Чтение онлайн

Я смотрю, как она исчезает в толпе, направляясь к своей семье, и мои щеки горят от смущения. Не потому, что она обняла меня, а из-за откровенной физической привязанности на публике. Все эти люди считают меня неженкой, как будто мне не все равно. Превращают меня в мишень.

– У тебя действительно хорошо получается, – резкий голос Сэйдж доносится из-за моего плеча.

Поворачиваюсь к ней и ухмыляюсь.

– Стоять и выглядеть симпатично?

Она приподнимает бровь.

– Ты думаешь, что ты симпатичная?

Мой рот слегка приоткрывается, прежде чем ее губы расплываются в теплой улыбке. На секунду я увидела девочку, которой она была в старшей школе. Печально известную дрянную девчонку, которую все так боялись.

– Просто шучу, – она слегка подталкивает меня своим бедром. – Что касается преподавания – у тебя это хорошо получается.

Сегодня мне не по себе от всех этих похвал. Это не обыденное явление в моей жизни, никогда не было, и вдруг повсюду добрые слова, больше, чем я слышала за всю свою жизнь, и я не знаю, как к этому относиться.

– Так вы двое трахались? – прямо спрашивает она, ухмыляясь со знающим блеском в глазах.

Я кашляю, застигнутая врасплох.

– Что? Нет? Почему ты спрашиваешь? Он сказал…

– Рук догадался. Сказал, что у Сайласа посторгазмическое свечение, – она смеется.

– Разве тебе не неловко? Говорить мне об этом после того, как он встречался с твоей сестрой? – я поднимаю щиты, надеясь, что она отстанет, прежде чем я сорвусь и скажу что-нибудь, чего не следовало бы произносить вслух.

Я уклоняюсь и кусаюсь, когда люди подходят слишком близко, но у Сэйдж тоже есть зубы.

– Милая, не пытайся разозлить меня, – в глазах Сэйдж горит вызов, голубые глаза горят, когда она опускает взгляд на свои красные ногти. – Я задену твои чувства.

Сомневаюсь, что кто-то, включая меня, сможет переплюнуть Милашку Сэйдж Донахью. Ее гнев печально известен.

– Я не это имела в виду. Я просто… – я кусаю внутреннюю сторону щеки. – Говорить о подобном дерьме мне неловко. А я стерва, когда мне некомфортно. Мы просто... мы друзья.

Друзья, которые возможно дурачились, а возможно, и нет. Друзья, которые состоят в фиктивном браке. Это странная дружба, но это все, чем она является. Это все, чем она может быть.

– Конечно. И поэтому он только что пришел?

Я отворачиваюсь от ее ухмыляющегося лица, собираясь спросить, что она имеет в виду, когда замечаю высокую фигуру Сайласа, появившегося в дверях.

– Почему он здесь?

Он все еще одет в свой рабочий костюм, дорогой материал обтягивает его плечи, сужаясь к талии. Он выглядит дорого, даже влиятельно, и я не уверена, как люди умудряются верить, что он женился на мне.

Это заставляет меня вспомнить, что у нас намечается мероприятие с участием его компании. Это значит, что мне нужно придумать способ убедить людей, что я та, кто нужен Сайласу. Та, кто заслуживает его фамилию.

Чтоб меня.

– Потому что ему не все равно, – Сэйдж наклоняется ко мне и шепчет: – Никто не заботится так, как Сайлас Хоторн. У всех нас есть проклятие, Коралина. И это его.

Сэйдж отходит от меня, оставляя меня на произвол судьбы, и я безмолвно молюсь, чтобы он не нашел меня, но это невозможно. Как будто у него есть какой-то радар на меня.

Я решаю встретить его на полпути, поскольку его глаза уже нашли мои, и как только мы оказываемся достаточно близко друг к другу, он первым начинает говорить.

– Это место выглядит потрясающе.

– Девочки очень помогли. Спасибо, что позвонил им. Но тебе не обязательно было приходить. На работе, должно быть, много дел.

Я ерзаю под его тяжелым взглядом, который не отрывается от моего лица, словно он не хочет смотреть ни на что, кроме меня. Такое пристальное внимание со стороны кого-то ошеломляет.

– Это, – он обводит рукой пространство вокруг нас, – «Свет», помогает этим девочкам, это важно для тебя, да?

Я тихонько киваю, не зная, что ответить, так боюсь показать кому-либо, особенно ему, насколько мне не все равно.

– Тогда я буду здесь, – он поднимает руку, убирая прядь волос мне за ухо. – Если это важно для тебя, я могу пропустить совещание по бюджету ради этого.

Его пальцы проводят по моей щеке, легонько касаясь костяшками. Кольцо, на его безымянном пальце, поблескивает на свету, напоминая о связывающих нас узах.

Это первый раз, когда он прикасается ко мне с той ночи в его кабинете.

При мысли об этом у меня в животе становится теплее, бедра подергиваются, когда внутри разливается жар.

– Сайлас, – я прочищаю горло. – Насчет той ночи. Я…

– Ну, Джеймс, я никогда не думала, что доживу до этого дня! – голос, как скрежет ногтей по доске прерывает мой словесный понос. – Нам наконец-то удалось выследить счастливую пару!

Я заметно вздрагиваю, когда вижу, как Реджина и мой отец расталкивают толпу, шагая в паре, пока не оказываются перед нами. На ней шляпа с перьями, и она очень похожа на какаду.

Сайлас, всегда чувствующий язык моего тела, интимно обнимает меня за талию, кладет ладонь мне на бедро и притягивает к себе.

– Реджина Уиттакер, – она протягивает ему руку. – Приятно, наконец-то, познакомиться с тобой.

Сайлас берет ее за руку и из вежливости пожимает ее. Что мне действительно нравится в этом парне, так это то, что он никогда не заставляет себя улыбаться. Я имею в виду, что на самом деле у него на лице нет никаких эмоций, но мне нравится, что он не меняется в общении с разными людьми.

Сайлас – это Сайлас.

Что видишь, то и получаешь.

Но со мной все по-другому. Как будто это утверждение неприменимо, когда мы наедине. Иногда, Сайлас – это кто угодно, только не Сайлас. Он совсем другой.

Он из тех мужчин, которые покупают целую коллекцию твоих работ, потому что не хотят, чтобы у кого-то были те твои сокровенные частички, которые ты добровольно отдаешь людям. Он хочет, чтобы они были только у него.

– Джеймс.

Челюсть моего фальшивого мужа сжимается, когда он пожимает руку моему отцу, в его глазах знающий блеск, затаившаяся угроза. Сайлас знает моего отца; Джеймс даже не подозревает, насколько хорошо.