Клубника со сливками
Шрифт:
– То есть? – удивился Аркадий.
– Ну как же… Я же на вашем дне рождения непристойно напилась и к мужчинам приставала. Разве нет?
Он покачал головой:
– Я, знаете ли, сам, в конце концов, так наклюкался… из-за вас… между прочим… потому что Юрику завидовал самой черной завистью. В общем, я очень плохо помню, чем этот идиотский день рождения закончился. Вот какое дело…
– А откуда вы взяли мой адрес? – почему-то испугалась Римма. – Неужели… Егоров дал?
– Нет, ну что вы… В питерской компьютерной базе данных нашел.
– Но ведь надо что-нибудь знать о человеке, чтобы найти…
– Мне кажется, кто-то в ресторане произносил вашу фамилию… Во всяком случае, я почему-то твердо знал, что вы Брянцева. А имени и фамилии достаточно, чтобы найти и телефон, и адрес. – Он прошелся по кухне и, остановившись рядом с ней, сказал:
– Мы не о том, Римма… Давайте сходим вместе куда-нибудь, а? Может быть, я смогу вам понравиться… Ну… не сразу… Я и не претендую, чтобы сразу…
Она покачала головой. Он ей не мог понравиться в принципе. Хотя бы даже потому, что имел непосредственное отношение к Егорову. Юру она не хотела видеть больше никогда.
– Вы не спешите отказываться… Это же всегда можно сделать… Ну что вам стоит сходить со мной, скажем, в театр или… куда вы хотите…
Видимо, оттого, что Римма была слишком близко, он схватил ее за плечи руками и попытался поцеловать. Она силилась вырваться, но объятия его были железными. Он впился губами ей в шею.
– Эт… то… н-н-не… по… рядочно… – выкрикнула она. – Вы… в м-моем доме!! И п-позвол-ляете се… бе…
Он опустил руки, и она чуть не упала. Аркадию пришлось опять схватить ее за плечи, и в этот момент раздался звонок в дверь.
– Вот! – провозгласила довольная Римма. – Это мой… ну, в общем…. п-практически… муж… Он вас сейчас выбросит отсюда…. Вы к-ко мне и дорогу з-забудете…
Она сдула с лица упавшую на него прядь и, даже не поправив выбившуюся из-под джинсов блузку, побежала открывать. Ей и в голову не пришло, что она подозрительно выглядит, а чужой мужчина на кухне в ее собственном купальном халате – более чем странен.
Римма широким жестом распахнула дверь, намереваясь тут же начать жаловаться на взбесившегося Аркадия. На пороге стоял Юрий Николаевич Егоров, ее начальник и самый любимый человек. Она прижалась к стене, а Егоров вошел в квартиру, и дверь за ним захлопнулась. Римма смотрела на него во все глаза, не зная, что сказать и о чем спросить.
– Я… Римма… не могу… – начал он. – Совершенно без тебя не могу… Я видел тебя с одним мужчиной… много раз… Если бы с разными, то это было бы… не так… А с тобой все время один… Он кто?
Римма не могла отвечать. Она вообще лишилась дара речи, потому что никак не ожидала, что Юра может вдруг к ней прийти, и ему пришлось продолжать самому:
– Римма, я люблю тебя… Ты прости, может, это и не надо говорить, но… я, наверно… был не прав, когда поверил этому армянину в ресторане… Разве можно верить кому-то постороннему, если любовь, а, Римма?
А она, сжавшись в комок возле стенки, все так же была не в силах ему ответить. Она совершенно не рассчитывала на то, что их отношения могут вдруг возобновиться.
Она отрезала от себя Егорова, он уже был ее прошлым, невероятно счастливым, но безвозвратным.
– А ты? – продолжал Юрий. – Неужели ты больше не любишь меня? Ведь все было так… Да скажи же хоть что-нибудь, Римма!!!
