Чтение онлайн

Купальня для женщин располагалась не возле собора и не в спокойных районах города, а рядом с речной пристанью, одной из важнейших в городе. К ней примыкал квартал увеселительных заведений. Здесь еще шатались ночные гуляки, которые, похоже, ночевали в самих заведениях или возле них. Авраам держал правую руку на рукоятке меча, а левой заботливо приобнимал Мириам. Девушка не только прикрыла лицо вуалью, но и спрятала его под капюшоном плаща Авраама. Сновавшие вокруг фигуры не внушали доверия. Это могли быть местные воры, умело избавлявшие прохожих от кошельков, а еще или уже снова пившие в трактирах молодчики наверняка в большинстве своем были солдатами, а может, и рыцарями: простому воину не хватило бы денег прокутить всю ночь.

— Это да, в округе становится все опаснее, — вздохнула хозяйка купальни, бдительная женщина среднего возраста, которая впустила Мириам после условленного стука в дверь. Хозяйка постоялого дома научила ее этому стуку, а ее имя послужило отличной рекомендацией. — Раньше здесь жили одни евреи, а сейчас… питейные заведения открываются одно возле другого, и множество солдат оставляют там свое жалованье. То, что большинство моих клиенток — женщины вне закона, городскую стражу не беспокоит. Теперь это в основном христианки. Ради евреек они так деньгами не сорили.

Авраам же незаметно расположился в арке ворот неподалеку от миквы, ожидая Мириам и чтобы в случае необходимости помочь женщинам, к которым по дороге к микве могла пристать всякая пьянь. Он лениво наблюдал за входом в узкое каменное здание, втиснутое между двумя подобными ему постройками. Соседние высокие дома были с виду жилыми, и их обитатели, конечно же, не были рады соседству с шумным кварталом. Поблизости, на углу, располагались два питейных заведения, в которых еще не утихло веселье.

Однако дорога, ведущая к купальне, поначалу оставалась пустынной. Лишь изредка по ней проходила парочка — распутница с кавалером. Измученные, истощенные девушки бросали на вход в купальню тоскливые взгляды. Возможно, она была открыта для них весь день, но заработка этих женщин едва хватало на жизнь. Ванну в таком почтенном доме они себе позволить не могли — даже если хозяйка сжалилась бы и впустила их.

Авраам уже начал было скучать, как вдруг услышал шаги и дребезжание оружия и доспехов.

Рука юноши потянулась к мечу: сюда явно приближались вооруженные рыцари. Мужчины в кольчугах шли медленно и шатались из стороны в сторону, некоторые едва держались на ногах.

— Это ведь еврейская купальня? — спросил один из них у своих товарищей. — Но ведь вы… ну… ваш король ведь всех их выдворил? — Это был рыцарь явно неотесанный, крупного телосложения. Он говорил по-французски плохо и с сильным акцентом. Его голос показался Аврааму знакомым.

— Ну да! Это была еврейская купальня для женщин, и я готов со всеми вами поспорить, что она и сейчас работает. Какая же христианка станет красться ночью, чтобы искупаться? Ее супруг этого не допустит, если он имеет хоть какие-то понятия о порядочности. Да и хозяева те же остались. Теперь они, конечно, христиане, ну или так себя называют. Но они… они не меняются, эти ев… евреи. — Этот мужчина, определенно, француз, также едва ворочал языком.

— Вы хотите туда сейчас ворваться? — спросил третий. Определить, что у него за акцент, было сложно. — Что же там внутри может быть забавного?

— Там нет ничего забавного. Это серьезные вещи. Мы сейчас их выведем на чистую воду! Эту… эту старуху, которая всем заведует, отправим на костер. А девочек… Ну, до того, как позовем городскую стражу, можем и поразвлечься… — сказал второй.

— Мне и моим людям ни к чему ввязываться в неприятности! — заявил первый. — Мы собираемся присоединиться к армии короля, и…

— Ну, вы точно туда попадете, если обнаружите логово изгнанных евреев! Это вызовет всеобщее одобрение… Пойдем, ребята, женщины — легкая добыча…

Аврааму показалось, что он вернулся в прошлое. Он снова был так же беспомощен, как и несколько дней назад в лагере грабителей, только теперь он противостоял шести рыцарям, а не толпе плохо вооруженных крестьян.

Мужчины собирались, горланя, вломиться в дверь миквы, однако она в этот момент сама открылась. Хозяйка как раз прощалась с Мириам и внезапно оказалась перед шеренгой вооруженных рыцарей.

— Могу… могу ли я вам чем-то помочь, господа? — женщина поклонилась рыцарям. — Вы… вы, должно быть, ошиблись дверью. Публичный… публичный дом находится…

Мириам переводила огромные от испуга глаза с одного мужчины на другого. При лунном свете она была еще очаровательнее, чем обычно. Ее глаза и кожа сияли, волосы, слегка прикрытые вуалью, свободно ниспадали на плечи. Авраам вытащил меч.

— Нам нужны не потаскухи, мы здесь по поручению короля! — заявил французский рыцарь. — Мы располагаем сведениями, что здесь находится еврейская купальня!

Женщина тут же начала оправдываться, и Авраам подумал, не разыскать ли ему городскую стражу. Возможно, хозяйку купальни нельзя будет ни в чем обвинить, даже если ее заведение обыщут. Резервуар, в который поступает проточная вода, мог бы находиться и в обычной паровой бане, к тому же у хозяйки наверняка есть официальное разрешение. Но до того как Авраам принял решение, что следует предпринять, неотесанный рыцарь указал на Мириам:

— А я ведь знаю эту… эту потаскуху! Она была с тем чудаком, которого мы сопровождали. Называла себя Марией. А выходит, она еврейка?

По спине Авраама пробежал холодок. Теперь, когда мужчина в пылу перепалки заговорил по-немецки, он сразу же узнал его. Бертольд из Бингена.

— Кем бы она ни была, — заговорил другой мужчина, тоже по-немецки, и Авраам сразу же узнал в нем Генриха из Оберга, еще одного рыцаря из эскорта Мартинуса, и, смеясь, потянулся к вуали Мириам, — нам теперь не нужно ее охранять. И то, чем она тут занималась, тоже незаконно, это уж точно. Значит…

Мужчина протянул руку к груди Мириам, хозяйка купальни закричала, и Авраам больше не стал раздумывать. Его меч пронзил рыцарю горло.

Соломона из Кронаха разбудили первые лучи солнца. Окна комнаты на постоялом дворе выходили на восток, и Соломон с улыбкой наблюдал за игрой света на каштановых волосах Герлин, а затем сел на постели, рискуя разбудить любимую. Герлин спала, плотно прижавшись к нему, положив голову на его плечо. Она выглядела такой счастливой и беспечной… Соломон как раз хотел разбудить ее поцелуем, когда в дверь осторожно постучали.

Герлин тут же испуганно вскочила — беглецы обладали чутким сном.