоть на миг, их ракеты тут же возьмут меня в конус прицела. А мой КРЭБ не выдержит длительной работы в таком режиме.

Мать вашу!! Боевой разворот, максимальную тягу в обратную сторону. Что тут сделаешь? Моя «тарелка» стремительно несется на два самолета, которые только что упорно ползли вслед за мной, огромная сила инерции моего истребителя соединяется с мощью движков, работающих с предельной нагрузкой, на форсаже. На мгновение машины противника замирают, потом их пилоты — два пилота, совершенно разного класса, — принимают одинаковое решение. Они выпускают ракеты в меня и начинают «разваливаться» по сторонам.

Правильный маневр. Поразить врага и оставить ему коридор для вертикального падения вниз. Хорошо задумано, ребята. Если б только вы не тратили время на прицел. Если б начали движение по сторонам сразу… Тогда был бы шанс. Мы быстро сближаемся. Неуловимое изменение вектора тяги. Таран! Многотонная машина врезается в желтобрюхого «дракона», и в этот миг я нажимаю «Fire». Огромный гриб и яркая вспышка, на миг затмевающая солнце.

«Контроль над самолетом утерян». И тут же в шлемофон врывается насмешливый голос Волкодава:

— Ну, это нечто новое в тактике воздушного боя. Куда стрелял наш славный сокол?

— Молчи, несчастный, — цежу в ответ. — Скажи лучше, я положил обоих?

— Обоих обоих, гер-рой! Чуть было и меня не порешил, но тебе повезло…

— И то ладно. — Я поднимаю в воздух следующую «тарелку».

«Дракон» принял мой вызов. Теперь он ищет в поле лишь меня, я вижу его машину, он старательно уклоняется от поединков с другими летчиками, чтобы подойти ко мне с полным боекомплектом. Это хорошо, джигит. Это уже то, что нам обоим нужно.

Мы сходимся на огромной высоте, плетем хитрую вязь немыслимых маневров, выпускаем несколько ракет — безрезультатно — и ждем, оба ждем того мига, когда один из нас допустит роковую ошибку. Его машина стремительно уплывает из рамки компьютерного прицела, я чувствую, как пот течет по спине, но все мои силы уходят лишь на то, чтобы сдержать его атаки и не допустить даже самой незначительной ошибки, которая позволила бы ему воткнуть ракету мне в борт.

А вот и мой миг! Быть может, единственный. Когда-то давно я играл в шахматы. Помню, как появились первые компьютерные программы, которые легко обыгрывали человека в простых миттельшпилях. Как обижались гроссмейстеры, посвятившие годы тому, чтобы овладеть искусством этой древней игры. Все вековое знание казалось напрасным перед мощью компьютера, перед его способностью перебрать умопомрачительное число комбинаций в единицу времени. И что придумал человек? Риск! Электронный мозг не в состоянии оценить партию, в которой один из игроков разменивает материальное равновесие на преимущество в темпе, принося в жертву фигуру. Машина теряется, и все ее счетные способности оказываются бесполезными.

Что может выручить меня в борьбе с этим монстром? Все тот же риск. Он заставит компьютер чужого самолета утратить контроль над ситуацией, вынудит человека принять управление на себя. И тут мы уже посмотрим, кто лучше летает… Мой истребитель резко сваливается в штопор.

Блюдце тоже может крутиться в штопоре, только вывести его из этого состояния много труднее, чем обычный самолет. «Дракон» устремляется вслед, но не решается повторить опасный прием, он просто пикирует за мной, умело регулируя тягу двигателя. Я падаю вниз с сумасшедшей скоростью, земля крутится перед глазами, самое трудное сейчас — грамотно рассчитать траекторию и расстояние до поверхности земли. Враг тут, он рядом, он знает, что, пока я кручусь, попасть трудно, а в миг выхода из штопора моя машина будет уязвима. Он нанесет удар не сейчас, а чуть позже, когда будет точно уверен, что не промахнется. Пилот уже выбирает мгновение для нанесения укола. Я вижу его в кабине самолета — виртуальной, разумеется… Вот сейчас он снимает блокировку и перехватывает управление на себя — компьютер не позволил бы ему продолжать снижение с прежней скоростью: риск! Он летит вертикально, и теперь, чтобы вывести машину из падения, ему, как и мне, придется превысить ускорение, которое способна выдержать конструкция аппарата. Вот сейчас… Я уверен, компьютер отключен.

Пора! Не обмочись, капитан! Разворачиваю падающую машину боком и выпускаю одну за другой три ракеты в сторону «дракона». Первые две — с тепловым наведением, третья захватывает цель по работе радара.

И все. Полуоборот назад, стремительный рывок машины, я скольжу вдоль земли на предельно малой высоте и ухожу под мост. Черт! Волосы встают дыбом на спине. Никогда еще не летал так низко, тем более — в пролете арки.

Ага! Все именно так, как я и ожидал. Падая за мной, он временно перехватил управление, ведь компьютер не дал бы самолету пикировать с такой скоростью. А три мои ракеты пришлись как нельзя более кстати: человек не машина, ему не так просто отвести за считанные секунды угрозы столь разных по типу захвата цели «жал». Надо было отстрелить несколько тепловых ловушек и тут же блокировать захват третьей ракеты, отведя ее в сторону ложным лучом электромагнитных волн. Со всем этим пилот справился, однако в порыве азарта, он понесся за мной… Столько задач сразу не смог бы решить даже самый опытный летчик. Я видел, как его машина чудом избежала столкновения с опорой моста, однако зацепила провода и столбы на его бетонной полосе. Оборванные струны взметнулись вверх. Есть контакт!