И когда она уже хотела броситься ему на грудь, из кухни вышел Аркадий в носках и в купальном халате, из-за ворота которого уже не видна была футболка, а потому казалось, что халат надет на голое тело.
– Юрка?!! – удивленно и довольно сипло спросил Аркадий.
– Арка-а-ашка… – еще более севшим голосом протянул Егоров. – Что ты тут делаешь? Впрочем… не надо… и так ясно… – Юрий, растерянно покачивая головой, рассматривал голые ноги своего приятеля, сбившуюся Риммину прическу, размазанную помаду и кое-как запихнутую в джинсы блузку. Потом он приложил к груди обе руки и, запинаясь, сказал: – Вы это… вы простите… я помешал… Ты… м-молодец, Аркашка… Далеко пойдешь… Впрочем, я всегда это з-знал…
Римма, очнувшись наконец, могла бы что-то сказать, но Егорова уже и след простыл.
Полина Хижняк, разложив перед собой отчеты своих сотрудников, решила еще раз внимательно перечитать их. Может быть, она все-таки ошиблась и паниковать не стоит? У нее голова настолько занята своими проблемами, что везде мерещатся роковые совпадения! Та-а-ак… Вот отчет на заказ Егоровой Ларисы Ивановны. Ее муж, Егоров Юрий Николаевич, живет на улице… в квартире некой Анны Михайловны Параниной вместе с Брянцевой Риммой Геннадьевной. Предпринятые действия… Ресторан «Дельфин»… однокурсник Георгий Геворкян… так… дальше можно пока не читать…. Теперь ее собственный заказ… Маретин Игорь Всеволодович живет на улице Восстания с Брянцевой Риммой Геннадьевной… Нет… Бред какой-то! Не могут же и Игорь, и этот неверный муж Егоров жить с одной и той же женщиной! Или они разные? На разных ведь улицах живут! Хотя квартира на Гоголя не Брянцевой, а какой-то Параниной. И, конечно, не зря такое совпадение имен-отчеств… Да и имя Римма нынче очень редко встречается… Скорее всего, это одна и та же женщина!
– Как вы это объясните? – спросила она вызванного в ее кабинет исполнительного директора Сергея Матвеева и положила перед ним два отчета.
Матвеев внимательно перечитал их и, почесав по-модному небритый подбородок, ответил:
– Щас объясню. Тут такое дело. Значит, в результате действий нашего агентства этот аморал Егоров Ю. Н. от Брянцевой Р. Г. отвалил. Живет один в квартире этой… как ее… – Он еще раз заглянул в отчет. – Параниной А. М…
– Параниной? – переспросила Полина. – Не путаешь?
Матвеев еще раз посмотрел в свои бумаги, покачал головой и ответил:
– Ну да… Параниной Анны Михайловны. Но она уже старая тетка… Вроде как домработница егоровской семьи. Так что Егорова Л. И. вполне уже может забирать своего бывшего мужика, пока он еще тепленький и снова ничейный. Остальное, Полина Борисовна, будет зависеть уже только от нее, а мы, как говорится, умываем руки…
– А это? – Полина нетерпеливо ткнула пальцем в другой отчет.
– А это дело еще в работе. Понимаете, какое дурацкое совпадение вышло… Оказывается, Маретин И. В. как раз и подвалил к освободившейся в результате нашей неутомимой деятельности Брянцевой Р. Г…
– Это я прочитала! Грамотная! – рявкнула Полина. – А что я скажу второй заказчице? Что мы специально освобождаем места, куда мужики могут ходить налево?
– Ну… не надо передергивать, Полина Борисовна! Я же сказал, что дело еще в работе. На наше счастье, к этой Брянцевой мужичье так и липнет. Уже произошел конфликт между Брянцевой, Маретиным и неким Дубовицким Аркадием Денисовичем. Если он не приведет к нужному нам результату, то Брянцеву придется опять брать в разработку. Можно опять провернуть вариант с Геворкяном или поискать еще кого-нибудь… В общем, будем думать, Полина!