Чтение онлайн

— Не из-за меня, а из-за твоего оскала. Не улыбайся так широко. И не подмигивай при этом никому ни в коем случае! — продолжал подтрунивать Дагбьярт.

— Почему?

— Потому что я не прихватил нюхательные соли.

— Это еще зачем?

— Ты себе когда-нибудь улыбался в зеркало?

— Я ж не девка зеркалами обкладываться! — огрызнулся Аудбьёрн, но тут же признался: — Ну, гляжусь, порой. Да… Раз или два в месяц, когда навещаю матушку. Но не так часто, как некоторые, — поддел он Дагбьярта, следящего за своей внешностью.

— Ну вот, Ёрни. В следующий раз, когда соберешься к своей многоуважаемой матушке, обязательно улыбнись себе в зеркале. Только постарайся, чтобы кто-нибудь был рядом в этот момент.

— Это еще зачем? — дремуче сдвинул брови Аудбьёрн.

— Как зачем? Чтобы надавать тебе по щекам, когда грохнешься в обморок от испуга.

Аудбьёрн нелестно обозвал побратима и замолчал.

Я давно привык к перепалкам своих побратимов, потому только веселился, слушая их треп. И не скажешь, что оба отпрыски правящих родов. Аудбьёрн Страйк — младший сын короля Побережья Острых Клинков и железный дракон, а Дагбьярт Димма — племянник короля Туманных Низин и туманный дракон. Учитывая, что у его венценосного дядюшки восемь законных дочерей, то кандидатура Ярти на трон очевидна. Правда, дядюшка не торопится передавать удобное сидение, и продолжает обзаводиться все новыми дочерями, в надежде заделать сына.

Над всеми ними стою я. Отвечаю за общее благополучие северных кланов. Собственно потому мы и здесь.

А с благополучием у нас не все хорошо. Драконы утрачивают способность вставать на крыло, а маги Седых Пиков, прилегающих к нему Туманных Низин и Побережья Острых Клинков, перестают чувствовать магические источники. Вернулась Напасть, как прозвали у нас эту беду еще во времена моего прадеда.

Сначала магический недуг коснулся самых слабых, потому никто и не придал особого значения, но ситуация ухудшается с каждым днем, и теперь я сам с трудом принимаю драконью ипостась, в любой момент рискуя перекинуться прямо в полете и разбиться. Даже сюда мы добирались по земле, чтобы не рисковать.

Я не стал ждать, а озаботился проблемой сразу же, как о ней узнал. Я перерыл всю семейную библиотеку, замучил вопросами матушку и выяснил, что прадед мой нашел решение. Правда, пришлось отыскать его дневники, которые по какой-то странной случайности хранились в самом потайном хранилище сокровищницы. Не удивительно, что поиски отняли у меня столько времени.

Шкатулку с неким артефактом я обнаружил там же. Хорошо, хоть в этом повезло. Артефакт походил на обыкновенный серебряный шар размером с большое яблоко, украшенный золотыми письменами на древнем драконьем языке. Он хранился в драгоценной коробочке на бархатной подушке.

Не представляю, как бы я искал неизвестно что и неизвестно где. Про древнюю традицию литературы было хоть отбавляй, но почему-то мы всегда считали, что это просто легенды. Оказалось нет. Из витиеватых, пересыпанных велеречивыми выражениями, текстов, я кое-как сумел собрать суть по крупицам. Такую же лаконичную, как слова моего прадеда:

Прадед писать не любил, потому выражался лаконично:

«Чтобы побороть Напасть, жениться властителю надобно по древней традиции: следует отправиться в Долину Первоцветов, где Дракон поможет выбрать невесту».

Немало крови у меня выпил этот «Дракон», прежде чем я выяснил, что речь идет о самом первом драконе-предке. Как я выяснял, что этот самый «Дракон» и артефакт, о котором писал прадед — одно и то же, отдельная история. Но наконец мы здесь. Только вот я не представляю, что нужно делать и как именно мне поможет серебряный шар.

Оказалось, что покончить с делами быстро не получится. Эшерри Цветана была поглощена подготовкой к ежегодному празднику. Она убедила меня не торопиться затевать обряд до его начала.

— Верное решение, эшшер Холлвард. Уверена, возвращение к древним традициям даст плоды. Можно, я взгляну на ваш артефакт?

— Конечно, — я достал из кармана шар и протянул его на раскрытой ладони.

Стоило Цветане коснуться артефакта, как по его поверхности проскочила голубая молния, и на миг мне показалось, что внутри шара что-то двигается.

— Здравствуй, Видар! Давненько мы не виделись, — заговорила ректор.

— Он не… — попытался я намекнуть, что артефакт не относится к живым сущностям, как вдруг шар сам по себе взмыл в воздух и завис.

Крутанувшись несколько раз вокруг оси, он вдруг размылся в воздухе и отрастил… Маленького дракончика! Он словно бы сидел на шаре, выглядывая из-за него. Черно-серебристый с двумя приличными рожками и огромными умильными глазами.

— Это что еще такое?! — удивился я.

Ничего общего с теми драконами, которых доводилось встречать мне, в этом мелком дракончике не было. Но, похоже, не зря прадед называл артефакт «Драконом». Хотя... Какой это дракон? Так, недоразумение какое-то.

— Не что, а кто! — возмутилась эта мелочь, описав виток вокруг шара. — Позвольте представиться, Видар Алластар Холлвард Третий, ОчешУенный!

— ОчешуЕ… кто?! — я чуть не подавился от пафоса, с которым дракошка произнес собственное имя.

— Видар Алластар Холлвард Третий, ОчешУенный! — поморщившись повторил дракончик, а затем облокотился на парящий шар так, будто устал самостоятельно махать крыльями. Осмотрел меня оценивающим взглядом и вздохнул: — Можешь звать меня просто Дар, или Чешуйка. Все равно таким, как вы, не под силу запомнить, как меня зовут.

— Да, да. Видар Алластар Холлвард Третий, ОчешуЕнный. Я понял.

— Ну я же говорил! Короче, не ломай язык, громила. Для тебя я просто Дар.

— Дар так Дар. И правда, так быстрее. Ты откуда взялся, Дар? — поинтересовался я. — Ты всегда жил в этом шаре?

— Шаре?! Пф! Шаре! Он называет Средоточие шаром, эшшери! — дракошка обратился за поддержкой к Цветане.

— А ты объясни своему потомку, что да как. Уверена, он все поймет. Раз эшшер Холлвард сумел тебя отыскать и пробудить, значит, и на остальное способен.

— Думаешь? — мелкий снова покосился на меня, словно решая. — Ну ладно. Он мне любимого правнука напоминает. Полагаю, мы поладим.

— Вы хотите сказать, что я потомок вот этого… Его потомок?!

— Не понял. Ты чем-то недоволен? — оскорбился дракошка, и его глаза нехорошо сузились.

По выражению лица Цветаны я понял, что так оно и есть.

— Стоп! Вы хотите сказать, что дух самого первого серебряного дракона заключен в этом шаре?

— В Средоточии!

— В Средоточии, — покладисто повторил я. Неужели сказки, что читала мне в детстве мама, не лгали? — Получается, дух первого дракона действительно передавался из поколения в поколение в роду Холлвардов в этом самом Средоточии?