Клятва на мизинцах
Шрифт:
выйти из круга.
Все игроки поднимают руки, обращаясь к толпе, пока бегут к боковой линии. Стейт
снимает шлем, демонстрируя улыбку, которая блистает на его лице. Его взгляд
устремляется прямо на меня, и я машу ему, как маньячка. Его улыбка становится еще
шире, прежде чем он подмигивает и машет мне рукой.
На этом чертовом месте я просто растаяла. Я так безумно влюблена в этого человека, что это приравнивается к безумию. Я посылаю ему воздушный поцелуй, а затем
съеживаюсь от того, насколько слащавым был этот жест. Он откидывает голову назад и
начинает смеется.
— Он так сильно влюблен в тебя, — шепчет Шейн мне на ухо.
Я почти забыла, что она сидит рядом со мной, так поглощена этим моментом.
— Что? — я поворачиваюсь к ней лицом.
— С того самого дня, как он появился на поле в качестве новичка, мы только и
слышали, как о некой Бейлор. Так много женщин толпились вокруг него, но ни одна из
них не покорила его.
Теперь моя улыбка соответствует тому состоянию, в котором я нахожусь. Я
поворачиваюсь обратно к полю, наблюдая за Стейтом, и двумя товарищами по команде, которые идут в центр поля. Они бросают монетку, чтобы выбрать разыгрывающего. Я
хлопаю в ладоши, хотя чертовски смущена.
— Мы сильны в обороне, поэтому они и разыгрывают. Ты что-нибудь понимаешь в
футболе, Бейлор?
Я пожимаю плечами, а потом смущенно качаю головой.
— О'кей, все, что тебе нужно знать — это что Стейт Блейк — крутой парень на поле.
Один из лучших защитных эндов (прим.пер. — игроки, стоящие по краям защитной
линии. Их задача — попытаться добраться до квотербека, а также остановить
раннинбеков, пытающихся пронести мяч по краям. Более быстрый энд обычно
размещается справа, чтобы находиться в слепой зоне квотербека-правши), которые когда-
либо видел футбол колледжа. Его работа — разрушать все планы соперников. Следовать
за квотербеком, сохранять мяч, забивать мяч и сокрушать других игроков.
Я киваю, впитывая все это, отмечая то, что мне нужно запомнить.
— Вот дерьмо, — я опускаю руку в карман. — Мне нужна твоя помощь, и это может
показаться глупым.
— Что именно?
— Мне нужно передать этот браслет Стейту. Есть ли на это шансы?
Она хватает меня за запястье, проводит мимо зрителей в нашем ряду и ведет прямо к
боковой линии.
— Эй, Брут, — высокий телохранитель поворачивается к нам. Он страшнее, чем
черт.
— Малышка, — воркует он ей.
— Эй, крутой парень.
— Ты присоединишься к нам сегодня после игры? Давно тебя не видел.
Она отрицательно качает головой.
— Мне нужен Стейт на несколько секунд.
Он бросает на нее тяжелый взгляд.
— Пожалуйста.
— Господи, малышка, я никогда не мог отказать тебе.
Он уходит.
— Он часто присматривал за мной, когда я была ребенком. Он сделает для меня все, что угодно, — говорит она.
Через несколько секунд к нам подбегает Стейт, держащий кончиками пальцев шлем.
Со своими щитками и бутсами он становится еще на четыре дюйма выше. Он ухмыляется
мне.
— Не могла подождать до окончания игры? — он притягивает свое лицо к моему и
крепко целует. Его язык скользит по моим губам, и я открываюсь для него, чтобы на
секунду исследовать, прежде чем прервать его.
— Нет, дело не в этом, — я смеюсь над его пораженным выражением лица. — Ну
ладно, это тоже было приятно. Но, эй, Роу собирается попробовать посмотреть игру. Она
надела твою майку и все такое. Она сделала это для тебя, чтобы ты носил.
Я раскрываю ладонь, чтобы показать ему браслет. По сравнению с ним он кажется
слишком хрупким. Он улыбается еще шире.
— Надень его мне, детка.
Мои пальцы неуклюже завязывают шнурок вокруг его запястья. Он прячет узел под
перчатку, но браслет остается сверху перчатки. Я слишком долго любуюсь черными
полосами у него под глазами.
— Ты такой сексуальный в этом всем, — наконец, признаю я.
— Ты чертовски потрясающе выглядишь в моей майке, детка, — он поворачивается
и бежит обратно к своей команде.
Вернувшись на свои места, я рассказываю Шейн о Роу и своем детстве. Я опускаю
Кингс, потому что оно относится ко мне и Стейту, она хороший слушатель и, кажется, искренне заинтересована в моей истории. Это заставляет меня чувствовать себя неловко
из-за встречи с родителями Стейта, но все исчезает, когда начинается игра.
Стейт носится по всему полю. Его длинные ноги делают его быстрее, чем кого-либо
другого. Он умен и точен в каждом разыгрыше. Я съеживаюсь от его второго удара и даже
задерживаю воздух в легких, ожидая, когда он встанет. Каждый раз он легко вскакивает, еще более решительно, чтобы помешать игре в нападении. Это три из трех, что бы это ни
значило.
— Они должны остановить их. Это даст нам огромный импульс, чтобы вырубить их
на первом же прохождении.
Я растерянно смотрю на Шейн.
— Стейт должен уничтожить наступление.
Я киваю, понимая это. Шейн понимает, что ей нужно передать мне информацию в
самых простых выражениях. Квотербек ловит мяч, когда тот летит к нему. Это
напоминает мне о сотне раз, когда приходилось делать это для Стейта, когда мы были
детьми.
Он танцует взад-вперед, глядя на поле, чтобы бросить мяч. Я слишком поглощена
его действиями, чтобы следить за состоянием дел. Когда я все-таки мельком вижу номер
семь, он летит к квотербеку. Стейт прорвался через линию и приближается к бегущему
квотербеку. Я кричу еще громче вместе с остальной ликующей толпой. Стейт врезается в